ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Посеявший бурю
Стиль Мадам Шик: секреты французского шарма и безупречных манер
Зарабатывать на хайпе. Чему нас могут научить пираты, хакеры, дилеры и все, о ком не говорят в приличном обществе
Слова на стене
Маленькое счастье. Как жить, чтобы все было хорошо
Жизнь и смерть в ее руках
Укрощение дракона
Ритуальное цареубийство – правда или вымысел?
Долгое падение

- Вам придется объяснить получше, Дисс. Ведь вы помните, что я просто паренек из маленького городка. По крайней мере, вы так меня называли.

Дисс сделал раздраженный жест.

- Благодаря необычному везению ты получил возможность сохранить нетронутым, неиспорченным свой мир - по крайней мере до того времени, когда вы будете способны вступить в борьбу с этими галактическими цивилизаторами...

- Вы знаете слишком много о моем захолустном мирке, Дисс. Это беспокоит меня. Ложь всегда беспокоит меня, особенно когда кажется бескорыстной. Что вам нужно на самом деле?

-Довольно, Флорин! Я проявил терпение - гораздо больше, чем ты заслуживаешь! Сейчас ты возвратишься и разрушишь Машину Грез.

- Если это настолько важно, почему вы сами не разрушили ее давным-давно?

- Политические причины удерживали меня, но моему терпению приходит конец...

- Фью!.. Я не верю вам. Вы блефуете, Дисс.

- Больше не буду терять на тебя время! - он попытался повернуться и стукнулся носом о каменную стену.

- Ты идиот! Невообразимый идиот! И это награда за то, что я для тебя сделал?

- В данный момент я больше всего страдаю от любопытства. Расскажи мне правду, Дисс, начинай откуда хочешь, я не привередлив.

Он рванулся вправо: я поставил еще одну стену. Он дернулся назад, и я окружил его с третьей стороны. Он пронзительно вскрикнул.

- Давай, говори, Дисс, - сказал я, - пока я сдерживаю искушение попрактиковаться в волшебстве.

- Волшебство! Твой сарказм неуместен, уверяю тебя: во Вселенной существуют силы, для которых превратить тыкву в карету - такое же обычное дело, как подмигнуть!

- Рассказывай, Дисс. Если мне не понравится то, что я услышу, я превращу тебя в мышь, запряженную в карету, и отправлюсь на прогулку.

- Я все еще владел ситуацией, но у меня появилось чувство, что он был уже не таким напуганным, как несколько минут назад. Я пытался найти ошибку, в то время как он едва заметно продвигался к незакрытой стороне пространства.

- Ты - ребенок, глупый ребенок, балующийся с новой игрушкой, пронзительно крикнул он.

- Я требую, я приказываю тебе немедленно прекратить эту бессмысленную игру... - Он ринулся из кирпичной клетки, но я тут же поставил четвертую стену, окончательно заперев Дисса. Он повернулся и, ухмыльнувшись мне, приставил большой палец к ноздрям и исчез, даже без облачка фиолетового дымка на том месте, где только что стоял.

- Молокосос, - сказал я сам себе и увидел, как меркнет свет, так как стены, в которых я был заключен, придвинулись ближе. Спиной я упирался в одну стену, руками и ногами - в противоположную, но сил не хватило, и стены сошлись и раздавили меня, и я стал таким тонким, как воск на обертке жевательной резинки, как золото на Библии, как совесть политика. Где-то на пути к этому я потерял сознание...

...и пришел в себя привязанным к креслу, которое было высоко подвешено перед гигантской панелью, огоньки на ней мигали и вспыхивали слишком быстро, чтобы за ними можно было уследить.

- Держись, Флорин, - раздался голос Сенатора откуда-то сверху и справа от меня.

Я еще не совсем пришел в себя, но мне удалось повернуть голову и увидеть его, подвешенного в кресле наподобие моего, ухватившегося за подлокотники и наклонившегося вперед; глаза его были устремлены на большое табло.

- Вы удержали их, - закричал он. - Вы выиграли немного времени. Может быть, еще есть надежда!

XXXIV

Я был слабым, как вчерашняя заварка. Он снял ремни, сунул что-то холодное мне в руку, раздавил что-то едкое у меня под носом, и через некоторое время я почувствовал себя лучше. Я сел и огляделся. Мы находились в большой пустой комнате с гладкими, словно из слоновой кости, стенами, плавно сходящимися в вышине, как в обсерватории. Впечатление поддерживали система управления и два круглых иллюминатора, открывавших черную пустоту глубокого космоса.

