ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Но колодки уже начали схватывать. Сила Слокума вместе с напряжением Ханикатта позволили замедлить поезд, как по волшебству, завели его на закругление и провели по нему. При движении под этим рискованным углом Слокуму казалось, что из-под ног у него уходит весь мир, а вагон, на котором он стоит, летит по воздуху и завершит поворот раньше, чем сможет снова оказаться в колее.

Так произошло, что Джон Слокум первый и последний раз столкнулся с искусством торможения в горной местности. Часом позже он приветствовал сменщика, передал тому колесо, устало спустился вниз в багажный вагон и уснул на мешках с почтой.

Барлоу наметил дополнительные меры безопасности, связанные с его грандиозным планом бегства. Слокум предположил, что на пути из Боннер-Каунти в Новый Орлеан на рельсах могут быть устроены завалы — в шестнадцати разных точках. В ответ на это большой человек заметил, что Слокум, похоже, незнаком с важнейшей особенностью западных железных дорог. В отличие от восточных штатов, система железных дорог на Западе не была никакой системой.

— Разные линии независимы и, как женщины,-чертовски ревнуют друг друга.

— Мне приходится согласиться, — подтвердил И. В. — Редко увидишь такую несговорчивость, как у «Юнион» и «Сэнтрал Пасифик».

— Это относится и ко всем остальным. Вообще, как только мы перейдем на линию Орегонской дороги, мы будем в безопасности. Ни одна линия не станет себя утруждать поисками состава, принадлежащего чужой компании.

Под предлогом поисков отсутствовавшей «серебряной клипсы», принадлежащей И. В., Слокум со своими ребятами распотрошили все мыслимые тайники в каждом вагоне. Но попытка розыска дорогого пояса, принадлежавшего Форду Сирлзу, ничего не дала. Тем временем «Железный мустанг» — так Барлоу окрестил «Болдвин-881» — безо всяких происшествий и задержек продолжал свой путь через Спокейн и вдоль границы штатов Вашингтон и Орегон в удаленный Портланд.

Вскоре после полуночи они пристроились в хвост другому пассажирскому поезду, проследовали за ним из города, перешли с ветки «Норзен Пасифик» на Орегонскую дорогу и на линию компании «Нэвигэйшн». Переход на другую ветку произошел безупречно — с той же точностью, по словам Барлоу, что и «перемена тональности в „Вальсе прерий"“. В шестидесяти милях восточнее Портланда неподалеку от городка Сэкет-Спрингз он приказал машинисту перейти на запасной путь и переждать светлый день. При этом он предупредил своих налетчиков, чтобы они подготовились к рейду ближайшей ночью. По его сигналу все собрались в багажном вагоне.

— Клемент, — обратился Барлоу к тощему субъекту с бегающими глазами, постоянно шмыгающему носом, — ты с братишкой, Диллард Сайкс и Стинк Бой поедете и приведете лошадей. Не меньше двух дюжин.

— Рэйли, ты что, шутишь? Куда мы их денем? — спросил первый помощник Барлоу, техасец по фамилии Бестер.

— А что тут такого, Перси? Выбросим сиденья из какого-нибудь вагона, отправим их в топку, а там разместим лошадей.

— А кто будет каждое утро убираться?

— Твои ребята могут натаскать соломы. Мы засунем, сколько сможем, в вагон к лошадям, а остальное пусть лежит здесь. Как только вы возвращаетесь с лошадьми, не меньше двух десятков парней садятся на них, вы скачете обратно и вычищаете Сэкет-Спрингз. Достаньте свежей жратвы, фрукты, овощи, посуду, консервы, одежду, седла — все, что может пригодиться. Если нам что-нибудь не понадобится, выкинуть мы всегда успеем. Обязательно привезите инструменты. Гаечные ключи, кувалды, засовы, ручные масленки, смазку, колесную мазь, приводы для поезда. Если придется съездить два раза — отлично. Если три — тем лучше. Хочу, чтобы вы обчистили этот город. Кстати, не скупитесь на оружие и боеприпасы.

— У тебя, кажется, зуб на этот городок — Сэкет-Спрингз? — вставил Бестер.

— Первый раз меня впервые арестовали именно там. Мне было тринадцать лет, дали тридцать дней исправительных работ.

— За что?

— Постреливал по окнам в офисе шерифа. Из позаимствованного кольта 44-го калибра.

