ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Достаточно на первый раз, — сказал Рамони, поднимаясь с кресла.

Американец и сержант предложили еще выпить, но он отказался.

— Вернетесь из рейса, позвоните мне, — сказал сержант, написав на бумажке номер телефона.

«Бейсуг» снова пришел в порт Монполи, куда так стремился Чукрин. Радист ходил за старшим помощником капитана, назойливо упрашивая отпустить его в город. Старпом объяснил, что в порту участились случаи провокаций и ограблений, поэтому капитан к вечеру запретил увольнения на берег.

Утром радист снова явился к старпому проситься в город.

— Пристраивайся к механику и матросу Перебейносу и отправляйся.

Чукрин взял свой увесистый «дипломат», подошли спутники, и они втроем спустились по трапу на причал.

На знакомой узкой улочке Чукрин приотстал от своих товарищей. Когда они скрылись из виду, он поспешил в магазин Яши. В магазине, как всегда, никого не было.

— Ау, — крикнул Валера, вызывая хозяина к прилавку.

— А, пропащая душа, — приветствовал его Яша. — Какая погода в Одессе?

— За Одессу не скажу, а в Новочерноморске дует норд-ост:

— Я тебе дам пластинку с модной песенкой:

О Шамр-Аш-Шейх!
Мы снова вернулись к тебе.
Ты — в наших сердцах...

Голос с «исторической родины». Передашь знакомому в Одессу.

Между тем Чукрин выложил на прилавок сотенные купюры — тысячу рублей. Яша пересчитал деньги и похвалил его за надежность.

— Я тебя когда подводил? — спросил польщенный Валерий.

В ответ Яша обвел широким жестом полки.

— Выбирай... Как говорят в Одессе — что для твоей души угодно.

Чукрин достал из кармана список, начал читать вслух, дошел до кассеты с записью фильма, о котором просил Эдик.

Яша обещал достать, заметив, что это будет стоить кругленькую сумму в рублях.

— Я когда-нибудь подводил? — повторил Чукрин и поднял над прилавком «дипломат».

— Золотые слитки с Колымы? — кивнул Яша на «дипломат». Чукрин раскрыл его и достал баночку икры.

— Получи презент. Остальные сорок — уступаю по пяти долларов за штуку.

Под прилавком шла запись на магнитную ленту, бесшумно работала кинокамера.

— Я специализируюсь на рублях. Да и если перемножить сорок на пять, то получится сумма, которой я не имею, — сказал Яша.

Он подмигнул Валере, вышел через зеркальную дверь в комнату и оттуда кому-то позвонил, сказав, что есть товар по сходной цене. Просил не задерживаться.

Яша вернулся за прилавок с довольной улыбкой.

— Считай, тебе повезло, нашел покупателя.

— А кто он?

— Какое это имеет значение? Американцы, немцы или китайцы. Деньги на бочку и адью. Пойдешь в универмаг и отоваришься.

...В магазин зашли двое: мужчина и женщина. Яша велел Чукрину обождать, а сам скрылся с пришедшими за зеркальной дверью. Сценарий сделки был разработан до малейших подробностей, и не последнюю роль в нем играл владелец магазина. Вскоре они вышли и пригласили Чукрина в машину.

Мужчина сел за руль, женщина оказалась переводчицей.

— Фишман сказал, что вы продаете икру, — обратилась она к Чукрину.

— Сорок банок по пять долларов, — предложил Чукрин.

Женщина перевела. Мужчина остановил машину у универмага, отсчитал из бумажника двести долларов. Переводчица подставила хозяйственную сумку, куда Чукрин переложил баночки.

— Советуем вам зайти в этот магазин, — сказала она. — Здесь вы можете купить на доллары все, что хотите.

Чукрин вылез из машины и направился в роскошный многоэтажный универмаг, не замечая, что его на остановке взяли под наблюдение дюжие молодчики.

Он ходил от прилавка к прилавку. Покупателей было мало, продавцы предупредительно спрашивали, что он желает.

Чукрин остановился в отделе, где продавались бритвы. Ему тут же показали электрическую бритву «Браун».

Один из агентов стоял рядом с радистом, а другой предупредил кассиршу, что подойдет русский и будет платить фальшивыми долларами.

