ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Украина це Россия
Свидание у алтаря
Позиция сверху: быть мужчиной
Рыбак
Древний. Расплата
Армада
С жизнью наедине
Последняя миссис Пэрриш
Трансформатор. Как создать свой бизнес и начать зарабатывать

Джози Литтон

Вернись ко мне

Глава 1

Оттесняя ночь, над миром поднимается ободок, зари. Небо постепенно окрашивается в алый цвет. Дракон Хаконсон наблюдает за сменой красок, приветствуя рассвет. Он идет по мягкой земле, не обращая внимания на оленя, который, завидев человека, бросается в чащу леса.

Но грозный викинг и воин пришел сегодня в эссекский лес не ради охоты. В предрассветном безмолвии он ищет совсем другое. Перед тем как предпринять шаг, которого невозможно избежать, Дракон отправил своих спутников вперед, чтобы дать себе возможность поразмыслить.

Однако его одиночество, похоже, будет нарушено. Из-за деревьев за ним следят золотистые глаза. Стройная гибкая фигурка не шевелится и, кажется, не дышит. Потом медленно пытается отползти в сторону. Раздается хруст надломленной ветки…

За годы борьбы и опасностей чувства Дракона обострились до предела. Его реакция мгновенно. Он бросается в сторону звука и через мгновение извлекает из кустов упирающееся, визжащее создание, чтобы повнимательнее его рассмотреть.

Так быстро! Скорость, с которой незнакомец схватил ее, ошеломила Рику. Некоторое время она наблюдала за ним, стоя на коленях на подушке прохладного мха, где до этого проспала несколько часов, а потом все произошло в мгновение ока. Она почувствовала себя в таких тисках, что едва могла дышать. Боль распространилась вдоль рук и ребер. Еще чуть-чуть, и они треснут, как предательски треснула под ней сухая ветка.

Рикка не имела понятия, кто этот человек, да ее это и не интересовало. Главное – освободиться от его хватки. Подрастая, она часто становилась жертвой шуток своих братьев и благодаря этому научилась кое-каким приемам. Она нагнулась к могучей руке державшего и впилась в нее зубами. По своему опыту она знала, что обычно от неожиданности обидчик тут же ослабляет хватку.

Однако неожиданность, вызвавшая едва ли не шок, поджидала и ее. Мужчина лишь крякнул и сжал ее с такой силой, что Рикка лишилась возможности сделать хотя бы вдох.

Тем не менее, она не разжала зубы. Противостояние продолжалось до тех пор, пока у нее перед глазами не поплыли цветные круги, и она не почувствовала, что сейчас потеряет сознание. Лишь тогда, испугавшись, мысли о том, чего может ей стоить полная отключка, Рикка выпустила изо рта руку. Однако мужчина не сразу ослабил хватку, и девушка почувствовала, что погружается в небытие. Нелепо, но она прильнула к той же самой руке, словно к спасительному якорю. Когда легкие готовы были взорваться без воздуха, он был ей дарован. Рикка сделала несколько жадных, глубоких, судорожных глотков.

– Дурачок, – сказал мужчина. Голос у него был низкий, рокочущий. Рикка спиной ощутила вибрацию его грудной клетки, испытав при этом странное приятное ощущение. Он взял ее за плечи и повернул лицом к себе. – Что ты такое подумал, мальчик? Я хотел лишь взглянуть на тебя. Человек всегда хочет знать, кто прячется у него за спиной.

Рикка посмотрела на воина сквозь густую бахрому ресниц… выше, еще выше. Мужчина был очень высок. Она поняла это, увидев его возле реки, когда он склонился к воде, однако лишь сейчас сполна осознала его мощь, отчего у нее снова перехватило дыхание. Плечи и грудная клетка у викинга были массивными и состояли из сплошных мышц, которые бугрились под кожаной туникой без рукавов. Лицо у него было квадратное, крупнорубленое. Его оживляли глаза, похожие на полуспрятанные золотые слитки. Над ними образовывали дугу густые брови – того же оттенка, что и светло-каштановые волосы, собранные в узел на затылке. Кожа мужчины была Отполирована ветрами и лучами солнца. Золотистого оттенка волосы, золотистые глаза и кожа – это был поистине самый красивый мужчина, какого Рикка когда-либо видела. Он был похож на языческого идола, отлитого в горниле первоклассным кузнецом. Воин давно не брился, потому что отпускал бороду. От него пахло дымом костра, морским воздухом и сосной – не столь уж неприятные сочетания. Это был вполне реальный человек, к тому же в такой непосредственной близости.

