ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Сумею! – уверенно сказала я.

Если бы кто-то взял на себя труд нанести наш путь по чертежу столицы, то решил бы, что такой след могла оставить только изрядно подвыпившая и заплетающаяся в собственных лапках сороконожка. Подозреваю, что его высочество Ольтен и его друзья впервые свели такое близкое знакомство с городскими закоулками и задворками. Собственно, для меня подобное путешествие тоже не являлось рутинной обыденностью, но мне здорово помог опыт, приобретенный в Мессантии, когда я с подружками удирала из Обители Искусств, дабы вволю пошататься по городу, поглазеть на корабли в гавани Дожей или сходить на ярмарку. Вдобавок за мной имелось нешуточное преимущество: в соответствии с советами матушки я наизусть зазубрила расположение основных улиц и кварталов Бельверуса.

Так что проводник из меня получился неплохой, и четвертому послеполуночному колоколу мы уверенно приближались к переулку Ножа, тянувшемуся по старинной части города вдоль полуденной части городских укреплений. Снегопад то усиливался, то сменялся мелкой дождевой пылью, все промокли и приглушенно обменивались мечтами о том, как хорошо бы оказаться под крышей и выпить горячего вина с туранскими специями. По кружке на душу! Нет, лучше по две!

Несвоевременная болтовня нас и сгубила.

Я даже не поняла, отчего споткнулся Дайси, только что шедший рядом и совершенно напрасно пытавшийся куртуазно поддерживать меня под ручку. Борген растерянно взглянул на меня и вдруг грузно осел на мостовую. Запоздалая подсказка здравого смысла с обостренной точностью подсказала, что людям несвойственно ходить с торчащими из спины длинными боевыми стрелами.

– Опасность! – взвизгнула я. – Берегись!

И вовремя метнулась в сторону, едва не рухнув на четвереньки – вторая стрела разочарованно проскрежетала по камням. Иштар Драгоценнейшая и Милосердная, что, опять все сначала? Здесь нас тоже поджидают? Где стрелки? Надо полагать, хотя бы один засел вон там, за водосточным стоком на крыше погруженного в темноту одноэтажного дома…

Дальше стало не до стратегических размышлений. Дорогу нам преградили трое, и, судя по хрусту безжалостно затаптываемых кустов, к ним на подмогу спешило еще какое-то число злоумышленников того же пошиба, как те, с которыми мне довелось свести недоброй памяти знакомство у особняка Эрде и в таверне «Путеводная звезда». Если бы я могла, я бы посоветовала принцу и единственному оставшемуся в живых гвардейцу не вступать в схватку, а бежать. В подобных ситуациях бегство куда разумнее благородной, но заранее обреченной на провал попытки отбиться.

В одиночку я бы могла попытаться спрятаться на пустыре. Однако Клеве и Ольтен уже сцепились с нападавшими, и даже Кариола азартно размахивает своим клинком, не замечая, что к ней подбираются сзади…

Этот любитель нападать со спины стал моей третьей жертвой. Охота на охотника – я налетела на него сбоку, уже почти привычным движением вогнав дагу между ребрами и отпрыгнув, чтобы падающее тело не придавило меня. К моему крайнему удивлению, принцесса уложила своего противника и бросилась на выручку мужу, а я обнаружила, что должна позаботиться о сохранении собственной жизни, ибо в суматохе уличной схватки я оказалась лицом к лицу с каким-то неприятным типом, для начала попытавшимся сделать из меня тощего цыпленка на вертеле. Я увернулась и запрыгала вокруг него, удрученно понимая, что короткая дага не идет ни в какое сравнение с хорошим полуторным мечом и годится разве на то, чтобы отбить парочку ударов. Потом я непременно ее уроню.

Никаких красных нитей я на сей раз не видела и расправилась с врагом вполне банальным способом, вычитанным в каком-то из трактатов по военным искусствам и предположив, как бы действовала моя матушка, от которой я получила в наследство некоторые особенности рабирийских гулей. Я вполне правдоподобно поскользнулась, выпустив кинжал, покатилась по ой каким жестким и острым булыжникам, оказавшись под ногами у соперника, после чего согнула обе ладони, выпуская когти, и изо всех имеющихся силенок рубанула его под колени. Когти у меня не очень длинные, но их вполне хватило, чтобы справиться с толстой кожей штанов и с неприятным хрустящим звуком порвать сухожилия.

