ЛитМир - Электронная Библиотека

— Ключник, гальмуй, спускай пар. — Весело окликнул его Игорь. — Я тебе сейчас все разъясню. Не парься. Прикол это у меня такой. Еще на киче я его использовал. Столько хохм вокруг него всегда было …

— Ты, Сека, в натуре… с приколами этими… смотри… как бы тебе не доприкалываться… — Виктор продолжал тяжело дышать, широко раздувая ноздри.

— Да послушай ты! Остынь! А то дел наворотишь непоправимых. Кинешься сейчас на меня с банкой консервной, горло пилить, — легко читал его мысли Сека, — а я ненароком пришибу тебя кулаком. Так, запросто. Тюк ― и нет Вити Ключника. А на том свете встретимся возле котла с чертями, я тебе эту фишку про Кукана расскажу, и окажется, что зря все это затеялось. Не по теме совсем. Терпение. Усек?

— Не знаю, как там черти тебя, Игорь, встретят, а я все же надеюсь котла со смолой избежать. Не так много за мной всего…

— Да ладно, не прибедняйся. Лучше слушай. Здесь все очень просто разъясняется, в непонятке этой. Кукана это по французским средневековым легендам блаженная страна дураков и лентяев. И к нашему родному кукану она никакого отношения не имеет. Понял?

— И что ты с такой замолодью в камерах рисовался? — немного помолчав, с сомнением спросил Ключник. От сердца отлегло. Призывать к ответу подельника стало вроде бы как не за что.

— Не раз. А что? Сам знаешь, скучно там. Вот и запустишь эту шнягу. Такая себе развлекуха получается.

— И как?

— В смысле, как живой выходил?

— Угу.

— По-разному. Но, по правде говоря, запаривал эту тему только при определенном контингенте. Братва, она и есть братва. Надо держать ухо востро. Ничего не попишешь. И то… — Сека улыбнулся давним воспоминаниям. — С заточками кидались, только успевай уворачиваться.

— Ну, ты приколист. — Виктор усмехнулся и открыл очередную бутылку.

— Вот, смотри. — Игорь задрал рубаху. — Ниже последнего ребра, на бочине. Видишь метку?

— Вот эту? — Ключник плеснул водку по стаканам и склонился к дряблому, покалеченному боку Секи.

— Нет, ниже. То другая тема. Это вохр на пересылке штык-ножем пощекотал, сразу после того, как я ему два зуба выбил.

— Вохру? За тебя. — Виктор опрокинул стакан в рот.

— А то! Борзой был, щенок краснопогонный. Так и выгреб по хавальнику за хамское отношение к зэка. Правда, потом чуть со света меня не сжил. За тебя тоже. — Игорь последовал примеру собутыльника.

— Лихая, Сека, у тебя молодость была. Вот этот? — Виктор ткнул пальцем в белую полоску шрама.

— У меня вся жизнь такая. На меньшее не согласен. Да, шрам этот. Именно за эту шутку. Костя Хромой из Ростова тогда — лет двадцать назад это было — менее сдержанным, чем ты, сейчас оказался. Когда я ему про Кукана пропарил, он мне рта больше открыть не дал. Гонял с заточкой по всей камере, пока об мое ребро не сломал свой напильник заточенный. Хорошо, что хоть так закончилось. — Сека усмехнулся. — Это я тогда склонял их на общую бучу против администрации. Плохое питание, антисанитария, тое-сее…

— Ага, — заворожено слушавший тюремную историю Виктор словно очнулся. Случайно оброненная Секой фраза трансформировалась в его мозгу по-своему. — Это ты таким макаром народ подзадориваешь? Как пацанят неразумных на дела стремные? На слабо? Прием такой? И меня тоже на этой фишке в дело палевное затянуть хочешь…

— Да нет же. Дух я в тебе боевой бужу, — перебил его Сека. — Чтоб злость была. Чтоб вспомнил, кто ты есть на самом деле.

— А кто я есть? Я Витя Ключник. Меня уважаемые пацаны знают. И спроси любого про профессию мою: все скажут. Не скокарь я. «Стоп в гору» не моя тема. Домушник я. Медвежатник. И неплохой совсем. Не мое это дело черепа народу крошить, я другие дела разумею…

У Виктора уже заплетался язык. Начало сказываться количество выпитого спиртного. Плюс чифирь. Да и полная мобилизация организма на выпад Игоря, а чуть позже расслабление тоже сыграли свою роль. Сека четко улавливал все стадии опьянения собеседника и в данный момент понял, что Виктор дошел до нужной ему кондиции.

