ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Так они может и мечтают об этом! – засмеялась Альфа.

– До поры до времени. А когда захватит, на стену полезут.

О том, как он сдуру привёл себя фенилэтиламином в скотское состояние и полез на стену, он ученице не рассказал.

Альфа отреагировала как истинный клинический психолог:

– Просто надо подобрать безопасные дозы, вздёргивающие либидо, но без чрезмерности. Я так думаю.

– Так же и мы с Петровым решили. Но это задача на будущее. Я тебе рассказал именно для будущего анализа… А Наташу теперь не удержать. Она ведь даже из института уже уволилась, позвонила недавно.

Альфа всё запомнила. Про себя иронично подумала: «Знаем мы, как Вы, Юлиан Юрьевич, желания в женщинах пробуждаете». Это была ирония понимающей ученицы. Ведь главное – спасти человека, и Арбелин спас, причём новаторским способом, с риском. Слава Учителю, даже если его и возжелали! Но и тут не удержалась, чтобы не поиронизировать:

– Осторожнее с ней, Юлиан Юрьевич. После асексуального застоя в ней такой демон проснётся, что спасу Вам не будет.

Ай, да девчонка, ведь всё понимает, ничего не скроешь!

– Ей уже не до меня, Альфа, – лукаво посмотрел он ей в глаза, – не представляю, куда её занесёт. Она ведь, оказывается, все годы, что работала у физиков, тайно от всех пела в церковном хоре. И мечтала петь на сцене. Представляешь, какая девица и какое долготерпение? Теперь ей прямая дорога на эстраду. Будет звезда Наташа Нестерова.

***

Повезло Наташе! К её счастью в Москве жил родной дядя Серёжа, старший брат отца. Был он не богат, но и не беден, и статус имел вполне приличный – служил чиновником среднего масштаба в департаменте культуры и, стало быть, имел вполне достаточно связей и знакомств, которые могли стать полезными Наташе. А он в племяннице души не чаял. И когда она появилась у него и поделилась с ним и его женой своей мечтой петь на сцене, они с жаром принялись убеждать её, что лучше Москвы для старта в любой артистической карьере не сыскать. Столица, центр России, все пути дороги здесь в узел сплетены! Дядя Серёжа верил, что при красоте и артистизме у Наташи может всё получиться. «Поживи у нас, попробуй, попытка – не пытка», – предложил он. Для Наташи это было подарком судьбы. Дядя привёл в движение свои скромные связи, остальное сделали красота и талант Наташи. У всех, кому дядя её с гордостью представлял как свою талантливую племянницу, она вызывала симпатию и готовность помочь. А когда она показывала, как умеет петь и танцевать, возникала не только симпатия, но очарование, а против очарования нет защиты, будь ты хоть мизантропом.

Красота, голос божественно грудного тембра и изумительная пластичность тела сделали своё чарующее дело: появились доброжелатели, полезные знакомства, творческие предложения. Дядя был счастлив и звонил отцу Наташи, своему брату, который был недоволен выбором дочери оставить институт и ступить на скользкую дорогу эстрады: «Игорь, не ворчи, из неё получится звезда, вот увидишь!»

Желающих приобщиться к будущей звезде становилось всё больше. При Наташиной скромности, приветливости и мягкости, вызывавшими у всех доброжелательный отклик, она обладала замечательным качеством, сформированным годами асексуальности и отрешённости, – она была непреклонна и тверда в решениях. Это и помогло отсеять тех, кто, облизываясь, как кот на сметану, планировал затащить её в постель, приручить, сделать игрушкой и доходным средством для собственного эгоистического успеха. Зато появились молодые талантливые единомышленники-музыканты, и продюсер, причём, что удивительно, трезвенник и вегетарианец. Он тоже только начинал восхождение и в Наташе увидел свой шанс, а поскольку был умён и коммуникабелен, ему быстро удалось сколотить дружный инструментальный ансамбль из молодых выпускников музыкальных училищ. Через месяц новый коллектив уже смог показать себя, и первые же его выступления были замечены и отмечены.

