ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Никого не убило? – спросил майор.

– Кто знает. Мы далеко были. Богатырев откинул голову назад и стукнулся затылком о ствол.

– Все ребята. Кранты, – сказал он. – К утру они нас окончательно добьют.

Ребята были рядовые, а он офицер, и по всем правилам ему не следовало такое говорить, но уж очень сильно на него подействовала потеря двух самолетов за один день. И в голове мутилось от недосыпа и усталости.

Но ему пришлось принять под команду этих ребят и отвечать на вопросы одного из них, москвича, которого больше всего волновало, пойдут ли пришельцы на Москву.

– Не хотелось бы тебя огорчать, – сказал Вадим, – но боюсь, что пойдут. С Питером справиться им теперь не проблема. Они уже убедились, что мы ничего им не можем сделать. И информации, наверное, собрали вполне достаточно. Так что теперь им прямая дорога на Москву.

– И что же делать?

– Не знаю. Ждать. Если с наскока одолеть врага не удалось, надо ждать, что он предпримет. Пока пришельцы сидят в своих «тарелках», нам их не достать. Но не вечно же они будут там сидеть.

– Нам говорили, что они уже высадились. Там, в аэропорту.

– Нам тоже говорили. Но пока пришельцев на земле меньше, чем «тарелок» в небе, с ними тягаться бесполезно.

Вадиму надо было выговориться, и на этот раз он нашел благодарных слушателей. Эти пацаны слушали его, открыв рты, – не то что контрразведчик в Кречевицах или полковник Муромцев, с которым Богатырев тоже пытался поделиться своими рассуждениями.

Полковник, может, и сам думал о чем-то подобном – но разговора не поддержал. И сказал только:

– Есть приказ – не допустить массированной высадки противника в Санкт-Петербурге. И мы должны этот приказ выполнять.

А Богатырев, наоборот, считал, что именно массированная высадка противника создаст условия для хоть сколько-нибудь эффективной борьбы с ним. И теперь объяснял это солдатам срочной службы в доступной для их понимания форме.

– Зачем-то инопланетянам нужны наши города, а чтобы держать под контролем хотя бы один, потребуется много солдат. Когда пришельцам покажется, что сопротивления больше нет, тогда-то они и полезут на свежий воздух, чтобы воспользоваться плодами победы. И вот тут по ним можно будет ударить.

Вадим даже привел исторический пример с Кутузовым и Наполеоном. Все-таки он был сын доктора исторических наук.

Солдатам этот пример очень понравился. Особенно ключевая его идея – отвести войска в глубокий тыл и ждать там удобного случая. Например, пока враги сами собой не начнут вымирать от голода и холода.

Солдату срочной службы вообще свойственно мечтать об отводе в глубокий тыл. Есть отдельные герои, которым лишь бы повоевать, – но они чаще подаются в контрактники да наемники. А основная масса бойцов спит и видит: когда же дембель?

В свете событий сегодняшнего дня эта мысль, правда, успела трансформироваться в другую, гораздо более тревожную: а будет ли дембель?

Один из солдат прямо спросил майора Богатырева об этом. Сам он был еще не дембель, а только «дед», но сутки боевых действий не оставили у него никаких сомнений в том, что война с пришельцами продлится гораздо дольше тех трех месяцев, которые ему осталось служить.

– Военное положение позволяет задерживать в армии солдат срочной службы на неограниченный срок, – подтвердил его опасения Богатырев.

А про себя подумал, что армии не избежать чудовищной волны дезертирства.

В этот день по радио часто говорили, что в сорок первом году при нападении врага советские люди выстраивались в очереди у военкоматов, чтобы отправиться добровольцами на фронт.

Но, во-первых, с тех пор утекло много воды и страна совсем другая. А во-вторых, неизвестно, сколько в этих рассказах правды, а сколько пропаганды.

И со времен последней большой войны в армии если что-то и изменилось, то только в худшую сторону.

Впрочем, в первый день новой войны, сразу после опубликования указа о призыве резервистов, а кое-где и до этого указа в военкоматах тоже появились очереди не очереди, но немалые группы людей, которые рвались на войну.