— Ключник, давай за нас. За лихих пацанов. Вместе нам любое море по щиколотки. Мы с тобой можем любую мульку забацать. Нас с тобой тюремная пайка роднит. Скажи, что нет?

— Почему нет? Я согласен, — с излишней горячностью закивал Ключник. Он уже потерял нить разговора и тщился восстановить хотя бы общий смысл.

— Вот видишь. Поэтому давай. За нас. — Сека ловко разлил водку по стаканам. Чокнулся с Виктором и выпил. Ключник автоматически тоже. Запил пивом. Взял нетвердой рукой сигарету и зажигалку и попытался закурить. Получилось с третьего раза. Затянулся, выпустил струю дыма в потолок и выжидательно уставился на Секу. Игорь воспринял это как сигнал к действию:

— Все, Витя. Идем, дружище. Уже половина одиннадцатого. Пора.

Он встал и начал собираться. Снял спортивные штаны, надел потрепанные брюки, не первой свежести, с пузырями на коленях, поверх футболки набросил затертую курточку спортивного кроя. На ноги натянул утратившие первородный цвет и форму туфли. Взглянул в зеркало. Остался доволен. Видик то, что надо. Нечто среднее между бестолковым неумехой каменщиком и довольно продвинутым чернорабочим. Критически осмотрел Виктора: рубаха, потертые джинсы, недорогие кроссовки. Сойдет.

— На все про все у нас час времени. Тебе надо еще немного протрезветь. Осмотреться тоже не помешает.

— Да что мне трезветь? Я не пьяный совсем. Вполне нормально себя чувствую. — Ключник встал, покачнулся и, прицелившись, резким движением руки потушил сигарету в пепельнице. Радостно заметил. — Вот видишь? В десятку.

— Ловко. Сейчас точило смыканем и «только в путь», — улыбнулся Сека, и приобнял подельника за плечи. — А ты все не моя тема, не моя. А чья же она, как не наша? Сам Бог нам велел с тобой здесь, в столице, столкнуться, чтоб вопросы такие решать. Согласен?

— Конечно, Игорь. Ты ж понимаешь… Я для своего, блатного кореша… кента… все, что захочешь… нет… не так… все, что смогу… ты мне веришь? — Ключника совсем развезло.

— Обижаешь. Верю. — Сека понял, что несколько переусердствовал, спаивая Ключника, и начал подталкивать его к выходу.

— «Собака лаяла на дядю фраера», — запел Виктор, с большим трудом натягивая кроссовки. — Игорь, мы не сильно опаздываем? Как обычно? Нормально?

— Нет. — Сека удивленно посмотрел на подельника, пытаясь понять, какой именно смысл вложил Ключник в эти вопросы, похлопал себя по карманам, проверяя все ли на месте, и решительно открыл дверь. — Виктор, на выход. Я за тобой.

— Понял. — Ключник вывалился на лестничную площадку. Он перестал петь и, шатаясь, принялся раскуривать очередную сигарету.

— Похоже, алкаша придется играть только мне. Кто вот только будет обеспечивать транспорт? И за баранкой сидеть? — пробурчал Сека и, решительно подхватив Виктора под локоть, потащил вниз по ступенькам.

— За машину не переживай. — Спустя два пролета до Виктора дошел смысл сказанного. — Все сделаем в лучшем виде. «Колеса» помоем любые. А вожу я тачку одинаково, что трезвый, что немного выпим…м…м…в… ши.

— В это я охотно верю. — Сека выйдя из подъезда, быстро огляделся и повел Виктора к лавочке возле песочницы, на которую не попадал свет уличных фонарей. — Как ты?

— Нормально. — Виктор шлепнулся на скамейку. — В натуре, порядок. Дай только посидеть минут десять, и все будет путем. Хорошо?

— Лады. Ты пока посиди, а я присмотрю что-нибудь в окрестных дворах, — Игорь продолжал озираться по сторонам. Взглянув в отсутствующее лицо Ключника, добавил: — Имеется в виду машина. Ты слышишь меня?

— Угу. Погоди, не уходи. Вот я тебе, умному корешу, хотел задать вопрос. — Виктор расположился на скамейке более удобно и попытался закурить сигарету со стороны фильтра.

— Какой вопрос? — Сека вытащил у него изо рта сигарету и воткнул обратно нужным концом.

— Спасибо, — осознав смысл этого действия, поблагодарил Виктор. — Ты вот говорил насчет Бога, чертей, котлов, смолы… Увязывал это с нашими делами всякими… И как тебе кажется, неужели они нам все это припомнят и будет действительно… э-э-э-э-э… Гиена огненная там, Страшный суд, Чистилище и прочие дела? Как…

34
{"b":"177836","o":1}