— Позаимствованного? — переспросил Бестер. Барлоу усмехнулся и кивнул.

— Ну да, у шерифа.

Багажный вагон затрясся от хохота, однако Слокум не спешил присоединяться к всеобщему веселью. Кроме перевала через горы и изматывающего действия, которое оказало на его нервную систему управление тормозом, путешествие проходило для него без происшествий и даже утомительно. Теперь их хозяин решил сам себе поискать неприятностей. Только время покажет, что выйдет из замышляемой им аферы и чем все это может кончиться для их четверки.

8

Успокаивающая пелена ночи спустилась с синих гор северо-восточного Орегона на сосновые леса, хранящие в себе темноту всех предыдущих ночей, на массивные гранитные выступы, испытанные временем ледяные валуны, на узкий, мягко журчащий ручеек, сопровождающий линию железной дороги и облегчающий ее путь на восток.

Четверо налетчиков оседлали коней и отправились в Сэкет-

Спрингз. Как только темнота поглотила их, Слокум и Ханикатт прошли по составу к головному вагону. Они решили потревожить Барлоу по весьма важному вопросу. Здоровяк расположился на своем любимом сиденье и наигрывал на целлулоидной губной гармошке «Все ближе к тебе, господи!». Заполнявшая вагон грустная лирическая мелодия, судя по виду Барлоу, заставляла слезы выступать на глазах. Завершив исполнение, Барлоу кончиком большого пальца стер слюну с инструмента и поднял глаза.

— Мой любимый гимн, мистер Слокум, мистер Ханикатт. Наши два аса по торможению, как я слышал.

— Быть может, худшие во всем экипаже, Рэйли, — поспешно откликнулся Слокум.

— Чем могу служить?

— Мы переговорили между собой, — продолжал Слокум. — Мы с вами уже достаточно давно, чтобы показать себе цену и доказать свою преданность.

— Несомненно.

— Так как насчет того, чтобы вернуть наши пушки? — взорвался Ханикатт.

— Боже всемогущий! — Барлоу ударил себя по коленке. — Я-то думал, вы о них так и не заикнетесь. Перси! — прорычал он в дверь, открытую в следующий вагон.

Бестер высунул голову.

— Да?

— Слокум и Ханикатт просят вернуть их железки.

— И. В. и мальчишка тоже, — ввернул Слокум.

— Если вас это не затруднит, — добавил Ханикатт. Бестер исчез и вернулся через несколько минут с кольтом Слокума и оружием остальных.

— Передайте вашим дружкам, — сказал он.

— Что-нибудь еще? — поинтересовался Барлоу.

— Нет, весьма благодарны, Рэйли, — отозвался Ханикатт.

— Спасибо, — подтвердил Слокум.

— Всегда рад вас видеть. Надеюсь, вы довольны поездкой — одни пейзажи чего стоят.

Барлоу поднес гармошку ко рту и стал наигрывать «Когда на той стороне трубят сбор».

Бестер прервал его:

— Если ребята приведут лошадей, не пора ли нам заняться каким-нибудь вагоном?

— Хорошая мысль. Возьмитесь за тот, который прицеплен перед багажным.

Он возобновил игру. Бестер снова прервал его, на этот раз слегка колеблясь, почуяв нараставшее в Барлоу раздражение музыканта:

— И еще последний вопрос, Рэйли. Как мы затащим этих треклятых лошадей в эти чертовы вагоны?

— По подвесной двери в багажный вагон, а из него — в следующий. А как еще?

— Но лошадь не пройдет в дверь, связывающую вагоны.

— Ради бога, Перси, у тебя что, своей головы нет? Уж если вы сломаете все сиденья и перегородки, несложно, наверное, расширить двери с обеих сторон на шесть дюймов.

— Ух ты! — Коровьи глаза Бестера понимающе засветились по мере того, как мысли Барлоу начали проникать в его недоразвитый мозг. — Отличная мысль, Рэйли.

— Все, что сгодится на дрова, будете выкидывать в окна. — Барлоу повернулся к Слокуму и Ханикатту. — Вы вдвоем станете снаружи, будете собирать дрова и складывать их в тендер.

— Хорошо, — ответил Ханикатт.

— Но до этого, раз уж вам все равно выходить наружу, возьмете ведра для воды у Кассиди и наполните бак. Мы уже столько проехали, что у паровоза наверняка началась жажда.

8
{"b":"17698","o":1}