ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Аррриадна! – выпалил совсем юный детеныш, которого Норд даже не сразу заметил в кругу огромных завров. Человек заставил себя улыбнуться.

– Рад знакомству, очень рад... – постепенно гость узнал имена всех археологов. Тек'кен нетерпеливо помахивал хвостом.

– Выпьем за встречу! – громыхнул он, едва все завры были представлены. Предложение встретили шумом и смехом, Норду сразу протянули три рога с прозрачным напитком. Человек напрягся.

– Я не пью.

– Это просто джин-тоник, – успокаивающе заметила Таис. – Не обижай нас отказом.

Норду пришлось немного отпить из рога. Чтобы сразу пресечь все попытки ящеров продолжать, он сделал вид, будто напиток вызвал сильное головокружение.

– Я же говорил! – возмущённый Норд скрестил на груди руки. – Я плохо переношу алкоголь.

– Да тут всего 9% спирта... – Таис подмигнула Тек'кену. – Уважаемый, ты познакомился со всеми нами, а выпил лишь один бокал! Разве так можно, дорогой?

– Мне нельзя пить, я на крыльях... – Норд сделал последнюю попытку.

– Мы тоже! – бодро заявили сразу пять ящеров. Таис кивнула на ранцевые дактилопланы, грудой сложенные поодаль.

Тек'кен высоко поднял рог.

– Выпьем за дружбу, для которой и межзвездные расстояния не помеха! – ящер одним глотком осушил рог и, рявкнув, поставил его на блюдо отверстием вниз. – Слушайте тост.

Он налил себе ещё рог и поднял лапу, призывая к вниманию.

– Однажды, мудрый старый завр призвал к себе сына и сказал: «Сейчас я научу тебя мудрости». Затем он дал ему копьё, – Тек'кен подмигнул Таис, явно знавшей эту историю и пытавшейся удержать смех, – и предложил сломать. Юный легко сломал копьё. Тогда отец дал ему шесть копий сразу и приказал сломать. Юный так и сделал.

Таис отвернулась, чтобы не засмеяться. Тек'кен продолжал:

– Тогда отец дал сыну связку из двенадцати копий! И юный легко сломал их. Увидев это, мудрый завр положил руку на хвост сына и сказал: «Дураком ты был, дураком и останешься...»

Громовой рыкающий хохот разорвал ночную тишину. Тек'кен смешно замахал маленькими передними лапами:

– Тихо, тихо! Какова мораль этой истории? – ящер таинственно подмигнул Норду. – Всякий, кто не сможет сломать шесть копий, познает мудрость.

Археологи вновь расхохотались, дергая хвостами. Тек'кен поднял лапу.

– Так выпьем же за юных! – осушив рог, он уставился на Норда. – Герка?

Гость покачал головой:

– Нет.

– Почему?!

Норд решительно встал.

– Я не пью, – заметил он угрожающе. – И мне скоро лететь обратно.

Тек'кен тяжело вздохнул.

– Как скажешь, дорогой. Тогда хоть отведай угощения – здесь много вкусных блюд, из тех что любят приматы...

Норд стиснул кулаки.

– Я человек. Ч-Е-Л-О-В-Е-К, а не примат.

Все рассмеялись.

– Шерсть на голове есть? – весело спросила Таис. – Есть! Значит, примат!

– Если я вместо завров буду звать вас ящерами, вам понравится?

Тек'кен невольно фыркнул:

– А как, по-твоему, слово «завр» с латыни переводится?

Совершенно не ожидавший подобного, Норд запнулся, подыскивая ответ. Молодая Тирма звонко рассмеялась:

– Какой ты смешной! – она изогнулась, блеснув чешуйками в свете костра. – Мы и есть ящеры. Хвостатые, чешуйчатые, зубастые!

– Зубастые! – согласно прорычала маленькая Ариадна, вгрызаясь в ароматный кусок псевдомяса. Норд безнадёжно махнул рукой.

– А-а, зовите как хотите...

Ариадна весело фыркнула.

– Лемурчик!

Застолье продолжалось ещё долго, пока не кончились все припасы у завров. Но и после ящеры продолжали шутить, смеяться и энергично обсуждать разнообразные темы. По небу медленно плыло жемчужное ожерелье Энергопояса.

Понемногу разговоры стихали. Тихий, и одновременно полный таинственных звуков, ночной берег располагал к молчанию. Стрекотали цикады, горел огромный костёр. Норд то и дело поглядывал в сторону телеприемника.

