ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Мощность передатчиков корабля была впечатляющей, так что Даша могла быть уверена, что ее услышат.

– Подробности ультиматума и оригинальное послание антропоксенов я должна передать лично губернатору Санкт-Петербурга и представителям военных властей. Если передача ультиматума будет сорвана, это может привести к тотальному уничтожению города и его жителей. Поэтому на место встречи приглашены журналисты, которые должны присутствовать при встрече парламентеров с руководством города и гарнизона.

А рядом в это же самое время Игорь Демьяновский рассказывал журналистам CNN про личинки Хозяев, и Даша вдруг, не сознавая, что делает, заговорила о том же самом через инопланетный прибор.

Своим бархатным голосом она уничтожала весь смысл ультиматума, потому что любой нормальный человек скажет – лучше тотальное уничтожение города, чем чужая ядовитая тварь в мозгах. И только закончив говорить, она сообразила, что аналогичная тварь в ее собственном мозгу сейчас может запросто убить ее по команде сверху за такую выходку.

Но слово не воробей и сказанного не воротишь.

Даша напряглась, не зная, что теперь будет, – ведь инопланетяне тоже слышали ее речь. Сколько времени им понадобится, чтобы перевести и понять?

И что будет потом?

Убьют ее сразу или только причинят боль?

Остальные заметили, как она побледнела, но решили, что это по другой причине.

Через Дворцовый мост на сумасшедшей скорости мчался бронетранспортер. А из него выскакивали люди странного облика, которых проще было принять за инопланетян. Они были в противогазах и костюмах противохимической защиты, поверх которых надели еще каски и бронежилеты.

И тут было от чего побледнеть, потому что все их действия наводили только на одну мысль – еще секунда, и они без предупреждения откроют огонь из всех стволов, чтобы и следа не осталось от парламентеров с их ультиматумом и несанкционированным вещанием на весь мировой эфир.

50

Второй разгром станций метрополитена был гораздо серьезнее, чем первый, утренний, когда параболоиды практически не использовали белый град.

Вечером и ночью, убедившись, что армия использует подземные коммуникации для скрытного перемещения живой силы, пришельцы ударили всерьез.

Белый град и «вонючки» сделали свое дело. Параболоиды обрабатывали каждую станцию обстоятельно и закончили далеко за полночь, но зато теперь ни у одной станции не осталось никаких следов оцепления.

Те военные и штатские, которые укрылись внизу, в туннелях, боялись даже высунуть нос наверх.

От смертельной давки в темных катакомбах спасло только то, что жуткие испарения «вонючек» распространяются вверх и в стороны лучше, чем вниз.

Тем не менее все ждали, что вот теперь, когда им никто не препятствует, пришельцы войдут в метро и начнут пускать свой мерзкий газ прямо в тоннели.

Когда этого не произошло, военные и штатские вздохнули с облегчением, но задались вопросом, долго ли будет продолжаться это затишье.

Отвечать на подобные вопросы было прямой обязанностью Объединенного научного центра, который был создан вечером в Москве путем слияния маленького и глубоко засекреченного подразделения ФСБ с аморфной и не особенно секретной экспертной группой МЧС.

Первое подразделение досталось Федеральной службе безопасности по наследству от КГБ. Его неоднократно порывались ликвидировать и нещадно сокращали, но все-таки позволили дожить до вторжения пришельцев. А экспертную труппу МЧС, наоборот, создали в самые последние годы, когда появились доказательства существования внеземной жизни в форме простейших организмов и кто-то решил, что микробы из космоса могут быть даже опаснее, чем разумные существа.

И тут на планету свалилось все сразу – и инопланетные существа, и – в компании с ними – неразумные ядовитые твари, и инопланетные токсины вкупе с антидотами, и корабли с параболоидами. Раздолье для исследований.

Целый день два упомянутых подразделения сначала раздельно, а потом и совместно лихорадочно обрабатывали потоки информации о пришельцах. К их работе подключались все новые научные учреждения – от медицинских и биологических до тех, которые занимаются этнографией и психологией.

