ЛитМир - Электронная Библиотека

– Где пятнистый? – выдавил он наконец. Надежда, рождённая словами Непернатого, уже угнездилась в душе. Волк гнал её, всеми силами, но вместо этого лишь сильнее верил. Флэр... Неужели, о звёзды, неужели это возможно?!

– Пятнистый умер, – заявил Непернатый. – Но ты ведь сможешь его оживить? Я покажу, где.

***

Земля содрогнулась, когда звездолёт опустился в полусотне метров от дома пардов. Могучие опоры ушли в песок, звуковой удар отдался звоном стеклостали в окнах. Корабль ещё покачивался на аммортизаторах, когда Волк бросился наружу из шлюза.

– Фршата! – он заколотил в дверь. – Фршата!

Не открывали долго. Наконец, послышался сонный голос:

– Что случилось?

– Беда! Скорее, нужна твоя помощь!

Дверь медленно, словно нехотя приоткрылась. Растрёпанная пардия удивлённо оглядела Волка.

– Какая беда?

– Шау'кхар мёртв, – прямо сказал учёный. – Убит отравленной стрелой около полутора часов назад. Но сегодня был очень холодный день, мозговые клетки не могли разрушиться так скоро. Фршата, ещё не поздно его оживить!

Сглотнув, пардия попятилась.

– Мёртв? – прошептала она. Содрогнувшись, прислонилась к стене, зажмурилась. Волк ждал.

– Нельзя терять времени, – выдавила наконец Фршата. Перемена произошла мгновенно: потрясённая горем пожилая тигрица словно превратилась в яростную молодую пантеру. Крикнув внутрь дома что-то на родном языке, пардия как была, полуобнажённая, бросилась наружу. Волк мчался рядом.

– Как это случилось? – рявкнула Фршата, когда они ворвались в корабль. Поднимаясь в лифте, Волк коротко объяснил. Фршата тяжело дышала.

– Сколько времени твоя подруга была мёртвой вне холодильника?

– Несколько минут...

– Её можно будет оживить, – отрывисто бросила тигрица. Пока учёный готовил корабль к взлёту, она металась по рубке, точно зверь в клетке. – Шау'кхару придётся хуже. Полтора часа, даже в холодном климате, грозят асфиксией внешних участков серого вещества. Возможна частичная амнезия и даже церебральная анемия с полной потерей памяти...

– Я поместил его в регенератор, едва узнал, – Волк вёл корабль на пределе ускорения.

– Регенератор не поможет, – хрипло отозвалась Фршата. – Только анабиоз. Нервные клетки очень неустойчивы, они первыми выпадают из Ка-резонанса.

– Откуда? – переспросил Волк. Звездолёт приземлился на берегу острова, рокот двигателей стих. Они с Фршатой одновременно бросились к лифту.

– Ка-резонанс, – пока кабина опускалась, тигрица смотрела в сторону. – Это открытие моего мужа. То, что мы называем жизнью, на самом деле – пятое фундаментальное взаимодействие. Гравитация, электромагнетизм, сильное внутриядерное, слабое внутриядерное и Ка-взаимодействие. Оно оказывает влияние только на весьма специфические макроструктуры, поэтому до сих пор его и не обнаружили.

Двери открылись. Фршата и Волк выскочили в коридор нулевой палубы.

– Не верю! – на бегу бросил учёный. – Как мы могли пропустить пятое взаимодействие?!

Пардия хрипло дышала сквозь зубы.

– До открытия бета-распада никто и не предполагал, что существует слабое внутриядерное. До создания общей теории поля, никто не ожидал найти связь между сильным ядерным и гравитационным...

– Но в основе жизни лежит химия, а не ядерная физика!

– Неужели? – Фршата метнула на Волка насмешливый взгляд. – А что лежит в основе химии?

Волк нажал кнопку у шлюза. Массивный люк начал открываться.

– Хорошо, допустим всё так и есть. Какое воздействие оказывает Ка-взаимодействие на материю?

– Лазеры, – коротко бросила тигрца. – В простейших твёрдотельных лазерах излучение возникает при возбуждении атомов рабочего вещества, выполненного в виде длинного стержня с зеркалами на обоих торцах. Атомы всегда возбуждаются хаотически: их электроны меняют энергетические уровни, испуская фотоны во все стороны. Но рано или поздно, один атом случайно испускает фотон в точности параллельно оси стержня. Фотон возбуждает соседний атом, заставляя его в свою очередь возбудить следующий, и в неуловимо малое время все атомы в стержне начинают излучать когерентный монохроматичный свет, чьи волны имеют чётко определённую длину и расположены строго вершина к вершине.

