ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Ты что? — страх опять вернулся к Кули. — Разве того, что нашли, — мало? Что там может быть, кроме сгнившего скелета?

— Не ной, трус! С тобой только свяжись! Кинешь при первом шухере!

— Я кину?! Ты вообще, что ли? — Кули покрутил пальцем у виска.

— Тогда заткнись! И помоги мне снять крышку… Ты сам подумай, если вокруг столько золота, то в саркофаге его должно быть еще больше! Подожди, уберу сначала сундук.

Вонг снял небольшой сундучок с каменной крышки и вновь вынул нож.

— Посмотрим, что там.

Лезвием вор вскрыл сундучок.

— Старинная книга. Ладно, мы ее антикварам сплавим. А это что? Медальон какой-то. Он из бронзы — дешевый. Ладно, потом разберемся.

Вонг вложил обратно книгу и амулет Мартена, поставил сундучок на пол, рядом с саркофагом.

С большим трудом они сдвинули тяжеленную плиту, толкнули изо всех сил, и крышка с грохотом рухнула на пол.

Кули поспешил отойти от саркофага, а Вонг заглянул внутрь.

— Белый саван. Удивительно, как хорошо сохранился!

Вонг протянул руку, чтобы снять саван, но невидимая сила отбросила грабителя могил на несколько шагов. Вонг шлепнулся об пол и сильно ушиб спину.

Эта же сила выкинула прочь из саркофага саван, и в полной тишине из каменного гроба поднялся Ранзес Кровавый.

Высокая худощавая мумия, укутанная с головы до пят в стерильные медицинские бинты, и только пустые глазницы остались не прикрытыми материей. Смотреть в эти глазницы было невозможно. Это были глаза самой смерти!

Ранзес перешагнул через стену саркофага и заговорил. Мягкий спокойный голос был скорее похож на голос вежливого официанта и настолько противоречил внешнему виду мумии, что казалось: все происходящее лишь кошмарный сон, бред алкоголика, глюки наркомана. Но все происходило наяву.

— Удачно это вы зашли, — весело произнесла мумия. — Как говорил мой дядя, жадность фраера сгубила. Кстати, для дяди эта поговорка приобрела буквальный смысл. Я заподозрил его в заговоре и казнокрадстве и собственноручно залил ему в глотку расплавленное золото.

Фараон жестикулировал, как актер в комедийном спектакле, но при этом пустые глазницы непрерывно следили за своими освободителями.

Кули от страха потерял дар речи и способность передвигаться. Он, как статуя, стоял на месте с широко открытым ртом и таращил глаза на мумию.

А Вонг бросился к выходу.

— Эй, постой! Не покидай меня, мой друг! — воскликнул фараон и повернул одну из маленьких фигурок, украшающих саркофаг.

Вонг почти добежал, но путь к спасению ему преградила каменная плита, упавшая сверху. Эту дверь, в отличие от железной, даже ломом нельзя было сломать. Тем более что лом остался по ту сторону.

Вонг повернулся к фараону, лицо вора было цвета похоронного савана.

А Кули все стоял, не в состоянии пошевелиться, и тихо стонал:

— А-а-а, а-а-а…

Фараон повернул другую статуэтку. Пол рядом с саркофагом отошел в сторону. В образовавшемся широком проеме шевелилась черно-зеленая масса. Это было похоже на живое хищное болото.

Фараон склонил голову набок и радостно произнес:

— Мои любимые макросы! Вы созрели и хотите кушать. Эй, ты! — мумия показала пальцем на Вонга. — Иди сюда!

Вонг не хотел идти и ни за что бы не пошел, но его воля была сломлена ужасом и чудовищной волей фараона. Обезумев от страха, Вонг поплелся к Ранзесу.

— Помоги мне покормить макросов. — Ранзес по-дружески положил руку на плечо вора.

— Покормим, конечно. Без проблем, — пролепетал Вонг, сам не понимая, что говорит.

— Умница, — сказал фараон и одним рывком оторвал Вонгу голову. Ударил фонтан крови, тело Вонга дернулось и застыло.

Фараон швырнул голову и тело в болото. Останки вора быстро погрузились в шевелящуюся массу, послышалось чавканье.

— А-а-а… — стонал Кули и не двигался. Его черные волосы в один миг стали белыми. К нему подошел фараон и взял вора под руку.

