ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Ариэль облизнула нижнюю губу и почувствовала вкус Люка. Он положил руки к ней на грудь, снимая напряжение нежными ласками.

Ошеломленная прикосновениями, которых она никогда не знала, Ариэль смотрела вниз на его руки. Длинные смуглые пальцы заботливо разглаживали рубашку и застегивали платье. Прежде чем она опомнилась от близости. Люк мягко улыбнулся, рассеивая все тревоги.

— Теперь я знаю, — кончиком пальца он нежно провел по пухлой нижней губе Ариэль, — моя жена — девственница, надеюсь, что не надолго.

Он взял ее дрожащие руки и наклонился, целуя ладони. Его движения были полны благоговения. Ариэль смотрела, как ветер треплет длинные черные волосы, безнадежно старалась собраться с мыслями; надо построить их в логическом порядке и обрушить на него, пользуясь языком, который промывает мозги даже морским капитанам. Она сглотнула слюну и попробовала:

— Вы нарушили всякий этикет…

Теплая рука Люка обвилась вокруг ее шеи, большой палец гладил щеку. Ариэль высвободилась, пригладила волосы и озабоченно посмотрела на лиф платья.

— Думаю.. — начала она осторожно, — вы действуете быстро и берете то, что хотите.

— Беру то, что мы оба хотим, — мягко поправил он, скользя по кудрям.

Она заметила чувственный изгиб его рта. Губы Люка немного припухли от страстных поцелуев.

— Только не я, — решительно произнесла Ариэль, отступая на шаг назад. — Вы не мой суженый.

Она скрестила руки за спиной. Взгляд Люка жадно упал на корсаж и две маленькие точки, явно обозначившиеся через одежду. Дрожащими руками Ариэль плотно завернулась в шаль.

Люк похлопал по мощному крапу Майи, его лицо замкнулось, серые глаза мерцали под темными ресницами. Иссиня-черная прядь волос скользнула по щеке и закрыла тяжело бившуюся на шее вену.

— Ваши планы связаны с другим? — спросил он опять мягко.

Ариэль решительно сжала губы. Когда придет время, она сунет под высокомерный нос Люка изысканные, строгие манеры Тадеуса.

Ариэль заставила себя отвести глаза от открытого выреза его рубашки, где на темной коже вились черные волосы. Её взгляд, казалось, застыл на маленькой пульсирующей жилке.

Она попыталась думать о джентльменском подведении Тадеуса. Затем, глубоко вздохнув, поняла, что Люк смотрит на ее рот.

— Прекратите глядеть на меня, словно вы голодный ястреб, который караулит жирную полевую мышь, чтобы побыстрее сожрать, — отрывисто приказала Ариэль, с любопытством следя, как рука Люка поглаживает бок кобылы. — Наемному рабочему совершенно не подобает вести себя подобным образом.

Его рука приостановилась.

— Мужу, миссис Д'Арси, — поправил он. — Если вы желаете, я могу показать Смитсону брачные бумаги.

— Я полагаю, что некоторое время вы будете поступать, как мой служащий, повинуясь моим приказаниям. Я плачу хорошо…

Ее остановил мрачный взгляд Люка.

— Вы можете переборщить и отпугнуть свою удачу, миссис Д'Арси, — спокойно проговорил он. Голос с акцентом был слишком мягок, поэтому опасен.

— Да. Хорошо, я поработаю над договором о ваших услугах, когда у меня будет время.

— Услугах? — Люк холодно улыбнулся. — Мужу щедро платят за его… услуги.

Рука Ариэль потянулась к горлу, словно чтобы успокоить бешеное сердцебиение. Она откашлялась, попятилась назад и чопорно повернулась.

Ариэль возвращалась в лагерь в сопровождении своих лошадей. Она дрожала, шляпа скрывала лицо, когда она нагнулась открыть цепь между фургонами.

— Заходите, — приказала Ариэль, и огромные лошади покорно присоединились к остальным животным.

Она выпрямилась, рядом стоял Смитсон.

— Прекрасный вечерок, не правда ли, мадам? — весело спросил он. Его взгляд перескочил на Люка, который посадил Лиона на плечи и направлялся к лагерю.

— Тихий, — покорно ответила Ариэль, молясь, чтобы ее губы не были красными от поцелуев Люка. Она не осмелилась опустить глаза на застежку платья, чтобы проверить, не расстегнуты ли пуговицы….

— Легкий день был сегодня, — продолжай приставать Смитсон, пыхтя трубкой. — Невозможно сказать, как я был счастлив видеть ваших огромных лошадей в упряжке. Фантастические бестии! Вот это картина, когда такая тростинка, как вы, водит их по кругу. Но почему вы думаете, что они выдержат путешествие? Может, мне послать Люка за настоящей упряжкой волов?

