ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Богатыреву показалось, что он расслышал:

– Будет время – возвращайся! Я хочу за тебя замуж!

Но может быть, это ему только почудилось.

Въезжая в тихий сонный райцентр, Богатырев слушал репортаж о судьбе города Анкориджа на Аляске, которому пришлось еще хуже, чем Санкт-Петербургу. Он был меньше примерно в сто раз, и все его население снялось с места на своих машинах.

Эти машины и накрыла первая волна «летающих тарелок». Аппараты пришельцев застопорили колонну и без помех утюжили ее, осыпая голубым градом людей, которые пытались укрыться в тайге.

«Число жертв не поддается оценке», – передавали информационные агентства, которые пока еще не разобрались в особенностях инопланетного оружия и называли пораженных убитыми.

В самом Анкоридже людей практически не осталось. Последние выбирались из города уже под обстрелом, бросали машины и уходили пешком через лес, а «тарелки» сыпали на лес синие шары, которые разлетались у земли мелкими брызгами, превращаясь в ядовитый туман.

Но еще передавали сообщения из опустевшего городка какие-то местные репортеры, и сотовая связь работала без сбоев, так что главная новость из Анкориджа облетела мир за считанные минуты.

Она разлетелась по странам и континентам через паутину Интернета и разнеслась в эфире по миллионам радиоприемников от Канады до Антарктиды и от Австралии до Карелии, где в военкомат затерянного среди болот райцентра как раз в эти минуты вошел майор Богатырев.

В здании на полную громкость работал репродуктор, включенный в местную радиосеть, которая ретранслировала только один канал – «Радио России». Но это не имело никакого значения.

По всем каналам сейчас говорили одно и то же.

Инопланетяне начали высадку.

19

Лихорадочная деятельность в Пулковском аэропорту началась вскоре после того, как наверх доложили, сколько народу не успело улететь из города до налета и что это был за народ.

Предположение о том, что семьи самых крутых шишек города эвакуировались благополучно, всем казалось очевидным – особенно если учесть, сколько самолетов удалось отправить.

Но оказалось, что были и опоздавшие.

Когда их фамилии узнали в Смольном, Штабе округа и ГУВД, неподвижность, охватившая Пулковский аэропорт и прилегающие к нему кварталы, сменилась бурной деятельностью.

В Пулково под вой сирен мчались скорые, пожарные и аварийные машины, а навстречу им уже неслись машины, приписанные к аэропорту, – от автобусов до заправщиков. Они спешили скорее доставить в больницы пострадавших.

Пораженных сортировали по степени близости к вершинам власти. Семья вице-губернатора заслуживает первоочередного спасения, а дети рядовых специалистов могут и подождать.

Мария Петровна Богатырева, которая появилась в здании аэровокзала немного позже, незамедлительно пресекла эту практику, распорядившись:

– В первую очередь отправляйте детей!

И тотчас же схлестнулась с сотрудником ФСБ, который распоряжался тут до нее.

Чекист метался по аэровокзалу в полном ошизении – и было отчего. Когда он попытался уточнить у руководства, кого следует эвакуировать из аэропорта в первую очередь, ему ответили:

– Племянницу президента.

После этого связь прервалась, кажется, навсегда. Одни телефоны не отвечали, другие были все время заняты, и чекисту пришлось своей головой думать, где ему взять племянницу президента и куда ее эвакуировать.

Дело осложнялось тем, что в списках названная персона не значилась. Вернее, там вообще не было указано, кто чей родственник – одни только фамилии и инициалы полностью. Бог его знает, какая у той племянницы фамилия – может быть, девичья или, наоборот, по мужу.

И главное, ни у кого не спросишь. Эти пострадавшие лежат, как покойники, а из живых и вменяемых никто ничего не знает.

Но доктору Богатыревой чекист Филатов заявил категорически:

– Племянница президента будет отправлена в госпиталь в первую очередь, хотите вы того или нет.

