ЛитМир - Электронная Библиотека

– Знаю, знаю, что меня тут не любят. Можно лишний раз не повторять. Но мы тут, собственно, задерживаться не собираемся. Позаимствуем у вас одну скромную вещичку и дальше пойдем.

– Ничего не отдам. Небось камнями нашими отшлифованными прельстились? И думать забудьте! И вообще, вы – вооруженные преступники и должны быть арестованы. Где ваше оружие?

– Вот наше оружие, – сунул Леха черту кулак под нос – И если не хотите по-хорошему, будет по-плохому.

– О, да не такие уж вы и положительные, раз умеете угрожать. Хвалю! Растете в моих глазах. И принцесса у вас не сахар. Шницель!

– Да, мой командир! – черт вытянулся по стойке «смирно».

– Проводи пленных к главному штабу.

– Мне применить силу? – самоуверенно спросил черт, на что мы дружно хмыкнули, и у него разом отпали все сомнения в глупости сказанного. – Думаю, они и так не будут сопротивляться.

Решив, что другого пути пока нет, мы пошли за нашим провожатым. Может, как раз в главном штабе и находится бубен? Пока шли, мы рассматривали чертову территорию с местными жителями, которые с не меньшим интересом рассматривали нас.

– А Кариф-то небось смылся, как жареным запахло, – улыбнулся Андрей.

– Черти они и в Африке черти, – констатировал Леха.

– Эй, Котлета, – окликнула Ирина, – а штаб – это самое главное место у вас? Вы, наверное, там любуетесь ценностями?

– Это ты мне? – повернул голову черт.

– А кому же? Тут только у тебя такое гастрономическое имя.

– Меня зовут Шницель. А на ценности мы не любуемся, потому что в штаб заходит только один главнокомандующий. Да и чем там любоваться? Красным старым бубном за стеклянной дверцей?

Ирина многозначительно посмотрела на нас. Вот так, без всяких усилий было выяснено, что бубен действительно у чертей в главном штабе и что туда может заходить только начальник, но остальные не раз совали в дверь свои любопытные пятачки, иначе откуда бы нашему словоохотливому Шницелю знать такие тонкие подробности про стеклянную дверцу.

– Пришли, – остановился черт в сапогах.

Мы стояли возле каменного одноэтажного здания, расположенного рядом с каменоломней. На крыше красовался черный флаг без рисунка. Причем флаг был квадратным, и я сразу окрестила его шедевром Малевича, на что главнокомандующий с гордостью заявил, что действительно сам его малевал. Объяснять, что я имела в виду, не было смысла. Черти были тупы, как пробки. Хотя, конечно, глупые-то глупые но численный перевес был на их стороне, поэтому из двух стратегий «драться» или «договариваться» мы выбрали вторую.

Около сотни чертил смотрели на нас так, словно в первый раз видели существ с отсутствием растительности на теле и без хвоста. Было видно, что эти тупоголовые бросятся на нас по первому же слову начальника. Это нисколечко не радовало. Тут подоспел и главный:

– Тэкс, тэкс, тэкс... Быстро же вас привели. Андрей хотел было возразить, но передумал и только махнул рукой.

– Уважаемый главнокомандующий, – решила я пойти на хитрость. – Я понимаю ваше негодование по поводу нашего проникновения в эту живописную местность. Мы даже готовы сдаться в плен добровольно. Но не правильнее ли было бы сначала нас допросить и выяснить, что нам удалось узнать?

Черт задумчиво почесал редкую бородку. Друзья посмотрели на меня и беззвучно поинтересовались: «Чего задумала?» Я жестом успокоила их и стала дожидаться, пока генерал «переварит» мое предложение.

– Я как раз собирался это сказать, – наконец просветлел он.

– Долго же ты собирался, – прошептала Ирина. Не дав черту загрузиться еще на неопределенное время, я продолжила:

– И где вы собираетесь нас допрашивать, мудрый правитель?

Моментально возгордившийся собственной ценностью хвостатый чуть из красной ленты не выпрыгнул. Обрадовавшись своим скрытым талантам, признаваемым, как оказалось, даже врагами, он важно ответил:

– На площади, перед всем народом.