— Какой молоденький. У тебя здоровое сердце?

— А-а-а!..

— У тебя очень бедный словарный запас.

— А-а-а!..

— Вот и поговорили, — произнес фараон и пробил своей дьявольски сильной рукой грудь Кули, вырвал сердце и, положив себе в рот, принялся его тщательно пережевывать. Одновременно он удерживал в вертикальном положении теперь уже мертвое тело Кули.

Пережевав и проглотив сердце, фараон швырнул тело в кишащую черно-зеленую массу. То, что раньше было Кули, утонуло в мерзкой трясине.

Фараон был в прекрасном расположении духа и тела. После того как Ранзес съел сердце живого человека, он стал неуязвим для обычного и магического оружия. По крайней мере, фараон был в этом уверен.

— Я непобедим! Я верну свои владения и покорю новые земли! Я покорю мир! — восклицал фараон, размахивая руками. — Ладно, хватит соплежуйством заниматься. Мне нужна книга Разрушения и Созидания.

Фараон поднял сундучок, вытряхнул содержимое на пол. Поднял амулет Мартена и бросил его обратно в сундучок.

— Амулет мне пока без пользы. Книга — другое дело.

Фараон листал страницы.

— Нашел! Глава «Боевые формы макросов».

Ранзес произнес короткое заклинание из книги и, подойдя поближе к яме с шевелящейся массой, простер над ней руки.

— Выходите, мои макросы! Верните мои владения, истребите все живое! Оставьте после себя только пустыню! Вперед, мои макросы!

Черно-зеленое болото забурлило, оно шипело и свистело. Из густой подвижной массы выползла гадкая толстая змея и медленно поползла по залу. За ней — другая, третья…

Теперь уже было хорошо видно, что вся масса — это скопище змей. Одни были черные, как уголь, другие переливались темно-зеленым цветом.

Змеи ползли и разбухали прямо на глазах. Они превращались в отвратительные шары: черные — размером с низкорослую лошадь, зеленые — размером с человека. Раздались хлопки: шары лопались один за другим.

Вместо черных змей в зале гробницы стояли уродливого вида лошади, немногим больше пони, с кривыми ногами, без хвостов и с тонкой кривой шеей.

Но то, что выходило из зеленых шаров, оказалось еще более отвратительным. Зеленые низкорослые воины со змеиными головами, скользкими гибкими лапами и толстыми ногами с тремя пальцами. В правой лапе каждый воин крепко держал ятаган — короткую кривую саблю.

Зеленые воины взбирались на черных лошадей и медленно, словно ползли, ехали к дальней стене гробницы.

Ранзес Кровавый подошел к одному из фонарей, отбросил его в сторону от ниши, которую фонарь занимал, запустил туда руку и дернул за потайной рычаг.

Стена гробницы, возле которой накапливалось войско фараона, словно гигантские двери, распахнулась в разные стороны.

— Вперед, мои макросы! Превратите города и селения в пепелище!

Мерзкий и ужасный поток всадников хлынул из гробницы. А из ямы возле саркофага все ползли и ползли змеи.

Сотни, тысячи макросов.

ОДИНОКИЙ ВСАДНИК

Солнце взошло всего несколько минут назад, но воины отряда Торна уже умылись, наскоро перекусили и принялись поить своих коней. Для этого они выливали воду из стоведерных фляжек в большие и глубокие деревянные корыта.

— В моей фляжке вода закончилась, — пожаловался Гардер.

— В моей — тоже, — отозвался Клавдий.

— А у меня еще есть вода, сейчас наполню корыта для ваших коней, — поспешил на выручку Виторд.

— Не надо! Не трать воду из фляги! — крикнул Матвей. — Я сейчас!

Матвей побежал в дом и быстро вернулся с буровым посохом в руке.

— Несите сюда ведра, корыта, пустые бутылки, кожаные мешки. Сейчас будет целый фонтан воды, на всех хватит! — гордо подзывал воинов обладатель волшебного посоха.

Воины обступили Матвея. Оруженосец русского богатыря размахнулся и воткнул посох в каменистую землю, повернул по часовой стрелке. Затем вытащил посох и отошел на несколько шагов назад. Но фонтан не ударил. Не появился даже маленький ручеек.

— Наверное, здесь вода слишком глубоко, — предположил Илья Муромец.

34
{"b":"1771","o":1}