Спасибо небесам, он принимал Рикку за мальчика. Поспешно убегая, она схватила одежду Терлоу, которую тот оставил, когда уезжал в Нормандию. Одежда была мала для брата-близнеца. Он несколько опередил ее в росте в последние годы. Одеяние скрывало ее девические формы, равно как и волосы, упрятанные под войлочной шапочкой. Рикка даже измазала лицо грязью, чтобы скрыть нежную белизну кожи. Однако она была не столь наивна, чтобы слишком доверять этой личине. При более внимательном рассмотрении подвох мог быть обнаружен.

Молчание мальчика и его кажущаяся покорность удивили Дракона. В его возрасте – мальчишке, судя по всему, было лет тринадцать – он приходил в ярость и готов был бросаться на каждого пришельца, вторгшегося на его территорию. Именно так росли и взрослели в этом диком и яростном мире. Откуда этот подросток приобрел такую «мудрость» не оказывать никакого сопротивления? Ясно, что маленький щенок способен кусаться, но сейчас он, кажется, слишком ошеломлен и не способен ни на что иное, кроме как сверлить его глазами.

– Я снова спрашиваю, – сказал Дракон на саксонском наречии, полагая, что именно этот язык понятен мальчишке. Родным языком викинга был норвежский, а кроме того, его понимали датчане и шведы. Во время своих путешествий он мог разговаривать с франками, немцами и даже маврами. Языки давались ему легко, может быть потому, что ему нравилась музыка слов. – Ты зачем прятался в кустах и подглядывал за мной?

Дракон посмотрел на парнишку повнимательнее и обратил внимание на его добротную одежду, сшитую из тонкой шерсти и чуть великоватую для него, что было неудивительно. Вещи для детей обычно шьют с расчетом на вырост. Мальчишка явно не из крестьян, скорее всего это был молодой лорд, отданный на воспитание местному феодалу. Но почему он в таком случае находится в лесу один, без сопровождения, и к тому же путешествует пешком?

Эссекс пребывал в мире в это солнечное утро, и об этом счастливом обстоятельстве нельзя было забыть в силу того, что подобный покой установился совсем недавно после десятилетий войн. Все это произошло благодаря мудрости великого короля Альфреда и железной воле благородного лорда Хоука из Эссекса. Лорд был братом леди Кимбры, которая стала женой родного брата Дракона – норвежца Вулфа. Семейные узы были подкреплены искренней дружбой, об этом Дракон постоянно напоминал себе, когда размышлял о причине своего присутствия в Эссексе. Тем не менее полностью полагаться на мир и покой не приходится, а посему даже этот совсем юный мальчишка должен объяснить свое нахождение в лесу.

– Почему ты здесь? – снова спросил Дракон. И, поскольку мальчишка не спешил с ответом, основательно встряхнул его.

У Рикки клацнули зубы. Она мысленно обругала себя за то, что отважилась на такой риск. Если бы она затаилась, не пыталась бы убежать, вполне вероятно, что осталась бы незамеченной. Но теперь поздно размышлять об этом, как и о многом другом. Нужно думать лишь о том, как освободиться. Не рассказывать же ей о двух оболтусах – старших братьях и о любимом брате-близнеце, который научил ее защищаться.

– Главное, не пугайся, – советовал Терлоу, когда, не обращая внимания на ее раскрасневшееся лицо, продолжал обучать сестру способам самозащиты. – Ни о чем не предупреждай и действуй очень быстро. А затем беги быстрее ветра. Боль, какой бы сильной она ни была, через некоторое время проходит…

Ей еще не приходилось пользоваться его наукой, поскольку Терлоу тут же сообщил старшим братьям, отравлявшим им обоим существование, что Рикка владеет приемом, которым лучше бы не владела ни одна женщина.

– Я пришлю людей за тобой, когда обоснуюсь в Нормандии, – пообещал брат Рикке. – У нас там есть родственники по линии матери. Ждать придется недолго.

Недолго – и в то же время слишком долго, поскольку на Рикку нежданно-негаданно обрушился вал событий, которые грозили сокрушить все ее надежды. Девушку охватил ужас. Ей никогда не выбраться из западни. Она оказалась в ловушке. Рикка могла вынести все, что угодно, но только не то, что ей уготовила семья.

1
{"b":"17673","o":1}