ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Услышав стук двери, Просперо оторвался от своей бумажки и начал было вставать. Король махнул рукой – сиди! В конце концов, здесь, в комнатах, принадлежащих пуантенцам, единственное место во дворце, где король может не заботиться о правилах и этикете.

Мы расселись, и какое-то время в комнате было тихо. Король занимался тем, что опустошал стоявшие на столе тарелки, Просперо молча перебирал стопку сложенных листов пергамента. Мне есть не хотелось, а потому я сделала нахальную попытку заглянуть в бумаги герцога. Когда же мне это не удалось, спросила:

– Так что такое стряслось в Немедии?

– Да ничего особенного, – пуантенец небрежно столкнул все свои листы на пол и потянулся за кувшином. – Наш человек прислал весточку, мол, на полуночи творится нечто непонятное…

– А что видели-то? – поинтересовался я, наливая себе. Просперо наклонился, поднял один из листков, скривился и заунывно прочел:

– «…И еще сообщаю, что третьего дня прошел слух о неких вулканах, забивших возле Соленых озер, что возле полуденных пределов Пограничья. Будто горят те вулканы зеленым пламенем и сжигают все вокруг. Сам я таковых вулканов не видел, однако не нахожу причин сомневаться в правдивости моего свидетеля…» Отправлено конной почтой десять дней назад из Нумалии. Интересная новость, правда, государь?

– Вулканы на Соленых озерах? – недоуменно переспросил король. – Да в жизни такого быть не может!

– Вот и я о том же, – согласился Просперо. – Однако что-то там наверняка происходит… Кстати, что за шум был во дворе? Я слышал, в зверинец привезли какое-то удивительное животное?

– Привезли, – подтвердила я. – Новую игрушку для господина королевского летописца.

– А заплатил за нее, между прочим, я, – проворчал король. – Тысячу золотых.

– Да? – пуантенец даже про вино от любопытства забыл. – Какую игрушку? И почему так дорого?

Его величество как раз перешел к рассказу о том, как они с Паллантидом полезли в клетку, когда в трапезную ворвался Хальк. Пробормотав: «Доброе утро, Ваша светлость», он плюхнулся в кресло и потащил к себе блюдо с жареными перепелиными крылышками.

– Хальк, а ты ничего не забыл? – строго спросил король.

– Я поздоровался, – пробурчал библиотекарь. – Что еще?

– А как насчет попросить разрешения сесть за стол? – вкрадчиво осведомился Просперо. Хальк прекратил жевать, состроил невинную физиономию и жалобно заныл:

– Неужели Ваша милость не соизволит уделить верному подданному сухую корку со своего стола?

Просперо и король переглянулись. Пуантенец обреченно вздохнул. Довольный Хальк ухмыльнулся и вернулся к своему занятию.

– Выгнать бы тебя, – наконец сказал Просперо. – Мой король, почему ты еще терпишь этого выскочку?

– Да выгоняйте, – беспечно отозвался Хальк. – Не пропаду. Продам летопись, пусть все узнают, какие нравы царят при аквилонском дворе. Не одному ж Петронию богатеть на рассказах о бурной молодости нашего правителя! Я ничуть не хуже…

– Хальк, – не выдержал король. – Скажи мне, только честно – это ты разбалтываешь проклятому писаке ту брехню, что он выдает за правду? Если да – я тебе лично шею сверну.

Хальк даже поперхнулся от возмущения.

– Ваше величество, как можно? Я?! Да никогда в жизни! Митрой клянусь!

– Врет, – убежденно заявил Просперо. – Наверняка врет, мой король. Ну как можно верить гандеру, да еще с такой честной рожей?

– Также, как и пуантенцу, – немедленно отпарировал Хальк. – Вы вот вино уксусом разбавляете, а потом говорите, что так и должно быть…

– Кто разбавляет? – оскорбился Просперо. – Хальк, ты не завирайся…

– Хватит! – король слегка стукнул по столу и оба спорщика замолчали. Эта перебранка случается почти каждое утро и, что самое удивительное, они еще ни разу не повторились. Всякий раз находят новую тему. – Хальк, что там с твоей зверюгой?

– Омса – болван, – сердито сообщил библиотекарь. – Они морили бедное животное голодом, представляете? Почти всю дорогу от Лингена до Тарантии!

– Представляю, – согласился король. – С твоего барона станется. И дальше что?