Барделл сел на стул и сказал:

- Вы сдержали их, Флорин. Я погибал, вы взяли управление вовремя. Это был самый критический момент с тех пор, как они появились. В следующий раз... - Он посмотрел на меня спокойным взглядом, сжав челюсти. - В следующий раз их уже не остановить.

Я сел.

- Где Ван Ваук, Трейт и остальные?

- Вы приказали им убраться. Разве вы не помните? Теперь только вы и я управляем Центральной энергосистемой.

- Ваше имя - Барделл? - спросил я. Он выглядел удивленным.

- Конечно, Флорин.

- У меня, кажется, небольшой приступ амнезии. Заполните мои мозги немного, расскажите, что здесь происходит.

Мгновение Барделл выглядел несколько растерянным, затем его лицо разгладилось.

- Некоторая дезориентация после пребывания в энергосистеме вполне нормальна, - сказал он сердечно. - Скоро вы снова станете самим собой. Улыбнулся он через силу. - Вы находитесь на станции Грейфел, на возвратной орбите в двадцати восьми парсеках от Центра Содружества. Мы управляем энергосистемой, защищаясь от атаки Дисса.

Я посмотрел на поблескивающий изгиб стены и представил, что она становится темно-розового цвета. Ничего не произошло.

- Что там? - Барделл повернулся, чтобы увидеть, куда я смотрю.

- Ничего. Просто разгоняю туман. Мне приснилось, что я спорил с ящерицей...

- Ну да, - недоуменно сказал он, - Дисс имеет внешность рептилии.

- Я полагал, что это имя принадлежит только одному лиловому ящеру, сказал я. - Он хотел, чтобы я разрушил Машину Сновидений.

Барделл начал что-то говорить, замолк и посмотрел на меня настороженно.

- Не волнуйтесь, я отверг это предложение, - сказал я. - Не знаю почему. Может быть, из духа противоречия. Он был чересчур настойчив.

Барделл усмехнулся.

- Еще бы! Если бы им удалось сломить вас - самого Флорина - это был бы конец.

- Расскажите мне о противнике.

- Мы не знаем, откуда они пришли; они появились несколько лет тому назад из пустоты, нападая на миры Содружества. Способ ведения войны самый скверный они берут под контроль волю и психику человека. Этих дьяволов миллиарды, отдельно они ничего не значат, но, объединившись, обретают групповое сознание с мощным кумулятивным эффектом. Мы сражаемся с ними при помощи энергосистемы, искусственными средствами объединяя множество интеллектов в одно "Я". Умственные способности нескольких людей могут выдержать напряжение при управлении нашим оружием: ваши, мои, Ван Ваука и других. Мы солдаты Интеллектуального Корпуса, которыми укомплектованы Энергостанции Глубокого Космоса.

Он фыркнул, что было похоже на усталый циничный призрак смеха.

- За это мы получаем скупые благодарности. Весь комизм ситуации в том, что большинство сограждан даже не знают, что идет война. Как можно объяснить световую симфонию слепому? Большинство считает нас шарлатанами, психами, сражающимися с воображаемым противником. Вот почему мы проигрываем. Флорин. Если бы вся раса осознала опасность и объединилась, чтобы отдать свою интеллектуальную энергию системе, - мы бы нейтрализовали Дисса одним ударом!

- Ван Ваук и все остальные, - спросил я, - что они думают об этом? Барделл резко взглянул на меня.

- Я вижу, вы становитесь самим собой. Они струсили. Посчитали, что с них довольно. Они рассуждали об условиях перемирия; вы даже и слышать об этом не хотели. Вы назвали их предателями и приказали покинуть станцию.

- А как настроены вы, Барделл? Он замешкался, прежде чем ответить, как человек, взвешивающий каждое слово.

- В тот раз я встал на вашу сторону, - сказал он. - Сейчас я вижу, что все безнадежно. У нас недостаточно сил, Флорин: у нас нет поддержки со стороны наших людей, а одни мы нейтрализовать их не в состоянии.

Говоря это, он все больше приходил в волнение.

- Если мы вновь соединимся с энергосистемой, это будет означать смерть. Нет, хуже смерти - разрушение рассудка! И ради чего? Они одолеют нас, нам это известно; Дисс проникнет в Космос Человека - будем мы сражаться или нет. Если мы сейчас признаем этот факт и эвакуируем станцию до того, как будет поздно, мы еще можем спасти свой разум. И может быть, потом начать снова.

23
{"b":"17782","o":1}