ЛитМир - Электронная Библиотека

– Джой, – наконец произнёс он, как будто тоже позабыл, как использовать обычный язык.

Она попыталась выразить то, что не мог сказать он.

– Я пыталась держаться в стороне, – пробормотала она. – Пыталась убедить себя, что всё случившееся здесь… – Она тряхнула головой. – Мне было безрадостно. Я принадлежу этому месту. Этому миру.

Он все еще хранил тишину, не двигаясь, не желая сократить оставшееся расстояние между ними. Когда она вконец отчаялась заставить его понять, он произнес очень тихо.

– Мне, Джой?

Она медленно улыбнулась, неспособная ответить, да в этом и не было необходимости. Связь открылась, вырвалась на свободу из сдерживающих границ, как река в весеннем половодье. Люк преодолел оставшееся короткое расстояние и коснулся её. Сначала это было лишь лёгкое касание кончиков пальцев, затем он заключил её в объятья, зарываясь лицом в волосы. Голос звучал приглушённо.

– Джоэль, – выдохнул он. – Джоэль.

Возможно, они были одни в этом мире, пробуя, ощущая, узнавая друг друга. Джой чувствовала его тёплое дыхание, слышала быстрый стук сердца под своей щекой.

– Я боялась, Люк. Даже после того, как мы нашли моих родителей, я боялась… жить, чувствовать снова. – Джой изо всех сил пыталась найти объяснение, но Люк уже понял. Связь отражала его принятие.

– И я боялся, Джоэль. Боялся жить без тебя.

Она попыталась покачать головой, но почувствовала, как он сильнее прижал её к себе, словно она могла стать его частью. Его сильные руки скользнули по её спине.

– Я ошибался, Джой. Причинил тебе боль, потому что боялся. – Он мягко надавил ей на спину, пропуская пальцы через её волосы. – Я думал, что не смогу жить без тебя, но в этом я тоже ошибался.

Она отвела взгляд, внезапный страх не дал высказать вопрос, который она отчаянно желала задать. Возможно, это она ошибалась, в конце концов. Она напряглась, пытаясь отодвинуться, но он удержал её с легкой настойчивостью.

– Я могу жить без тебя, Джоэль, – произнёс Люк с бесконечной нежностью. – Но не хочу.

Казалось, мир потерял свою ось, когда она ощутила, как его руки обхватили её лицо, привлекая к себе, она посмотрела в его горящие глаза. – Ты нужна мне, Джой.

– Одной лишь потребности недостаточно, – прошептала она, обзывая себя дурой, удерживающей последнюю хрупкую границу между ними.

– Знаю, – он вздохнул, его руки на её щеках дрожали. – Это не единственное. – Его взгляд проникал глубоко в неё. – Я люблю тебя, Джоэль.

Рухнул последней барьер, поглощённый ярким снопом света и тепла, связь разрослась, чтобы заполнить каждый тёмный уголок её существа, излечить раны, стереть глубокие рубцы с души за одно сверкающее мгновение. Прежде чем огонь поглотил её, губы Люка нашли её, вбирая пламя в себя до тех пор, пока его накал не ослаб, а Люк стал единым мускулом, костью и плотью, сжимающей её.

– Люк, – сказала она. – Я люблю тебя. – Это было всё, что она смогла произнести, и этого было достаточно.

Его радость была её радостью, отражаясь и передаваясь между ними, пока сердце Джой не переполнилось ею.

Когда мир прекратил кружиться, она неохотно отодвинулась от него. Где–то пели птицы, с гор вниз сбегала вода, волчата скатились к ним в ноги, все было неизменным и постоянным. Изменилась она, в конце концов, и внутренне. Оставалась лишь одна вещь.

Люк увлёк её с поляны, крепко прижимая к себе, пока прощался с волками, одним за другим. Даже когда он отводил взгляд, она чувствовала его и знала, что и он чувствовал её до глубины своей души. Взявшись за руки, они направились к лесу, Джой вспомнила то время, когда она приехала в горы, много месяцев назад.

Она остановилась на краю обширной земли, которая простиралась перед его хижиной, наконец, нарушая мирную тишину между ними. Выражение чрезвычайной радости на его лице вызвало у неё краткий вздох.

– Люк, – начала она тихо, обхватывая его большие руки своими ладонями. – Одна просьба… Я бы хотела вернуться в горы, чтобы снова побыть с моими родителями.