Кассирша пробила чек, а потом позвала одного из служащих универмага, и они стали рассматривать доллары. Чукрин не понимал их разговор, но до него дошло, что его в чем-то заподозрили.

Служащий взял его под руку, провел в комнату и позвонил в полицию. Представители полиции не заставили себя долго ждать. Они обыскали Чукрина, изъяли доллары, паспорт, записную книжку и увезли его с собою.

Допрос вел мужчина средних лет в штатском. Он подробно интересовался работой, местом жительства, семьей, образованием, партийностью и многими другими вопросами, а потом уже перешел к фальшивым долларам. Чукрин возмущался, кричал:

— Провокация... Отпустите меня.

Он требовал пригласить советского консула или капитана танкера, а допрашивающий, пропуская мимо ушей крики Чукрина, предлагал сказать, откуда у него фальшивые доллары.

— Не в ваших интересах требовать присутствия советских представителей, — сказал переводчик. — Узнает консул или капитан, и по возвращении домой вас бросят за решетку.

В запасе у Чукрина оставалась последняя надежда — Яша. Он попросил разрешения позвонить ему.

Представитель спецслужб, имя которого переводчик не назвал, не возражал против звонка Фишману. Переводчик набрал номер телефона из изъятой записной книжки и передал Валерию трубку.

— Яша, это я, Валерий, — проговорил Чукрин. — Ты не мог бы приехать в полицию? И сообщи в консульство или...

Переводчик вырвал из рук трубку и передал сотруднику спецслужб. Тот предложил Фишману прибыть в полицию и никуда ничего не сообщать.

...Все увольнявшиеся на берег, кроме Чукрина, вернулись из города и доложили старпому о своем возвращении.

Капитан «Бейсуга» послал старпома поставить в известность советского консула о невозвращении Чукрина, наказав ему без радиста не возвращаться.

Вместе со старпомом вызвался пойти в город на розыск Чукрина и Григорий Павлович.

Они зашли в магазин к Фишману. Старпом настойчиво постучал по прилавку, и Яша появился.

— Где Чукрин? — строго спросил старпом лавочника.

Яша сделал вид, что никакого Чукрина не знает. Мало ли к нему заходит людей, фамилии он не спрашивает.

— Где Чукрин? Он заходил к вам. Есть свидетели, — наступал старпом.

— Я же говорю, был, — сказал дрожавший Яша. — И ушел.

Яша грозил позвонить в полицию.

— Мы сами заявим в полицию, — вмешался врач, — что пропал советский моряк, и потребуем расследования. Сегодня же репортеры всех газет разнесут на весь мир имя торговца, в лавочке которого исчезают люди.

— Вы не сделаете этого. Погубите безвинного человека, — струхнул Яша. — Я вас не знаю, вы у меня не были, но я из Одессы, поэтому говорю: Валерий в полиции. Не спрашивайте больше.

Старпом и врач рассказали консулу о беседе с Фишманом. Наконец, после проволочек местных властей комиссар полиции сообщил, что советский моряк Чукрин был подобран в невменяемом состоянии в одном из ресторанов в компании проституток и что полиция не возражает передать его консульству.

Весь помятый, обросший, с синяками под глазами Чукрин действительно выглядел как после сильной попойки. В таком состоянии его доставили на борт танкера.

Когда танкер вышел в открытое море и взял курс к родным берегам, опомнившийся Чукрин ужаснулся, вспомнив, что с ним произошло.

— Урок на всю жизнь, — потупив глаза, сказал он капитану, ожидая наказания. — Провокация чистой воды.

— Иди, работай, потом разберемся, — отпустил его капитан.

Вернувшись в радиорубку, Чукрин не мог успокоиться. Он перебирал в памяти допрос и пребывание в полиции, страшась, что все станет известно экипажу и дома.

Если первый допрашивавший добивался, не привез ли он фальшивые доллары из Новочерноморска и грозил ему тюрьмой, то сменившие его ночью двое других расспрашивали главным образом о работе радиста, содержании телеграмм, системе кодированной связи, о доступе к таблицам, порядке приема и передач телеграмм, интересовались, выходил ли он в эфир во время стоянки танкера в иностранных портах.

52
{"b":"177852","o":1}