ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Мда, выходит, правду говорят: «Гори весь мир огнем, а гном все равно полезет за золотом…» Неужели это они умудрились устроить давешнее землетрясение?

Евсевий молча записывал слова гнома.

– Мы начали разработку. Вначале все шло замечательно – мы вскрыли старые ходы, засыпанные много лет назад, и нашли вход в шахту. А потом… – Нори надолго замолчал, так, что мы встревожились – уж не помер ли? – …потом кто-то наткнулся на кусок блестящего и незнакомого нам металла, торчащий из цельной гранитной плиты. Металл походил на сталь лучшей выделки, но не был ею. Заинтересовавшись, мы принялись расчищать это место. Вскоре стало ясно, что найденный кусок – часть какой-то огромной металлической вещи, находящейся глубоко под землей…

Мне показалось, что мы все перестали дышать. Я-то уж точно перестал. Словно мы слушали старую сказку, да только конец у этой сказки был плохой. Такой плохой, что дальше некуда. Аквилонский книжник аж рот раскрыл от изумления…

– Нам удалось найти нечто, что могло бы служить дверью, ведущей внутрь этой штуки. Разумеется, мы попытались ее вскрыть. Мы сломали невероятное число инструментов, пытаясь взломать неизвестный металл, и после многих неудачных попыток она открылась.

– А что было внутри? – еле слышно спросил Эртель.

– Ничего, кроме смерти, – неожиданно резким и громким голосом ответил Нори. – Мы пробили отверстие в двери и из него хлынуло зеленое пламя. Не такое, как обычный огонь – холодное и прозрачное. Все, кто был в тот миг в старой шахте, погибли на месте. Зеленый огонь начал распространяться по пещерам, расплавляя камень и убивая всех, кто попадался на его пути. Началась паника, в суматохе перевернули бочки с маслом, они загорелись… Подземелье охватил пожар. Кто смог убежать от мертвенного зеленого света, попадал прямиком в бушующее пламя настоящего огня. Зеленый огонь добрался до штолен, ведущих наверх, и огромным фонтаном вырвался наружу. Нам не удалось загасить пожар и он по туннелям устремился на закат – к другим поселениям… Мне удалось выбраться на поверхность через брошенный рудник. Возможно, уцелел еще кто-то, хотя в это слабо верится… – голос гнома становился все тише, так что под конец мы едва могли разобрать, что он говорит.

– Все беды мира – от гномов, – еле слышно буркнул Эртель. Нори, как ни странно, услышал его.

– Наверное, ты прав, человек, – спокойно и даже как-то равнодушно проговорил он. – А мне было бы лучше погибнуть вместе с моими родичами. Наше любопытство привело к гибели не только наших подземелий, но и людских поселений… Будет справедливо, если вы сочтете, что во всем наша вина…

Нори закрыл глаза, точно его больше не волновало, что будет происходить в этом мире. Зато Эрхард возмутился:

– Чушь! Мало ли кто мог откопать эту вашу штуковину!

Гном не ответил. Лекарь наклонился над ним, сделав нам знак молчать, пощупал жилу на шее и развел руками:

– Все.

Жуткий запах умирающего стал настолько невыносимым, что казалось – сейчас мы его увидим, эдакое вонючее черно-зеленое облако. Это ощущение длилось всего пару ударов сердца, а затем запах пропал. Точно и не было его никогда.

Эртель облегченно вздохнул. Он, как и я, тоже чуял эту мерзость, и невольно обрадовался, когда она исчезла.

Зевагер поднялся и начал собирать свои пожитки. Эйвинд заснул, привалясь к стене. Мы сидели и молчали, потом Эрхард встал и начал ходить по тесной комнатушке. Снизу доносились громкие голоса, звон кружек и визгливый женский смех.

– Ну, и как будем выкручиваться? – наконец подал голос Эртель.

– Скоро здесь будет не протолкнуться от гномья, – предположил я. – Куда мы их денем? А, командир? Ведь мы ж не можем указать им на ворота – сами договор заключали. О помощи и так далее…

Командиром я зову Эрхарда по привычке. Собственно, он и есть мой командир – с того давнего дня почти шестилетней давности, когда я вошел в полуразвалившуюся столицу Пограничья и стоял посреди заросшего бурьяном двора, пытаясь сообразить, есть ли у них тут хоть какой-никакой трактир. Трактир – «Корону и посох» – я нашел довольно быстро, и там же наткнулся на невысокого типа с хитровато прищуренными глазками, в форме десятника пограничной стражи. А еще через пару дней я поступил на службу тогдашнему королю Пограничья, Невиллу. Потом было много всякого – и ночные скачки по разбитым дорогам, и грабившие страну шайки, и Бешеная Стая, и война с вольными кланами в закатных землях… А теперь еще и это!