И распорядился зарезервировать для нее реанимационную машину.

Богатырева этому воспротивилась, поскольку одна такая машина могла вывезти в госпиталь сразу несколько детей и совершить за час несколько рейсов.

– А если племянница тоже ребенок? – привел последний аргумент Филатов.

– Когда найдете ее, тогда и получите машину, – ответила Богатырева, и спор зашел в тупик.

Мария Петровна даже не догадывалась, что вся эта история напрямую связана с ее старшей дочерью.

Увозя избитую Василису со станции метро «Пионерская», лейтенант милиции Терентьев обмолвился о том, что ее приказано доставить в Пулково. И кто-то из местных милиционеров, участвовавших в инциденте, решил обставиться по полной программе.

Он взял и доложил по команде, что во время налета инопланетных аппаратов на «Пионерской» получила серьезные травмы племянница президента.

Девушка находится в невменяемом состоянии и принимает людей за инопланетян, утверждая, что ее пытались похитить гуманоиды в военной форме. В настоящий момент она под охраной отправлена в Пулково для экстренной эвакуации из города.

Этот товарищ, хитрый, как сто китайцев, очень старался запутать начальство на случай, если девчонка станет утверждать, что ее били менты. И это ему блестяще удалось.

Начальство запуталось так, что при дальнейшей игре в испорченный телефон родилось сразу две версии, одна из которых гласила, что пришельцы похитили племянницу президента и держат ее в заложниках.

Эта версия очень понравилась досужим сплетникам и выплеснулась на улицы. А по каналам спецслужб распространилась другая.

От первоначального сообщения в ней остались только слова «племянница президента», «Пулково» и «травмы». И когда милиция перебросила эту головную боль федеральной службе безопасности, там поняли так, что племянница получила травмы в Пулково.

Это было логично. В Питере было много родственников высокопоставленных федеральных чиновников – ведь новая московская элита с приходом к власти президента Дорогина пополнялась по большей части именно отсюда. И всех этих родственников предполагалось эвакуировать именно через Пулково.

Их начали свозить туда еще до налета, и хотя племянница президента в списках не значилась и ее пребывание в городе было для местного управления ФСБ новостью, никто особо не усомнился в правдоподобности сообщения. В конце концов, она могла прибыть в город инкогнито и на Литейный о себе не сообщать.

Родственники третьей очереди не относятся к числу особо охраняемых персон, – но если кто-то из них оказался в смертельной опасности, то позаботиться о его спасении – прямой долг местного управления ФСБ.

И разумеется, когда из аэропорта позвонил сотрудник, ответственный за эвакуацию, ему приказали уделить племяннице президента особое внимание.

Но этим дело не кончилось.

Защищенные линии связи не справлялись с нагрузкой, городская телефонная сеть тоже была перегружена, а о проблеме с племянницей президента доложили в Москву, и теперь столица запрашивала подробности.

Чтобы разобраться во всем окончательно, в Пулково выехал сотрудник главка в звании полковника, который всего на несколько минут разминулся с Василисой Богатыревой, которую как раз в это время привезли под конвоем в соседний главк. ГУВД и ГУФСБ в Питере, как известно, расположены рядом еще со времен единого НКВД.

А тем временем слухи о таинственной племяннице президента дошли до ближайшего окружения главы государства. И люди, хорошо осведомленные о родственных связях президента, сильно удивились.

По им сведениям, все сколько-нибудь близкие родственники Дорогина находились в безопасности и как раз сейчас готовились к отъезду в глубь страны.

Оперативная проверка подтвердила, что все так и есть, а значит, в Питере объявилась какая-то самозванка.

Немедленно после этого на Литейном получили команду разобраться, кто и с какой целью выдает себя за племянницу президента.

Не успел полковник Рысаков влепить капитану Филатову выговор за бездарную организацию поисков означенной племянницы, как из управления передали, что никакой племянницы вроде как и нет.

18
{"b":"1780","o":1}