– Это, конечно, идея неплохая, но есть и получше, – осторожно заметила я. Черт тут же проглотил на. кивку: глазки загорелись, ручонки затряслись. Конечно, каждому хочется, чтобы его уважали.

– Как же это, как?

– Вы, наверное, и сами догадываетесь... – зевнула я. показывая деланное равнодушие. На самом деле у меня внутри все ликовало. Неужели это будет так легко?! Провести зазнавшегося черта и взять бубен!

– Я, конечно, знаю много мест, где можно вытрясти из вас душу, – хитро начал рогатый командир. – Например, у этой каменоломни или вон там, на старом сером камне. Но я должен узнать, что имеете в виду вы. Это, так сказать, первая часть моего плана.

– Хорошо. Мы бывали в разных странах, и везде уважающие себя генералы допрашивают пленных в главном штабе. Их усаживают за стол и ведут дипломатические переговоры.

– Да? А что такое эти... переговоры?

– Ну, это тот же допрос, но более эффективный. Гостей, то есть я хотела сказать пленных, кормят булочками, всякими сладостями и поят чаем. Ибо, как гласит известный закон: «Желудок – самый короткий путь к мыслям шпиона», – выпалила я на одном дыхании. Генерал задумался. Сначала я рассчитывала только взять бубен, но всякие каверзные штучки – моя слабость, и я не могла удержаться от небольшого театрального представления. По моим расчетам, нас должны были еще и вкусно накормить. Что ж, посмотрим, что получится из этой затеи.

– Раз так поступают в высшем обществе других государств, мы тоже не хотим отставать в развитии, – наконец-то вышел из задумчивого состояния главный черт. – Но у меня есть еще один вопрос, можно?

– Все, что угодно, лишь бы вы улыбались, – ласково заверила Ирина. – У вас такая замечательная улыбка! Она напоминает мне растоптанную галошу сорок пятого размера.

Ох, лучше бы она помолчала. Нет, черт ничего оскорбительного в ее словах не увидел. Наоборот, все последующее время мы еле сдерживались от смеха, потому что наш красавец, вконец разомлев от подобной похвалы, всячески стремился показать все свои желтые гнилые зубы, оправдывая Иринино определение.

– Ну так вот, – захлопал глазами главнокомандующий. – Мне хотелось бы узнать: кто конкретно допрашивает военнопленных так, как вы описали? Это очень важно для меня.

Я немного растерялась. Куда он клонит? Неужели этот придурок раскусил всю мою махинацию? Надо было что-то отвечать.

– Да... кто угодно! Буквально все уважаемые люди!

– А подробнее?

– Правительственные чиновники, налоговые инспекторы, работники ГИБДД, – перечисляла я первых, кто пришел на ум.

– Никогда не слышал о таких... А они все тоже черти?

Я закашлялась. Вот что его интересовало! Тьфу ты, е-мое, так бы сразу и сказал! Ну как теперь выпутываться?

– Больше половины нашего населения считает, что да, – уверенно ляпнула я и доверительно наклонилась к черту: – А есть такие элементы, что ваши подчиненные и рядом не стояли.

– Ух ты! – восхитился тот. – Я тоже хочу выведать все тайны в штабе!

Я облегченно вздохнула. Вроде бы все шло по плану.

– Мы согласны у вас допроситься. – Андрей важно вытянул руки вперед.

Главный хвостатый в сопровождении еще пятерых подобных повел нас в одноэтажный штаб. Причем эти пятеро остались стоять снаружи и караулить, чтобы мы не сбежали. Генерал зашел первым и занял место в высоком кожаном кресле. Обстановочка в главном штабе чертей была самая что ни на есть скромная: стол, кресло, пара стульев около стены да стеклянный шкаф, в котором на каменной подставке лежал старый красный бубен. Стены были обвешаны парадными портретами главного черта в разных ракурсах, но всенепременно в красной ленте. Да-а... У кого-то чересчур высокое самомнение!

– Это я! – с гордостью тыкал черт копытцем в очередную картину. – И это тоже я! И вон там я. Любят меня мои подчиненные, ценят. А когда я выведаю ваши секреты, будут ценить еще больше. Надо моему заместителю какую-нибудь медальку выдать, чтоб не возникал. Ну что ж, начнем допрос, пожалуй.

– А как же сладости? – разочарованно протянул Леха.

40
{"b":"1774","o":1}