ЛитМир - Электронная Библиотека

Одна из крыс попыталась бежать, но я подставил ногу, она упала, я схватил мерзкое животное за шиворот и коротким ударом в его хилые кишки вышиб из него желание драться.

Он пробовал укусить меня в запястье и одновременно что-то сказать. Мне удалось разобрать несколько слов:

– Три Закона. Мы не гонимся за вами, чужеземец! Я майор Лет, я из Лояльной Оппозиции!

Он вывернулся у меня из рук и с криком бросился к Гасу, который душил одну из крыс, а по рукам его струилась кровь из укусов на плечах.

– Мистер Гас! Это я, ваш спаситель, Лет! – Он пытался высвободиться, но я держал его крепко.

Гас, с красным от гнева лицом, был настолько поглощен своим занятием, что не обратил на майора никакого внимания. Тут подскочил Бен и попытался крикнуть что-то, чтобы мы его услышали, но в этом бедламе визжащих крыс и рассыпающих проклятия мужчин это было не просто.

– Ошибка! – кричал он. – Эти парни на нашей стороне!

Я отшвырнул Лета в сторону и наступил на него. Он пытался укусить меня за щиколотку, но я пнул его под узкий подбородок.

– Не дури! – сказал я ему грозно.

Он с ненавистью взглянул на меня и переключил свое внимание на Бена. Не сводя с него глаз, он стал что-то быстро объяснять ему своим противным тявкающим голосом. Мне трудно было понять его.

Бен сказал:

– Полковник, – но тут же замолчал и нанес Гасу сильный удар, так что тот свалился на землю. Затем он продолжал:

– Эти парни – все, что осталось от королевского гарнизона. Они, конечно, против двухзаконной нечисти, и не одобряют набеги за рабами. Вот этот майор, – он помог успокоившемуся офицеру подняться на ноги, – дал нам убежать. Они помогут нам попасть в город и напасть на бандитов.

Я поверил ему, когда и Мари подошла к нам и подтвердила его слова. Она взяла его за руку и улыбнулась ему. Она, конечно, была далеко не красавица, но улыбка у нее была хорошая. К ее дубинке прилипли клочья крысиной шерсти. Отличный воин!

– Майор Лет отпер дверь нашей камеры, – сказала она. – Вначале мы ему не поверили, думали, что он хочет нас заманить в ловушку и убить «при попытке к бегству». Но когда мы увидели, как он повалил капитана двухзаконников, мы поняли, что он с нами заодно. И ведь у него есть причины ненавидеть их. Я верю, что он поможет нам напасть на мятежников.

Мы потратили еще несколько минут на то, чтобы восстановить порядок. Парни Лета, изрядно потрепанные, выстроились неровными рядами, а мы окружили их. Смовия занялся дезинфекцией укусов, а потом я позволил ему залепить раны на головах крыс – кровь, сочащаяся из них, заливала им глаза. Последним отпустил свою добычу Энди; Смовия напомнил ему, что именно этот отряд прошел мимо их домика в лесу и сделал вид, что ничего не заметил.

Тут заговорил Лет:

– Я должен был сделать вид, что ищу вас, после того, как вы сбежали из города, – объяснил он. – Двухзаконники подозревали, что я вам помог – и ведь так оно и было. Я сказал, что не нашел никаких следов, а потом я помог бежать и другим рабам. Вы можете мне верить.

– Ты знаешь генерала Свфта? – спросил я.

– О да, я имею честь его знать! – торжественно произнес он. – Вы видели генерала?

– Он сейчас не в лучшей форме, – сказал я. – Толпа напала на него и нанесла ему серьезные травмы. Он тут, с нами, но я не знаю, не причиняем ли мы ему этим вред.

– Я надеюсь войти в контакт с генералом, – сказал Лет. – Мы, – войска, верные Трону, – планировали объединиться под его началом и отбить столицу.

– Мы можем попытаться это сделать, – сказал я. – Как вы собирались действовать?

– Я хотел завербовать беглых рабов, провести их маршем в город, а потом, когда двухзаконники выйдут посмотреть на них и официально приветствовать меня, поздравляя с успехом, напасть на них всех вместе, – сказал Лет. – Не могли бы вы проверить состояние генерала и сообщить мне о нем?

– Почему бы и нет, – сказал я.

Я спросил у Энди и Смовии, не видят ли они что-нибудь подозрительное, ведь они лучше меня знали ситуацию в городе. Смовия не видел ничего подозрительного и пошел проведать раненого генерала.