Человек завопил, пытаясь удержаться на ногах. Вопль резко оборвался – принц Ольтен от души приложил нападавшему рукоятью меча по затылку и не слишком вежливым рывком за шиворот поднял меня с мостовой.

Быстро оглядев поле боя, я отчетливо поняла, что наши дела плохи. Мы лишились Виллета Клеве, противник же не понес заметных потерь. Говоря откровенно, в подобных ситуациях остается либо свести счеты с жизнью путем немедленного самоубийства, либо сдаться – на ногах остались только Ольтен, его супруга и я, а вокруг, плохо различимые в свете тусклого фонаря, кружило по меньшей мере человек десять. Говорят, именно так расправляются со своими жертвами шакалы.

– И что теперь? – тихо спросила принцесса Кариола. Ее голос не дрожал, хотя я отлично понимала, как ей страшно. – Нас убьют?

– С чего ты взяла? – обманчиво легкомысленным тоном отозвался младший потомок короля Нимеда и резко обратился к фигурам за пределами светового круга: – Эй! Есть среди вас хоть кто-то, не потерявший остатков совести? Вы понимаете, что творите? Знаете, кто мы? Или вам очень хочется быть вздернутыми возле башни Висельников? С титулами «злодеев короны»?

Масляный фонарь над нашими головами скрипел и раскачивался под порывами ветра, освещая высокого человека, сделавшего пару шагов навстречу нам. Ольтен издал сдавленное восклицание и почему-то попятился, уткнувшись спиной в шершавый фонарный столб. Я предположила, что принцу отлично известен этот человек, однако Ольтен меньше всего ожидал встретить его здесь и сейчас.

– Ты?.. – растерянно проговорил принц.

– Так надо, – неизвестный с искренним сожалением покачал головой и добавил: – Приказано никого не оставлять в живых.

Я не успела заметить, когда он сделал длинный выпад, но услышала короткий жалобный вскрик Кариолы. Принцесса опустила глаза, дотронулась до расплывающегося черного пятна на своем колете и удивленно взглянула на испачканные густой липкой жидкостью пальцы.

– Кари! – пронзительно закричал Ольтен, кидаясь к медленно падавшей женщине.

И тут на меня снова накатило. Холод, темнота и далекие вспышки огня.

Но теперь я видела не развевающиеся по ветру разлохмаченные пряди алых нитей, а какое-то огромное полупрозрачное полотнище густого малинового цвета с серебряными искрами. Оно плескалось вокруг меня, как длинный легкий плащ, и я знала – пока эта вещь со мной, я под защитой. Неважно, чьей. Главное – успеть воспользоваться неожиданной помощью, ведь края незримой ткани уже начинают таять.

– Идем! – я схватила упавшего на колени Ольтена за плечо. – Оставь ее! Нужно уходить! Она умерла! Пойдем!

Убийца Кариолы пялился на нас, но не двигался с места. Представления не имею, чем я ему казалась. Может быть, мы с принцем вообще просто исчезли с этой улицы. Я могла бы одним ударом прикончить его, как он поступил с бедной Кариолой, но не сделала этого. Вместо расправы я запомнила его лицо, присоединив его к хранившимся в памяти обликам и именем тем, кого я занесла в перечень своих врагов.

Мне удалось сдвинуть Ольтена с места и заставить идти за мной. Сначала шагом, потом трусцой мы пересекли пустырь – алый плащ съеживался, стремительно уменьшаясь в размерах. Я не решилась повернуть к усадьбе Ривера, опасаясь, что там нас наверняка будут подкарауливать. Вместо этого я юркнула в переплетение кривых переулков, стиснутых между простецкими деревянными домишками, услышав вдалеке отчаянный вопль: «Ищите их! Они не могли далеко удрать!».

Я сворачивала, следуя внезапным подсказкам обострившегося чутья беглеца, пробегая через внутренние дворы и огороды, пока что-то внутри не крикнуло: «Здесь!».

Кособокий сарайчик на задворках большого строения. Я втащила притихшего Ольтена за собой, захлопнула дверь и старательно прислушалась. Ни криков погони, ни собачьего лая, ни встревоженных людских голосов. Запах мучной пыли, мешковины и старого дерева.

18
{"b":"17755","o":1}