– Квантовый резонанс, – кивнул Волк. Фршата свирепо оскалилась.

– Жизнь – то же самое. Почти все частицы способны к Ка-взаимодействию, но проявляется оно лишь для гигантских, сложных макроструктур – органических молекул или сравнимых с ними по сложности неорганических. Мы только начали изучать это явление, Волк, многое пока остаётся неясным, но уже сейчас мы знаем, что в определённых соединениях частицы входят друг с другом в Ка-резонанс и меняют свойства всей макроструктуры, причём не только физические, но и химические. Реакции, протекающие в таких структурах, как бы становятся когерентными, общенаправленными, резонанс стабилизирует и резко ускоряет их течение. Это можно сравнить с магнетизмом: железный брусок, взаимодействуя с магнитным полем планеты, ориентирует вдоль него свои микрочастицы и становится природным магнитом, получив способность притягивать другие бруски. Благодаря Ка-резонансу, органическая молекула обретает умение образовывать живую материю. Ка-взаимодействие создаёт движущую силу для химической эволюции, а главное, оно способно расширяться до уровня клеток и даже целого организма. Клетка – невероятно сложная структура, Волк. Если представить каждый атом в виде звезды, вся наша Галактика окажется меньше любой живой клетки. И именно Ка-резонанс поддерживает стабильным тот сложнейший комплекс бихимических реакций, который мы называем жизнью. Смерть – просто нарушение резонанса в организме, потеря «настройки» на собственное Ка-поле; то же самое происходит с магнитом, если ударить его молотком. Но железный брусок можно вновь намагнитить, вернув ему первоначальные свойства. Шау'кхар нашёл способ «перемагничивать» органику. Если искуственно придать телу Ка-резонанс, мертвеца можно оживить и держать в регенераторе достаточно долго для заживления любых ран. Ведь регенератор способен восстанавливать даже нейроны, даже хромосомы в ядрах клеток! После этого тело вновь входит в резонанс со своим Ка-полем, и внешняя поддержка становится ненужной. Это ключ к бессмертию, Волк! Главное, успеть прежде чем разрушится память, иначе оживёт новорожденный младенец...

Они уже покинули корабль и подбежали к люку в земле, вокруг которого толпились кецы. При виде лемуров Фршата зарычала.

– Где Шау'кхар?

– В регенераторе, – Волк кивнул на два огромных белых цилиндра, стоявших рядом с люком. – Во втором моя подруга.

Фршата яростно огляделась.

– Ты не поместишься в лаборатории, – бросила она. – Жди здесь.

Разгерметизировав камеру регенератора, тигрица ухватила тело Шау'кхара, забросила себе на спину и скрылась под землёй.

Глава 9

...Я врываюсь на бойню, круша окровавленные стены. Рык мой разносится по всем уголкам дома смерти, тела раскачиваются от вихря, созданного крыльями. Ярость! Я долго этого ждал. Сила пляшет в моих глазах, свет раскалённых зрачков прожигает сумрак. Они бегут! О, как напрасно! Гнев мой неутолим, я питаю себя ненавистью, мне даже не нужно их касаться – они растворяются в моём бешенстве. За спиной поднимаются жертвы. Тела срастаются, раны заживают, мощь моего гнева прогоняет саму Смерть. Мы стоим на кровавом полу, мы живы! Свет наших глаз давит последние клочья тьмы. Я смеюсь, смеюсь, смеюсь!

Братья и сёстры бьют крыльями, дети танцуют в лучах солнца. Смерти больше нет! Она – последняя, кто умер в этом мире, и мы беспощадны, мы никогда не позволим ей вернуться. Этот мир – наш! Нам здесь жить!

Крики. Радость и жизнь,
Блеск разноцветных глаз.
Крылья. Счастье и смех,
Солнце смотрит на нас!
Братья мои танцуют,
В свете нового дня.
Сёстры и дети нежно
К небу несут меня.
Смерть никогда не верит,
Что ей придёт конец -
Слишком уж долго носит
Липкий от крови венец.
Мы – дети звёзд и света,
Жизнь в нас горит огнём!
Больше никто не сможет
Сделать Смерть королём.
15
{"b":"17747","o":1}