ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Лай За Лонг не колеблясь подставил бы под удар собственный корабль, но на «Лилии Зари» находились ученые и их материалы, а «Огненная кошка» — это просто крейсер прикрытия, которому с самого начала отводилась именно эта роль: притвориться другим кораблем и если понадобится — погибнуть, приняв на себя удар, предназначенный «Лилии Зари».

И старый космический волк Пан Ра Пау, капитан «Огненной кошки», даже не подумал снизить скорость, хотя Лай За Лонг дал ему такую возможность.

Больше того, Пан Ра Пау отдал свою капитанскую шлюпку со сверхсветовым двигателем трем земным женщинам, неосмотрительно погруженным на «Огненную кошку» в точке рандеву. Под охраной четырех истребителей они благополучно добрались до «Лилии Зари», которая как раз в это время встретилась в досвете с «Тенью бабочки».

А «Огненная кошка» неслась вперед до тех пор, пока мотогальские «тормозильные бомбы», похожие по принципу действия на «гонцов» и кибершпионов, не выбили ее из гиперпространства.

И никто на корабле не сказал ни слова против, хотя они наверняка боялись — ведь никто из миламанских звездолетчиков не имел гена бесстрашия, а если среди них и были герои, то уж наверняка не все.

Но тут уж никуда не денешься с подводной лодки. Если капитан — герой, то всем приходится следовать его примеру.

Удивительно другое — миламаны, привыкшие выступать по любому поводу, сетуя на нарушение своих гражданских прав даже в боевой обстановке, на этот раз все как один молчали, стиснув зубы, а когда начался бой и эфир заполнил хаос криков, команд, докладов, воплей боли и панических возгласов, все звуки перекрывали бодрые голоса оптимистов, которые кричали друг другу и всем:

— Прорвемся!

И они кричали это искренне, ибо действительно верили, что «Огненная кошка» — достойный представитель лучшего класса миламанских кораблей — сможет пробиться на соединение со своей флотилией сквозь строй из десятков мотогальских звездолетов.

Когда на крейсере погибли уже все до последнего миламана, какой-то истребитель, которому некуда было вернуться, продолжал бой против целого эскадрона бронекавалерии, и в эфире был слышен его захлебывающийся крик:

— Прорвемся!!!

Но он тоже не прорвался, и девчонки на «Лилии Зари» ревели в голос, потому что там тоже ловили звуки боя по каналу мгновенной связи. «Тень бабочки» давно ушла, повернув на новый курс, а крейсер оставался в досвете, следя за обстановкой, чтобы мгновенно броситься на перехват, если мотогалы все же заметят канонерку и попытаются ее догнать.

Но они не заметили и теперь по всем расчетам должны были броситься обратно к Рамбияру, чтобы хоть как-то спасти лицо, чтобы сорвать высадку десанта и удержать планету в своих руках.

Такая реакция казалась миламанам единственно возможной со стороны моторо-мотогалов, для которых не было большего позора, чем отдать врагу однажды завоеванную территорию.

Но генерал Забазар слишком долго вращался среди союзников, которые умели мыслить другими категориями и понимали, что отступление может быть не только позорным бегством, но и тактической хитростью.

И он сумел здорово удивить своих офицеров, отдав приказ:

— Эскадре соединиться в походный строй. Приготовиться к срочному погружению. Курс на скопление Ми Ла Ман.

— А что будет с Рамбияром? — осмелился спросить один из заместителей генерала, чин которого позволял задавать начальству подобные вопросы.

— Рамбияр никуда не денется! — уверенно осадил его Забазар. — Для нас главное — ген бесстрашия, а он сейчас — на пути к Ми Ла Ману. Они пойдут кружной дорогой, и мы успеем их перехватить.

После инцидента с «Огненной кошкой» генерал понял, что в миламанской экспедиции не один корабль, и силы прикрытия мощнее, чем он ожидал. А значит, когда дело дойдет до схватки, каждый звездолет будет на счету.

Поэтому генерал не оставил у Рамбияра ни одного корабля и сделал все, чтобы уклониться от боя с миламанской флотилией.