На их примере машина пропаганды вполне могла создавать новые легенды о героях-добровольцах – легенды, способные затмить тот факт, что основная масса резервистов в это время обдумывала, как бы избежать призыва, получить бронь, скрыться у родственников и знакомых или забаррикадироваться в квартире, делать вид, что никого нет дома, и не принимать повесток.

Тысячи способов, до тонкостей проработанных призывниками последних поколений, одновременно пошли в ход, а некоторые умные люди, не доводя дело до крайностей, уже в эту ночь ударились в бега, радуясь, что теперь лето и можно устроить внеплановый туристический поход. А если спросят, то сказать, что отправились в путь за неделю до вторжения и даже радио с собой не взяли – так что какие могут быть претензии?

А солдаты срочной службы тем временем думали о дембеле. И добрые офицеры могли только огорчить их, сказав, что дембель ожидается не раньше полной победы над врагом.

Что касается победы, то ее ждать вообще не стоит. Армия, страна и планета не готовы к вторжению из космоса, и противник слишком силен.

Даже по первому впечатлению он неизмеримо сильнее всех земных армий, вместе взятых.

44

Еще не догорел в лесопарковой зоне под Санкт-Петербургом последний сбитый самолет, а президенту России уже доложили, что в город успешно введены войска численностью до четырех дивизий.

Военачальники торопились. Они хотели обрадовать Верховного главнокомандующего сообщением о том, что контроль над городом полностью восстановлен, раньше, чем истекут сутки с момента начала вторжения.

Тогда можно будет и дальше делать вид, что ничего катастрофического не происходит. Война идет с переменным успехом, и армия еще способна справиться с поставленными задачами.

Но не прошло и часа, как по всем каналам связи посыпались уточнения – в том числе из независимых источников, которым военные так и не сумели заткнуть рот.

И выходило по этим сообщениям, что все далеко не так радостно.

Первые самолеты Псковской дивизии прорвались к городу и сбросили десант. Но пришельцы быстро опомнились и вторую волну транспортных машин атаковали еще на подступах к городу.

Десантникам пришлось прыгать наглее, а пилотам уводить самолеты в сторону, чтобы не уронить свои громадные «илы» на городские кварталы.

То есть десант был фактически сорван.

Зато дивизия внутренних войск прорвалась в Веселый Поселок практически в полном составе. А уже там ей пришлось здорово повеселиться, бегая от параболоидов, которые немножко опоздали к началу мероприятия, зато потом очень бодро ходили по головам.

Рассредоточить целую дивизию по укрытиям, которые способны хоть как-то защитить от голубого града, – это работа не для слабонервных. Дивизия входила в город повзводно, цепью, как при атаке на окопы противника, но все равно при первом же ударе с воздуха превратилась в неуправляемую толпу.

Солдаты метались в беспорядке, пытаясь укрыться в домах вдоль по улице Народной и проспекту Большевиков.

И домов бы хватило на всех, если бы солдаты могли распределиться равномерно. Но бойцы, как стадо за вожаком, ломились все в один дом вслед за самым решительным командиром, а пришельцы сверху видели все и выбирали для атаки именно те укрытия, где солдат было больше.

Как-то неожиданно для всех обнаружилось, что у пришельцев есть еще одно оружие – примитивное, но очень действенное. Это были зеленые шары, сразу же прозванные «вонючками».

Как и все другие боеприпасы инопланетян, они расплескивались лужей быстро испаряющейся слизи и при этом источали такой запах, что находиться рядом было невозможно.

Не спасали даже противогазы, потому что от этого газа страшно зудела кожа и хотелось только одного – бежать подальше от этого места.

Неожиданность была вполне объяснима. До сих пор пришельцы не использовали «вонючки», потому что не было особой нужды. А когда и была нужда – например, в Пулкове, где им приходилось выбивать десантников из внутренних помещений аэровокзала, не использовали все равно, потому что собирались сразу же занять эти здания сами.

43
{"b":"1780","o":1}