Когда затихли последние беседы, археологи долго смотрели, как танцует пламя. Тревожный, мерцающий свет огня превращал берег в зыбкую грань между вымыслом и реальностью, завров – в сказочных драконов, чёрное небо – в мантию великого Мага, звёзды – в глаза единорогов... Полное отсутствие ветра позволяло искрам взлетать на большую высоту, будто на берегу океана извергался таинственный Ородруин, вулкан из древних легенд.

– Расскажи нам, Таис... – попросила Ариадна, уютно устроившаяся между родителями. Молодая заврия улыбнулась.

– Что рассказать, маленькая?

– О древних временах! – детеныш азартно клацнул зубами. – Друг Тек'кена наверняка не слышал о проклятии Граа!

Таис оглянулась на Норда, но тот промолчал. Беспомощно разведя передними лапами, инопланетянка рассмеялась.

– Так и быть...

Чуть прищурив массивные чешуйчатые веки, она некоторое время смотрела на костёр, тихо потрескивавший в ночи. Археологи ждали.

– Эта история сохранилась с незапамятных времён, когда первое поколение еще жило, а камень судьбы одиноко мчался в пустоте космоса... – Таис вздохнула. – Её спас для нас панцирь археотагиса, древнейшей из найденных черепах.

Горел костёр, тихо шелестели теплые волны. Норд невольно подумал, сколь многого лишилась Земля, когда Луна была взорвана для переработки в Энергопояс.

– ...никто не знает, правда ли это. Известно, что задолго до камня судьбы, жители изолированного материка Мю, первым отколовшегося от Пангеи, неожиданно вымерли, и случилось это так стремительно, что соседи не успели прийти им на помощь. В те времена культура нашего рода еще не достигла вершин, возможности были скудными. Царствовали идеографика и клинопись. Мы совсем ничего не знаем о более поздних эпохах, когда на смену примитивным иероглифам пришло настоящее письмо. Наше счастье, что предки писали на костяных пластинках и черепашьих панцирях, иначе мы вовсе бы не узнали, что ведем род с Земли. Камень судьбы уничтожил почти все...

Таис тяжело вздохнула.

– Честно говоря, большинство найденных древних текстов – культовые записи и календарные таблицы. Оно и понятно, черепашьи панцири под ногами не валяются. Поэтому, скорее всего, легенда о гибели народа Мю – просто сказка, вернее, культовая притча. Мы не знаем, во что верили предки.

Она оглядела притихших археологов.

– Однако я считаю, что в основе любого мифа лежит подлинное событие. И хотя поверить в почти мгновенное вымирание целого континента весьма трудно, предки едва ли стали бы создавать столь мрачный миф, не имея тому реального примера...

– Расскажи о Граа! – не удержалась Ариадна.

Таис улыбнулась.

– Все расскажу. Так вот, – она вновь обратила глаза к Норду. – Основная причина, почему легенда о Мю вызывает огромный интерес у исследователей – ее необычность. История, изложенная на панцире, столь мало похожа на другие, что волей-неволей задумаешься над ее первоисточником. Поскольку, если верить тексту, причиной гибели народа Мю стал самец по имени Граа.

Молодая инопланетянка серьезно оглядела друзей.

– Кто-то, или что-то – упоминания об этом на панцире нет – дал Граа удивительную способность: ему всегда везло. В тексте неоднократно повторяется, что любая, даже самая невозможная случайность, непременно становилась возможной, если могла оказаться полезной для Граа. Однако сам он не умел влиять на свой дар. Его словно тащил могучий вихрь, твердо знавший, куда лучше лететь.

Таис опустила веки, пытаясь представить, как мог выглядеть ее мифический древний сородич.

– Однажды, пишет неведомый автор, Граа на охоте случайно убил дочь вождя своего племени. Все видели, что это был несчастный случай, однако Граа всегда везло. С ним не могло случиться несчастье. И спутники подумали, что Граа лжет и убил девочку намеренно. На совете племени было решено изгнать его в пустыню, объявив повсюду, что за помощь изгнаннику будут наказывать смертью.

Таис тяжело вздохнула.

– На следующий день, неведомая болезнь объявилась в племени. К вечеру все – кроме Граа – умерли в страшных мучениях. Несчастный Граа, обезумев от горя, попытался прибиться к другому племени, но и там сразу все умерли. Так Граа понял, что причина всеобщей гибели – он сам.

2
{"b":"17743","o":1}