ЛитМир - Электронная Библиотека

Четверо бандитов нехотя остановились перед ее защитником. Девушка выглянула из-за его спины и увидела, что бежавшие за ней парни старше, чем ей сначала показалось. Им было лет по восемнадцать-девятнадцать. Жалкий сброд. Худые, грязные, в оборванной одежде, со слипшимися прядями сальных волос, с глубокими отметинами от оспин на лице. Тот, которого звали Тоби, вдруг резко рассмеялся, и от этого звука у Эмили кровь застыла в жилах.

– Так-так, Тоби, – вызывающе бросил неожиданный заступник Эмили. – И что же мы снова здесь делаем? Задираем маленькую девчонку? А?

– Тебе лучше не соваться в это дело, Куик. У мистера Флинта есть кое-какие дела с этой малышкой.

– Ах, мистер Флинт. – Куик на мгновение замолчал, словно обдумывал этот совет. – И что я получу, если отдам ее вам?

Эмили тихо вскрикнула за его спиной и впилась ему в локоть пальцами. Но Куик даже не обратил на нее внимания. Его глаза внимательно следили за надвигающимися на них противниками.

Тоби обнажил в ухмылке свои длинные, кривые зубы.

– За это мы оставим тебя в живых, – сказал он.

Один из парней засмеялся:

– Твои деньки сочтены, Куик. Мистер Флинт скоро все приберет здесь к рукам, и твоей шайке-лейке конец. Ну, так что ты надумал?

– Придется повторить урок, который ты, Сэм, кажется, не усвоил в тот день, когда пытался обчистить моих парней. Моя шайка уже однажды заставила вас убраться восвояси, поджав хвосты.

Лицо Тоби потемнело.

– Сейчас все по-другому. Нас четверо, а ты один. Мы легко справимся с тобой.

– Ты уверен?

– В чем?

Куик пожал плечами:

– Что я один здесь. Может, хочешь сосчитать, сколько нас всего в моей шайке-лейке? Они вон как раз стоят сейчас сзади вас.

Четыре головы резко повернулись назад, и в этот момент Куик схватил Эмили за руку и тихо прошептал ей на ухо:

– Бежим!

Она сразу все поняла и бросилась вслед за Куиком. За их спинами послышался топот ног. Уйти от погони будет непросто.

Они мчались по лабиринту узких темных улиц, перепрыгивая через мусор и канавы. Эмили казалось, что ее сердце бьется где-то в горле и вот-вот выскочит наружу. Преследователи по-прежнему не отставали.

Когда девушка почувствовала, что бежать дальше она уже не в силах, перед ними неожиданно вырос, высокий забор, перелезть через который не представлялось возможным. Ее сердце оборвалось, словно провалилось в бездонную яму.

– Что же мы будем... – в ужасе зашептала Эмили. Но прежде чем она успела закончить фразу, Куик повернул одну доску в заборе и подтолкнул ее к образовавшейся щели.

– Быстрей, – скомандовал он.

Проем оказался очень узким, но Эмили все же смогла протиснуться в него. За ней в дыру проскользнул Куик.

Они успели как раз вовремя. У забора загрохотали грубые башмаки преследователей. Послышались ругательства.

Более высокие и крупные парни из банды Флинта не смогли протиснуться в узкую щель, которая помогла уйти от преследования Куику и Эмили.

– Скорее, – позвал свою спутницу Куик. – Нам лучше побыстрее убраться отсюда, пока они не нашли какой-нибудь обходной путь.

Эмили не проронила ни слова. Снова взяв своего спасителя за руку, она позволила увести себя в ночную тьму.

ГЛАВА 4

Раздраженный и полный отчаяния, Тристан вернулся домой. Его мысли упорно возвращались к недавней встрече с виконтессой Родерби.

Он должен был сразу понять, что не стоит обращаться с просьбой к женщине с подобной репутацией. Их беседа лишь пустая трата времени, и ему необходимо быстрее забыть об этом нелепом свидании. Но только почему-то образ этой странной вдовы никак не оставлял его.

– Напрасно съездили, милорд?

Услышав этот вопрос, Тристан поднял глаза и увидел перед собой озабоченное лицо Арчера.

– Да, Арчер. – Тристан с рассеянным видом бросил на стол перчатки и шляпу. – Она отказалась помочь.

Озадаченно наморщив лоб, Арчер последовал за господином в его кабинет.

– Отказалась? – тихим эхом переспросил дворецкий.

– Без малейшего колебания.

– Как жаль. Я был уверен, милорд, что она согласится.