— Мои лошади отличной породы, — бросила Ариэль, засовывая локоны, которые распустил Люк, обратно под шляпу. — Их ум и жизненная сила несомненны.

Смитсон недоверчиво фыркнул, его глаза стали следить за Глэнис.

— Проворная женщина, эта Глэнис. Спокойная… настоящая вдова. Пока Люк гулял с вами, она следила за лагерем. Ужин уже готов. Еду приготовили вчера. У дам будут довольно тяжелые времена, придется готовить позднее. Они пригласили Вильсона и меня за общий стол, выстирали и починили нашу одежду. Старый холостяк, вроде меня, ценит подобное.

Ариэль натянуто улыбнулась, когда Лидия достала из корзины травы и принялась показывать их Люку. Лидия сияла, словно нашла золото, а Люк изучал корешки и кивал головой.

Дочка французского фермера направилась в его сторону неся в руках большую кружку. Лидия, счастливая от своей дневной добычи, пошла с корзиной к лагерю.

Юбка француженки обвилась вокруг длинных ног Люка, когда она протянула ему кружку.

Затаив дыхание, Ариэль не могла отвести глаз. То, как он интимно склонился над белокурой головкой француженки, и то, как они улыбались друг другу, больно ударило Ариэль. Тихий смех Люка переплетался с веселым говором девушки, радостно разносясь в ночном воздухе.

Пальцы Ариэль сжались, словно охватили рукоятку фехтовальной рапиры. Она не ревновала, ни капельки. То, что волосы девушки были аккуратно заплетены вокруг головы, в противоположность непокорным кудрям Ариэль, не имело ни малейшего значения.

Люк, без сомнения, был распутником, как она и предполагала. Прикасаясь своим горячим ртом к груди, он вытворял всякие неприличные вещи с ее телом.

— Собака. Наживка для акул, грубиян. Бабник, — бурчала она, отворачиваясь в сторону.

Ариэль пообещала себе. что если Люсьен Наварон Д'Арси хотя бы прикоснется к ней снова, он лишится своих пальцев.

Позже вечером мелодия дудочки Тимми плыла над лагерем, ветер разносил звуки, которые были похожи на плач.

— На днях мы увидим бизонов, и я не могу выразить, как я рад, что у нас есть опытные охотники. В прошлом году фермеры испугались большого стада, и эти зверюги едва не затоптали нас, сломав фургон.

— Я нахожу преимущества в том, чтобы иметь опытных мужчин в караване, мистер Смитсон.

Ариэль поборола горячую волну, накатившуюся на нее. когда Люк улыбнулся ей. Это была медленная, интимная улыбка. Ариэль поджала губы, вспомнив его умение ловко расстегивать ей платье, а потом флиртовать с аккуратно причесанной француженкой.

— Я не сомневаюсь в опытности Люка, — произнесла она мрачно.

— Возможно, вы решитесь расстаться со вдовством, миссис Д’Арси, — осторожно сказал Смитсон, выбивая трубку о железный обод фургонного колеса. — Похоже, что Люк положил на вас глаз. Женщина должна быть замужем и заботиться о мужчине. Я вижу, что вы не равнодушны к нему.

Это замечательно наблюдать, как мужчина ухаживает за женщиной, а она краснеет, как вы сейчас. Заставляет такого старого бизона, как я, фантазировать. Нет нужды просить моего одобрения, мадам. Люк — отличный мужчина. Он уже показал себя сегодня во время переправы через реку. Фургон Джонсонов унесло бы течением» если бы Люк не вспрыгнул на спину того упрямого вола. Он принял быстрое решение.

— Да, — хмуро согласилась Ариэль. — Люк очень быстро ориентируется в обстановке.

9

После первого дня пути взбудораженные переселения сидели вокруг своих костров или ходили от фургона к фургону. Возбуждение пронизывало влажную апрельскую ночь, затрагивая каждое сердце; путешествие началось. Женщины пекли хлеб и жарили кроликов над открытым огнем. Кое-где звучали банджо и скрипки, и мужья подхватывали своих жен в быстром танце, который заканчивался всеобщим смехом. Дети играли рядом с родителями, бегая между палатками. Мать звала сына, он с неохотой отзывался; собаки лаяли на оленей и мелких животных, ведущих ночную жизнь. Запах дыма и весны разливался в воздухе; искры от костров разлетались, поднимались к звездам. Скот топтался в загонах, непривычный к ограниченному пространству. Сонные дети устраивались на руках матерей или внутри палаток.

33
{"b":"17699","o":1}