Наташа с упоением окунулась в новый творческий мир и работала над собой с таким фанатизмом, что жена дяди пыталась её несколько остудить: «Наташенька, не перенапрягайся, миленькая». На что Наташа со смехом отвечала: «Я же всё делаю с огромным удовольствием, тётя Ирина. Надо много чего осваивать». Осваивать, действительно, надо было многое: и артистизм шлифовать, и голос тренировать, и найти для себя сценический образ, и репертуар подобрать оригинальный, фасцинирующий, и даже псевдоним себе подыскать звучный. Так к весне она стала певицей Наташей Изумрудной, изумляющей всех своим телом, голосом, артистизмом и песнями. И необыкновенными, чарующей красоты, фиалковыми глазами, изумительно сочетающимися с её златокудрым обликом.

Талант её не могли не оценить; знаменитая примадонна российской эстрады прилюдно её благословила на одном из певческо-музыкальных конкурсов. Первые же гастроли по Тюменскому Северу принесли Наташе и её ансамблю оглушительный успех и о ней заговорили в шоу-бизнесе.

В Бурге Наташа появлялась изредка, и как только прилетала, на другой же день мчалась к своему спасителю, обрушивая на него нежность и новости. Но больше, чем на три часа не задерживалась.

И она безмерно радовала Арбелина, как спасённая от смерти дочь, которой он вернул жизнь.

– Замуж года два не выходи, успеется. Сексуально себя чрезмерно не расходуй. Все силы брось на шлифовку своей фасцинирующей уникальности, дарящей людям радость. – наставлял он её.

– Как жаль, что ты не в Москве! Я принадлежала бы только тебе. – обнимая его, заливисто смеялась Наташа.

***

Все попытки Гаргалина обнаружить хоть какую-то активность Арбелина со товарищи закончились нулевым результатом. Только стойкий Ляушин продолжал прилежно фиксировать утренний моцион учёного по мусорным площадкам и ждать появление Альфы.

Академия надёжно затаилась.

Арбелин благословил своих помощников и учеников на учёбу в университете. Альфа, восстановленная на факультете после академотпуска, ринулась просвещать факультет.

– Юлиан Юрьевич, что если я возьму для курсовой тему «Фасцинация в клинической психологии и психотерапии»?

– Альфа, это же тема для докторской диссертации! Не выдержат учёные гуси, общипают тебя, только перья полетят.

– Но это же должно всех на факультете заинтересовать.

– Правильно мыслишь, но экстремально. Учёные мужи и дамы любят скромность. Озаглавь «К вопросу о значении феномена фасцинации для клинической психологии» или «О возможном применении фасцинации в клинической психологии». Не надо дразнить гусей. Ведь наша задача не революционная, а эволюционная. Постепенное приучение психологов к феноменологии фасцинации.

Так Альфа и поступила, скромненько попросив профессора Громова разрешить ей курсовую о фасцинации. Поморщившись, профессор, ничего о фасцинации не знавший, великодушно разрешил.

А к Петрову Альфа напросилась слушать его лекции по органической химии.

Петров взял под покровительство и Дениса. Денис его удивил отличными познаниями в химии и он открывал ему дорогу на химический факультет. Решили, что этот учебный год он будет посещать лекции как вольнослушатель, – Арбелин с Петровым обратились к декану и добились его согласия на это, – а на следующий год поступит на учёбу на платной основе.

К Петрову относились на факультете с долей иронии. Уважая его высочайший профессионализм и энциклопедические знания, тем не менее прозвали его алхимиком – за то, что постоянно выдумывал новые и новые исследовательские проекты и проводил рискованные эксперименты. Исследование пота не укрылось от любопытных коллег и они шутили между собой, что скоро Петров изобретёт какую-нибудь антипотовую микстуру для подмышек и промежностей. Откуда и какой у Петрова был материал для исследования, они даже не догадывались, а зачем он ему нужен – тем более.

Петров уклончиво, с юмором о подмышках, подыгрывал коллегам, не раскрывая секрета.

104
{"b":"177775","o":1}