Тристан подошел к серванту и налил себе виски. Сделал большой глоток и только после этого обернулся к слуге:

– Арчер, ты не объяснил мне, почему так уверен в том, что леди Родерби хорошо знакома с окрестностями Тотхилл-Филдз.

– Я не тот человек, чтобы доверять сплетням, но мне известно из достоверного источника, что леди Родерби бывает там по каким-то делам. И довольно часто.

Тристан недовольно сморщил нос. Он и не сомневался в том, что Арчер говорил правду. Вспомнив подробности встречи с виконтессой, Тристан снова почувствовал прилив ярости. Как она выставила его за дверь! С каким достоинством! Он даже усомнился в том, о чем судачил весь свет. На какой-то миг ему показалось, что все злобные, распускаемые о ней сплетни просто выдумка. Но теперь эта женщина показала свое истинное лицо. У нее на повестке дня куда более важные дела, чем поиски какого-то потерявшегося ребенка.

Он заскрипел зубами. Черт ее побери! Эта женщина отказала ему в момент, когда он совсем потерял от отчаяния голову! Волна неистовства снова захлестнула его. Неожиданно Тристану пришла мысль, что он сам настроил против себя виконтессу. Он ранил ее своими холодными, жестокими словами. Это было видно по ее глазам, в которых затаилась боль. Он заметил это. Тристан вдруг ощутил что-то вроде раскаяния.

Возможно, все дело в том, что эта женщина просто поразила его. Лишь только он увидел ее. Эта необычная, удивительная красота, утонченность и достоинство.

Воображение Тристана тут же услужливо подсунуло ему до боли реальную картину – красавица виконтесса в объятиях своего дряхлого супруга. Вот он целует ее, дотрагивается до нее, занимается с ней любовью. От гнева у графа потемнело в глазах.

Злобно выругавшись, он снова обратился к своему бокалу и выпил остатки виски. Затем налил еще. Какое ему дело до того, кого виконтесса пускает в свою постель? Вряд ли лорд Родерби был первым. И уж конечно, он не будет последним. Если хотя бы половина сплетен об этой женщине соответствует действительности, этого достаточно, чтобы избегать ее. В конце концов, у него есть чем заняться. Эмили сбежала из дома, и скоро возвращается в город его несносная тетка. Сейчас ему надо сосредоточиться на поисках сестры. Если еще не поздно... Тристан снова посмотрел на Арчера:

– Есть какие-нибудь новости об Эмили?

– Боюсь, мне нечем вас порадовать, милорд. Люди продолжают искать, но пока безрезультатно.

Страх и сомнения снова завладевали им. Спазм сжал его горло. Нет, нет! Нельзя поддаваться панике. Хотя мысль о том, что сейчас Эмили бродит по Тотхилл-Филдз, тому самому району, который однажды уже стал свидетелем семейной трагедии, повергала его в состояние шока и оцепенения. Его сестра нуждается в помощи, и он должен быть сильным, он не допустит, чтобы с Эмили что-то случилось. Он и так на целых восемь лет забыл о своем долге.

– Я хочу тоже отправиться на поиски Эмили, – тихо проговорил Тристан и поставил бокал на стол. Затем снова завязал галстук, встал с кресла и направился к двери.

– Но, милорд, – запротестовал Арчер, – вы ведь даже не ложились, а уже скоро утро, вам надо хотя часика два поспать. У вас утомленный вид.

– Я не могу, Арчер. Ты же понимаешь. На Боу-стрит слишком легкомысленно отнеслись к исчезновению Эмили, следовательно, она может рассчитывать только на меня.

«Господи, помоги ей!» – мысленно взмолился Тристан.

Когда он спустился в холл, воспоминания снова нахлынули на него. Ему вряд ли удастся когда-либо забыть тот день, когда отец указал ему на дверь. После нескольких недель разбирательств и обрушившихся на его голову обвинений Тристан был даже рад тому, что уезжает из родительского дома. Эти стены постоянно довлели над ним, напоминая ежесекундно, что его матери больше нет. И в ее смерти повинен именно он.

Тристан закрыл глаза. Если бы он только мог представить себе, чем обернется стремление матери заниматься благотворительностью, то никогда бы не позволил ей этого. Ни за что бы не пустил в Тотхилл-Филдз. Возможно, если бы он стал возражать или предложил ей каким-то другим способом проявить милосердие, леди Эллингтон прислушалась бы к мнению сына. Но ему было всего девятнадцать. И он так жаждал восстать против деспотизма отца, а это был такой удобный случай! В конце концов, его стремление к независимости обернулось гибелью матери.

7
{"b":"17700","o":1}