Главной целью флотилии было высадить десант на Рамбияре, и ее командующему тоже не улыбалось устраивать с мотогалами встречный бой в открытом космосе — поэтому противники обошли друг друга стороной, не сделав никакой попытки выбить врага из гиперпространства.

На прощание генерал Забазар не забыл оставить своей пехоте внизу приказ: «Ни шагу назад!» — и пообещал вернуться, как только будет выполнена главная задача.

Оккупационных войск на Рамбияре было достаточно, чтобы весь десант миламанской флотилии надолго завяз в затяжных боях на поверхности планеты. А партизан начальник Главного штаба союзнических войск Мотогаллии, несмотря на всю свою интуицию, в расчет не брал.

37

Эпидемия морской свинки вспыхнула среди солдат союзнических войск совершенно неожиданно и сразу же приобрела весьма злокачественный характер.

Это было странно, поскольку вообще-то рамбиярская морская свинка была распространенной детской болезнью, которая встречалась только на океанском побережье и протекала обычно легко и без последствий.

К тому же «добровольцам» из союзнических войск должны были перед высадкой сделать прививки от всех болезней, включая неизвестные мотогальской науке.

Прививки действительно были сделаны, но большую часть универсальной вакцины украли интенданты медицинской службы для продажи на черном рынке. Поэтому солдаты получили недостаточную дозу и с самого начала оккупации страдали тяжелым насморком и расстройством пищеварения.

А потом на них навели порчу, и хотя заразить союзнические войска черно-белой чумой не удалось, «добровольцам» с лихвой хватило и свинки.

Больной мальчик с побережья под заклинания тридцати трех колдунов торжественно и с чувством оплевал кишащей вирусами слюной сержантский погон, украденный у его владельца в трактире, и оттого морской свинкой первыми заболели сержанты. У них опухло не только горло, но и все тело, а голос пропал бесследно, будто его и не было, так что они не могли отдавать приказов. А без приказов союзнические войска превратились в неуправляемое стадо баранов, с которым никак не могли справиться здоровые офицеры.

Офицеры не заразились только потому, что им прививки делались по полной программе, зато солдаты все до единого подхватили инфекцию от сержантов и тоже сделались небоеспособны.

Рамбиярские партизаны решили, что это подходящий повод для восстания, и начали наступление по всей планете.

Сопротивление оказывали только моторо-мотогальские гарнизоны и блок-посты, лучше защищенные от инфекции и от порчи, и благоразумные партизаны обходили их стороной, оставляя на закуску миламанским десантникам, которые уже захватили главную базу оккупационных войск и теперь занимались планомерным расширением плацдарма.

В городах и деревнях миламанов встречали, как героев-освободителей, и юные девушки в венках из цветов толпами карабкались на их глайдеры, мешая вести боевые действия.

Одежда многих девушек состояла из одних венков, но миламаны оставались к этому равнодушны — тем более, что среди них даже в десантных подразделениях преобладали женщины.

Ликование народа здорово задерживало продвижение десантников, но это не могло спасти моторо-мотогалов от разгрома. Полевой штаб оккупационных войск, потеряв всякую надежду, в панике запрашивал подкрепления, но из Мотогаллии слали только советы, первый из которых — обратиться к генералу Забазару.

Проблема заключалась в том, что ни в Генеральном штабе Мотогаллии, ни в Главном штабе союзнических войск понятия не имели, где означенный генерал находится. Его эскадра пропала, не оставив после себя никаких следов.

Вице-генерал Заразабах, которому Забазар отдал приказ «Ни шагу назад», пал смертью храбрых от случайного выстрела своего заместителя, не успев передать этот приказ кому-либо еще.

Прежде чем произвести случайный выстрел, заместитель Заразабаха четырежды полковник Тугудун забыл спросить, куда и зачем улетел генерал Забазар.

Тугудун надеялся победить всех врагов собственноручно и рассчитывал, что это принесет ему заслуженную награду — генеральское звание, новую должность и полную грудь орденов. Он даже свои приказы подписывал не «четырежды полковник Тугудун», а «врио[Временно исполняющий обязанности генерала Тугудун». Но это ему не помогло.

34
{"b":"1779","o":1}