– Грифон сейчас спит, – доложил Хальк. – Когда проснется, мы с ним поговорим поподробнее… Я положил шины на крыло и распорядился, чтобы ему приносили с кухни поесть. Кстати, у него есть имя. Его зовут Энунд.

– А почему он вылез из-за своей стены? – вот что интересовало правителя страны больше всего. Что вполне объяснимо: где один грифон – там жди и десяток. А если за грифонами потянется и прочая тамошняя нечисть? Бед тогда не оберешься…

– Он говорит, что их стена рухнула, – растерянно сказал библиотекарь.

– Как рухнула? – не понял Просперо. – Стояла тысячу лет, а потом вдруг взяла и развалилась? Ни с того, ни с сего?

– Нет, – Хальк устроился поудобнее. – Я, конечно, не стал сейчас всего выспрашивать, но вкратце дело обстояло так. Дней десять назад в горах, что расположены на полночь от Гандерланда, произошло землетрясение. Небольшое такое землетрясение, в замках на склонах даже ничего не пострадало. А потом из-под земли ударил фонтан зеленого пламени. Оно не обжигало, но всякий, кто его видел, начинал испытывать сильнейший страх. Большинство живущих в Ямурлаке существ попытались скрыться. Часть ушла в горы, часть разбежалась по окрестным лесам. Энунд был в числе тех, кто направился в леса. Он был очень напуган, не понимал, куда летит, ударился о дерево и сломал крыло. Потом шел через лес, выбрался на поле, где паслись какие-то животные и попытался поймать одно. То есть он угодил на пастбища Лингена, – уточнил Хальк, остановившись перевести дух. – Вилланы Омсы застали его над задранной овцой и побежали жаловаться хозяину. Что предпринял Омса – и дураку понятно. Устроил облаву по всем правилам, загнал грифона к болоту, а там на него набросили сеть и скрутили. Омса, не долго думая, затолкал непонятного зверя в старый фургон и повез в столицу. Вот и все.

Поступок туповатого провинциального барона мне был совершенно понятен. Я на его месте велела бы вообще как можно скорее прикончить неизвестно откуда взявшееся чудовище.

– Это существо… грифон, оно говорящее? – уточнил Просперо. – Оно понимает, что говорит, или повторяет слышанные слова? Как птицы из дарфарских джунглей?

– Вполне понимает, – заверил пуантенца Хальк. – По-моему, грифон – не совсем животное… Ваше величество, а что мы теперь будем делать?

– Ты помолчишь, – похоже, королю пришла в голову какая-то мысль, но болтовня Халька спугнула ее. Впрочем, когда библиотекарь послушно примолк, Его величество сообразил, что ему не понравилось в рассказе летописца.

– Говоришь, зеленый огонь? – переспросил король. Хальк кивнул. – Просперо, а в письме твоего человека тоже говорилось о вулканах зеленого огня? – теперь кивнул пуантенец. – Но подробнее ничего не сказано?

– Ничего, мой король, – подтвердил Просперо. – Только названо место – Соленые озера.

– Не может там быть никаких вулканов, – влез Хальк, хотя его и не спрашивали. – Если верить картам, это низинная местность, а вулканы в подобных краях – такая же дикость, как пустыни в Аквилонии!

– Это и без тебя известно, – негромко сказала я, не совсем понимая, к чему клонит король. Его величество сделал нам обоим знак помолчать и продолжил:

– Мне вот что странно: от Ямурлака до Соленых озер – почти сотня лиг. Но и у нас, и в Немедии видят какой-то зеленый огонь…

– Ну и что? – на редкость дружным хором спросили мы. – Это же две разные страны!

– Не знаю, что! – обозлился король. – Не нравится мне это, и все!

Хальк и Просперо озадаченно переглянулись. Я решила немедленно вмешаться. Не стоит сейчас лишний раз раздражать Его величество. Лучшего всего будет сменить тему разговора на более безопасную, дав тем самым над королю возможность поразмышлять над тревожащим его вопросом.

– А что еще сообщают? – беспечно спросила я. – Я хочу сказать, помимо сплетен о вулканах?

Герцог оценил мои старания благодарным кивком, сунул руку в гору бумаг на полу, пошуровал там и вытащил новое письмо, украшенное разломанной печатью красного воска.

21
{"b":"17753","o":1}