Глядя ей в глаза, он смотрел глубоко в ее душу, наполненную воспоминаниями, перемешивающимися с ее любовью к нему до тех пор, пока все это не стало единым целым.

– Они бы полюбили тебя, Люк, – прошептала она. – Возможно, это кажется немного сумасшедшим, но я хочу рассказать им всё, что произошло. Я знаю, они дадут нам своё благословение. Ты пойдёшь?

Она расслышала его тихий ответ, и его губы нашли её.

* * *

Цветы ласкали щёку Джой, запутываясь в серебристо–медовых волосах. Люк перебирал их, вдыхая тёплый аромат ее кожи, смешанный с плодородной землёй и последними летними цветами. Он растянулся рядом с нею, его рука покоилась на её бедре. Люк никогда не видел ничего прекраснее.

Она смотрела на него сквозь тёмные ресницы, ленивая улыбка насытившегося удовлетворения изогнула её губы. Искушение было слишком велико, он наклонился, чтобы поцеловать её, она удержала его, со смехом, упершись руками ему в грудь. Даже такое маленькое прикосновение отразилось ответной дрожью в его теле.

– Я думала, когда ты говорил, что зима и ранняя весна опасное время, – поддразнила Джой, удерживая его на коротком расстоянии, – ты дурачил меня.

– Слишком много для тебя? – спросил он с усмешкой. Прежде чем она ответила, он внезапно передвинулся, поднимая и перемещая её к себе на грудь. Она сдавленно слегка протестующе хихикнула и уткнулась лицом ему в шею. Её губы были мягкими и горячими. Люк закрыл глаза и провёл рукой по изгибу её позвоночника до выпуклости ягодиц.

– Признаю, – вздохнул он, – что не могу контролировать себя, когда ты касаешься меня. Но предупреждаю, дай знать, если этого будет…

– Чересчур? – Джой двинула бёдрами и приподнялась над ним. Её волосы свесились по сторонам лица. – Сомневаюсь, что сейчас ты сможешь перевернуть меня обратно.

Люк приоткрыл один глаз и нахмурился со всей серьёзностью.

– Это вызов? – спросил он. – Я думал, Джой, мы больше не играем в игры на господство.

Лизнув его подбородок, она улыбнулась.

– Только потому, что я знаю, кто у нас тут главный. – Она укусила его за кончик подбородка, чтобы подчеркнуть свой ответ, он издал звук притворного гнева и, притянув её к себе, заключил в капкан рук.

Её тихие вздохи поменяли тональность, когда Джой, едва касаясь, водила языком по его ушной раковине. Жар от её дыхания участил его сердцебиение и вызвал приток крови к интересным местам. Он тихо застонал, и Джой, снова дразня, подвигала бёдрами.

– Подушка из тебя не очень удобная, – пожаловалась она во впадинку в его шее, – слишком бугорчатая.

Он увидел проблеск усмешки перед тем, как прижал её ноги своими и подмял её под себя. Удерживая вес на руках, Люк раздвинул её бёдра коленями.

– А из тебя вышла совершенно удобная подушка, Джой, – промурлыкал он, наклоняясь, чтобы взять один твёрдый сосок в рот. Задохнувшись, она выгнулась дугой. – Такая удобная, что слезть с неё выше моих сил.

Пальцами он ласкал другую грудь, чувствуя, как связь пульсирует обоюдным желанием.

– Выше твоих сил, – заметила она, её влажная женская плоть прижалась к его возбуждению. – Думаю, достаточно высоко, чтобы…

Это было слишком для Люка. Он вошёл в неё одним плавным движением, чувствуя её ответ, её ноги обхватили его, погружая глубже в себя. Связь перешла в пламя, связывая их души, как соединялись их тела.

– Я люблю тебя, Джой, – пробормотал он, целуя дрожащие веки. – Вот почему ты всегда будешь выигрывать.

Когда всё закончилось, лихорадка страсти охладилась бризом уходящего дня, Люк, откинул её влажные волосы и посмотрел в лицо Джой. Не было теней, омрачающих её золотисто–карие глаза, не было вопросов, оставшихся без ответов. Золото сияло еще ярче, он мог утонуть в водовороте их тлеющих угольков. Он прижал её к себе так сильно, как только мог, слушая звук их сердцебиений.

– Это то место, где всё началось, – пробормотала она, переплетая их руки. – Тогда я знала слишком мало, чтобы бояться Большого Плохого Волка.

102
{"b":"177741","o":1}