Гражданские и военные власти требовали от них срочных ответов на самые злободневные вопросы. Например, чего ждать от пришельцев и как с ними бороться.

Однако ученые и примкнувшие к ним сотрудники спецслужб могли предложить только гипотезы безо всяких гарантий, что они верны.

Одни предполагали, что нападение пришельцев на Санкт-Петербург – это демонстрация силы. Другие склонялись к мысли, что в этом состоит базовая тактика инопланетян – захватывать города поочередно и вгонять все их население в анабиоз. А третьи считали, что главная цель инопланетян – захват не городов, а людей. Именно поэтому их оружие не убивает, а только парализует.

Последняя точка зрения была весьма правдоподобна. Вряд ли имеет смысл говорить о гуманности применительно к тем, кто осуществил вторжение на планету без всякого осмысленного повода. Гуманная раса, наверное, выбрала бы какой-то другой способ контакта.

Значит, пришельцы парализуют, а затем оживляют людей для каких-то пока неясных, но вряд ли гуманных целей.

За сутки удалось получить только не очень понятные сведения об оживлении с раздеванием и о речах пришельцев на тему приобщения к свету истинного разума.

На основании увиденного и услышанного лично член экспертной группы Мария Петровна Богатырева в телефонном звонке своему куратору высказала мнение, что пришельцы – религиозные фанатики, которые не остановятся ни перед чем, лишь бы обратить население Земли в свою веру. А потом развила эту мысль на допросах в ГУФСБ, чем очень подкрепила версию следствия, что приверженцы тоталитарных сект – это на самом деле инопланетные шпионы.

На Лубянке всерьез полагали, что налет параболоидов на Литейный – это была акция по вызволению внеземных агентов из-под ареста.

Но как раз по этой причине мнению Марии Петровны веры не было, и ее коллеги изощрялись в изобретении других гипотез.

И все эти гипотезы сходились в одном: люди зачем-то нужны пришельцам живыми.

Поэтому когда аналитиков спросили, следует ли ждать в ближайшие часы зачистки пришельцами питерского метрополитена и не пора ли его уже минировать, ответ был сформулирован в том духе, что всякое может быть, но скорее всего инопланетяне не начнут подземную атаку до тех пор, пока не будут уверены, что она не вызовет массовой гибели людей в панической давке.

А ведь и дураку понятно, что если пустить в тоннели хотя бы тот же нестерпимо вонючий газ, то Ходынки не избежать.

– О другом надо думать! – горячился руководитель экспертной группы профессор Горенштейн, по имени которого всю команду называли в шутку «группа Гор – Эйнштейн».

Когда создавали экспертную группу по проблеме поиска внеземной жизни, у всех на слуху были переговоры и соглашения Гора – Черномырдина, так что первая часть оттуда. А что касается Эйнштейна-тут если и преувеличение, то не слишком большое.

Профессор Горенштейн был по основной специальности астрофизик, но он живо интересовался уфологией и множеством смежных проблем.

Теперь к ним добавилась еще одна – ведение боевых действий с пришельцами и эвакуация мирных жителей из захваченных ими городов.

– Надо думать о другом, – восклицал он. – Их кораблю один час лету до Москвы в лучшем случае. В лучшем для нас. Не побоюсь предположить, что, если понадобится, они долетят и в десять раз быстрее. И чтобы не получилось то же самое, что и в Питере, мы должны эвакуировать Москву заранее.

Но верховная власть страшно боялась паники в столице и старательно делала вид, что непосредственной опасности нет. Высокопоставленные чиновники в форме и без бодро рапортовали по телевизионным каналам, что агрессоры застряли в Санкт-Петербурге надолго и не двинутся с места, пока не покончат с сопротивлением, которое продлится до тех пор, пока в городе есть хоть один живой и дееспособный человек.

49
{"b":"1780","o":1}