– Двухзаконники очень любят проводить строем захваченных беглых рабов, – сказал мне Хельм. – Вся их банда собирается и с гордым видом расхаживает по улицам, показывая свое превосходство. Лет прав: это лучшее время напасть на них, навалиться разом со всех сторон!

Он был несколько возбужден и даже забыл извиниться за то, что высказал свое мнение.

Смовия вернулся и сообщил, что генерал нам в ближайшее время не помощник – его лечение будет длительным.

Я спросил Лет, сможет ли, по его мнению, Бнк отвезти Свфта в безопасное место, пока мы будем осуществлять его план операции.

Лет поговорил с Бнком минут десять, а потом придал ему пару солдат и вернулся к нам. Он объяснил, что на территории Нефритового Дворца остались верные ему солдаты и что Свфт будет там в безопасности уже к утру.

Мы опять вернулись в лес, чтобы немного отдохнуть и подкрепиться, готовые на рассвете победить или умереть.

Старина Гас опять начал было что-то бормотать, и я приказал ему, если у него есть что сказать, говорить так, чтобы я слышал.

– Не может быть, чтобы вы верили этим крысам! – сказал он. – Я считаю, надо перерезать им глотки, пока они спят, вот и все.

– Ты, – сказал я, – клянусь Богом, сейчас заткнешься и будешь выполнять мои распоряжения. У меня нет ни времени, ни желания слушать твои бредни, Гас. Иди лучше поспи и не выдумывай глупости.

Когда он ушел, Смовия сказал мне:

– Вам следовало бы проявить побольше дипломатии, полковник. Гас, конечно, не бог весть какая находка, но он нам пригодится в драке.

– А вы видели его в последней стычке, Док? – спросил я. – Он схватился было с одним парнем, но тот его свалил. Больше он не пытался ничего предпринять. Я думаю, он такой же никчемный человечишка, как все болтуны.

Смовия не стал возражать. Я немного поспал, и вскоре Мари уже будила меня – пришло мое время дежурства. Она промерзла до костей, как и я, но мы не могли рискнуть развести костер: патруль двухзаконников мог легко заметить его. Наконец наступил рассвет, и уже через пять минут мы тронулись в путь – конечно, не по дороге, а узкими тропами, которые указывал нам Энди. Мы проходили мимо домов, низких и наполовину вкопанных в землю, с явными признаками запустения. Вдали я заметил группу людей, идущих на работу в лес – работу, которую они должны были выполнять за обманутых двухзаконниками йлокков. Стражники сопровождали их, и мы залегли в траве, ожидая, пока они пройдут подальше.

Я спросил у Энди, сколько рабов в городе. Он полагал, что около пятидесяти. Столько же там было и войск двухзаконников. Я спросил его, присоединятся ли к нам люди, когда увидят, что происходит. Он сомневался.

– Они так далеко от дома, сэр, – объяснил он, словно извиняясь за них. – Им все равно. Я как-то поговорил с некоторыми из них, но они интереса не проявили.

– Я все время думаю, – сказал я, – почему они не заставили доктора и тебя работать на них, пока вы были в городе.

– Мы пришли туда раньше мятежников, сэр, – объяснил он. – У доктора были лекарства, он лечил больных детенышей, и они поправились. Их родители защищали меня от двухзаконников, когда те появились в городе. Все там знали о набегах за рабами, и знали, что именно нас и отлавливают в рабство, но они это не одобряли. Они все ждали, что вот-вот появится Королевская Гвардия и прогонит мятежников. Они прятали нас и кормили, и относились к нам очень хорошо, насколько могли в этих условиях.

Глава 20

А между тем нам предстояло еще немало дел. Мари подсказала мне, что нам надо иметь в руках корзины для сбора припасов, и показала нам, как их сплести из травы. Через полчаса мы были готовы – а милашка Гас, как всегда, протестовал.

Девочка, или Минни, как мы обычно ее называли (это имя ей очень понравилось), резвилась от души. Она быстро заполнила свою корзину цветами, и мне пришлось попросить ее выкинуть их и собирать орехи и ягоды. Это была идея доктора: вряд ли двухзаконники стали бы приветствовать собирание цветов вместо еды. Я поставил ее в конце строя солдат Лета. (По крайней мере, так я понимал его имя, хотя оно было скорее похоже на «Лист», но звук «и» произносился на вдохе, а не на выдохе, как привыкли мы. Впрочем, он отлично понимал и когда я называл его «Лет», и «Лист». Мне никогда не одолеть языка йлокков: слишком уж в нем много взвизгов и вздохов).

35
{"b":"17811","o":1}