ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Дама Юфимия Маклин была еще одной важной особой, замешанной в этом деле. Она приходилась дочерью лорду Клифтонхоллу и женой Патрику Москропу, человеку богатому и влиятельному. Шестеро адвокатов рискнули защищать ее. Она отказалась подтверждать любые обвинения (в основном ей приписывали порчу и излечения). Присяжные заседали всю ночь, и понадобилось сменить старшину, чтобы вынести наконец вердикт «виновна». Возможно, по той причине, что она была дружна с графом Босуэллом и осталась верна католической вере, король Яков позаботился о том, чтобы ее сожгли без предварительного милосердного удушения — «сжечь до пепла живьем до смерти» — 25 июля 1591 г.

Доктор Джон Фиан (Джон Каннингем) — самый известный из 70 человек, проходивших по делу ведьм из Северного Бервика в 1590 г., и, возможно, храбрейший из шотландцев, когда-либо претерпевавших пытки. Сила характера, проявленная Джоном Фианом, когда он отказался признать себя виновным в ведовстве, резко контрастирует с поведением суда и самого короля Якова VI Шотландского, который лично наблюдал за мучениями школьного учителя и сам вынес ему смертный приговор.

Доктора Фиана обвиняли в том, что он выступал якобы в качестве секретаря или протоколиста собрания ведьм, когда те замышляли убийство короля, и, следовательно, являлся заводилой. 26 декабря 1590 г. ему предъявили обвинение в ведовстве и государственной измене. Обвинительный акт состоял из 20 пунктов, среди которых были и следующие:

1. Сговор с сатаной с целью утопить корабль, на котором король Яков плыл в Норвегию с визитом к будущей королеве, для чего в море бросили мертвую кошку.

2. Соглашение с сатаной, который явился к нему, пока он лежал и раздумывал о том, как отомстить рабочему, не выбелившему вовремя его комнату; получение печати дьявола.

3. Воздаяние в церкви Северного Бервика почестей сатане, «большому черному человеку с черной бородой, торчащей вперед, как у козла, большим горбатым носом, загибающимся книзу, как клюв у ястреба, и длинным лохматым хвостом».

4. «Экстазы и трансы, когда обвиняемый лежал, словно мертвый, по 23 часа кряду, а его дух пребывал вне тела и позволял переносить себя к разным горам».

5. Разграбление могил в поисках трупов для использования их в заклинаниях (согласно признаниям, сделанным под пытками другими обвиняемыми).

Другие пункты обвинения касались различных магических действий, произведенных доктором Фианом, к примеру, он открывал запертую дверь, подышав на нее, привозил по ночам на своей лошади магические свечи, соблазнил вдову, летал по воздуху, вызывал бури, использовал любовное снадобье (безрезультатно) и составлял гороскопы.

Памфлет того времени «Известия из Шотландии» (1592), единственный экземпляр которого сохранился в библиотеке Ламбетского дворца в Лондоне, описывает, как пытали доктора Фиана.

«Сначала перевязав ему голову веревкой». Делалось это так: веревку завязывали вокруг головы, а потом сильно тянули за свободные концы в разные стороны. После часа этой пытки доктору Фиану предложили сознаться «по-хорошему», но он отказался.

Бич и молот. Охота на ведьм в XVI-XVIII веках (с иллюстрациями) - pic_174.jpg

Затем его подвергли «жесточайшей пытке в мире, называемой сапогами» — разновидность ножных тисков. После третьего сжатия доктор Фиан потерял сознание. Судебные чиновники интерпретировали это как запирательство, дьявольский трюк; соответственно, по подсказке других обвиняемых, палачи заглянули ему в рот в поисках какого-нибудь заклинания и обнаружили две булавки, «воткнутые по самую головку». Автор памфлета, вне всякого сомнения, поменял местами причину и следствие: палачи сами втыкали булавки ему в язык, пока он не упал в обморок. После пытки булавками, которая производилась в присутствии короля, доктор Фиан признал все, что от него требовали, «как истинную правду, не требующую подтверждения свидетелями», и отрекся от «волшебства, ведовства, чародейства, колдовства и тому подобного». На следующую ночь, как утверждает памфлет, доктор Фиан сбежал из тюрьмы и направился домой, в Солтпенз. Узнав об этом, король «распорядился учинить усердное разыскание для его поимки… По горячим следам отрядили погоню, так что его скоро поймали и вернули в тюрьму». Побег этот, учитывая состояние, в котором должны были находиться ноги доктора Фиана после применения тисков, кажется измышлением автора памфлета с целью оживить повествование. Как бы там ни было, все протоколисты сходятся в одном: когда доктора Фиана снова привели к королю, он отрекся от всех сделанных ранее признаний. Тогда его обыскали в третий раз, боясь, что во время побега он мог снова «вступить в союз с дьяволом». Не нашли ничего нового. Тогда, чтобы обесценить предыдущее отречение и заставить его вновь подтвердить свою вину, доктора Фиана «приказано было подвергнуть необычной пытке»:

Все его ногти с пальцев рук сорвали щипцами, а потом на место каждого ногтя загнали по две булавки так, что они ушли в мясо по самые головки. Несмотря на все эти пытки, доктор Фиан ничего не выдал, как не сделал он этого и позже, после того как все пытки были испробованы на нем.

Одна пытка следовала за другой, и дело снова дошло до «испанских сапог». Доктор Фиан «выдержал столько ударов по ним, что его ноги стали такими тонкими, что дальше нельзя, а плоть и кости были так измочалены, что кровь и костный мозг брызгали из тисков во все стороны. Он никогда уже не смог бы больше встать на них».

Доктор по-прежнему отказывался делать признание и утверждал, что прежде сознался «из страха перед болью, которую он уже вытерпел». Несмотря на его отречение и отсутствие признаний, королевский суд вознамерился казнить его «для примера и в устрашение всем остальным, кто когда-либо попытается заниматься такими дурными и безбожными делами, как ведовство». Процесс шел как по-писаному: обвинение предъявлено, смерть неизбежна. Она наступила через пять недель. Доктор Фиан отказался признаться и был сожжен. Его предполагаемая главная сообщница Агнес Сэмпсон созналась и тоже пошла на костер. Единственная разница заключалась в том, что ее не пытали так страшно, как доктора Фиана.

Согласно обычаю, его сначала удушили, а потом «немедленно бросили в большой костер, разожженный специально для этой цели на Замковом холме в Эдинбурге в субботний день в конце прошлого января» (23 или 30 января 1591 г.).

Графу Босуэллу, которого также содержали в Эдинбургском замке, удалось, по-видимому, уйти невредимым. Позднее Ричарда Грэма, проходившего по одному делу с Барбарой Напье, обвинили в том, что он помогал Босуэллу наслать порчу на короля. После допросов, которые проводил сам король Яков, Грэма вместе со многими другими обвиняемыми сожгли в феврале 1592 г. за «ведовство и колдовство».

Бич и молот. Охота на ведьм в XVI-XVIII веках (с иллюстрациями) - pic_175.jpg

Абердинские ведьмы

Бич и молот. Охота на ведьм в XVI-XVIII веках (с иллюстрациями) - pic_176.jpg

Мания преследования ведовства, вдохновленная опубликованной в 1597 г. «Демонологией» короля Якова, захлестнула Абердин, где в результате сожгли 24 человека, как мужчин, так и женщин. Обвинения охватывали весь спектр ведовских занятий: танцы с дьяволом вокруг городского креста, использование лигатуры с целью заставить мужей изменять женам, порча молока, падеж скота или приворот при помощи гнутого пенни, завернутого в сукно вместе с кусочком красного воска.

Старую Дженет Уишарт, чей случай был очень характерен, обвинили в том, что она наложила заклятие (cantrip) на Александра Томсона, отчего его то била дрожь, то прошибал пот. Сходным образом ее колдовство стало причиной смерти и Эндрю Уэбстера. Другие также умирали от ее дурного глаза. Она вызывала бури, бросая в воздух горячие уголья; насылала дурные сны; а также расчленила висевший на виселице труп. Ее и еще одну ведьму сожгли, что обошлось в 11 фунтов и 10 шиллингов, которые пошли в уплату за «торф, бочонки дегтя и уголь», а также на оплату услуг палача.

62
{"b":"1776","o":1}