– Не о том думаете, – оборвал нас Эрхард. – Вы лучше прикиньте – если кто-то прознает о том, что гномы шуровали под горами и вызвали на свет Нергал знает что, чем все закончится?

Тут и соображать долго не надо было.

– Большим побоищем. Только нам против гномов в жизни не выстоять, – мрачно сказал Эртель.

– Значит, никто и не должен знать, – подхватил я. – Было землетрясение, оно разрушило гномьи пещеры, гномы подались к нам – и весь разговор. Так?

– Так, – согласился Эрхард. – А потому держите языки за зубами. Почтенный Зевагер?..

– Я не глухой, Ваше величество, – сухо ответил лекарь. – И понимаю, что Пограничью война с гномами нужна также, как гадюка за пазухой. Я ничего не слышал.

– А раз так – пошли все вниз, – предложил Эртель. – Этот парень дрыхнет, его и камнепадом не разбудишь. Посидим, может, и надумаем чего…

– Почтенные месьоры, – вдруг заговорил доныне молчавший аквилонец, Евсевий Цимисхий, – Сей подгорный житель рек о некоем зеленом пламени, изникшем из найденного монолита. Вспомните минувшую ночь и случившееся после полуночи сколь предивное, столь и загадочное зарево в закатной стороне. Подстегни иноходцев твоей памяти, о король…

Этот книжник всегда изъясняется чудовищно вычурным языком, от которого и меня и Эрхарда слегка мутит. Но сейчас король даже не скривился.

– Митра, Бел и все боги небес! – у Эрхарда отвисла челюсть, – мы ж сами его видели вчера! Но… А, ладно! Евсевий, пойдем вниз, обсудим.

Да, действительно, аквилонский мудрец прав. Недавним вечером, на половине пути к Хезеру, наш отряд встал на ночевку. И, когда луна начала заходить, над горами вдруг появилось светящееся зеленью облако, постепенно опустившееся на землю где-то далеко, за перевалом. Мы долго гадали, что это такое, но после решили – наверное, виделось небесное сияние, часто случающееся осенью и зимой. Но после рассказа Нори вчерашнее событие предстает в несколько ином свете. Постойте, но ведь Эйвинд вытащил гнома из шахты полных три дня назад, после пожара в гномьих подземельях… Почему свет опять появился, да еще и в другой стороне?

Надо подумать на досуге. Однако голос разума мне подсказывает: гномы раскопали вещь, которую лучше было никогда не трогать…

Мы накрыли умершего гнома снятыми с тюфяков слегка облезшими шкурами, подкинули в жаровни по нескольку кусочков угля и вышли. Лекарь распрощался и ушел по своим делам, не отказавшись, между прочим, от трех золотых талеров, что я предложил ему за услуги. Одного стражника я отпустил, второго оставил в комнате – приглядеть за Эйвиндом. И пошел себе вниз по прогибающейся лестнице, думая, что надо бы намекнуть Ревальду починить ее, а то кто-нибудь обязательно свалится. И еще о том, что надо будет расспросить как следует этого Эйвинда из Райты, что там у них стряслось, и где мы сумеем разместить гномов из разрушенных подземелий. А еще о шумевшей на площади ярмарке, и о том, что в ближайшее время в Пограничье наверняка что-то случится и ничего хорошего сейчас ждать не придется…

Невеселые, короче, были мысли. И чего, спрашивается, меня понесло проверять этот разнесчастный перевал?

Глава шестая

МОРАДДИН, ПЕРВЫЙ РАССКАЗ

Немедия, замок Эрде. Бельверус, королевский дворец. Окрестности города Далем.
28 день первой осенней луны. 2–3 дни второй осенней луны. 1288 г.

«…Тревожные предзнаменования, прошедшие мимо правителей королевств Заката, наконец проявились во всей своей пугающей силе. Первым местом их столкновения с людьми стала Немедия, а точнее – небольшие города и поселки, расположенные на полуночной границе и вдоль Желтой реки, что отделяет владения Немедии от земель Бритунии. Здесь же была сделана первая попытка противостоять надвигающейся с полуночи непонятной угрозе. Попытка оказалось безуспешной – рискнувшие встать на защиту владений Трона Дракона погибли, равно как и многие из числа сопровождавших их. Однако была в этом прискорбном событии и светлая сторона – наиболее дальновидные люди начали понимать, что опасность грозит не только их странам, но и всем землям, расположенным на закате…»

27
{"b":"17753","o":1}