ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Она все-таки решила городить чушь.

Гроссман и Пайн не поверили.

— А может быть, машина все-таки работала? — спросил Пайн. — Мало ли: пришло по модему, а вы не заметили.

— Я всегда проверяю входящую корреспонденцию, — отрезала Стефани. — И к тому же мой компьютер ведет автоматический учет. А меморандум появился не в каталоге электронной почты, а прямо на «рабочем столе».

Это было похоже на правду. Другие получатели меморандума тоже прочитали его без промедления именно потому, что он ни с того ни с сего появился на «рабочем столе». Каждый порядочный пользователь хорошо помнит содержимое своего «стола», и незнакомый файл мгновенно привлекает внимание.

Но вот в то, что файл появился на компьютере в тот момент, когда он не был подключен к модему и, более того — вообще не работал, верилось с трудом. Скорее всего, Стефани сочиняла, а, может быть, просто добросовестно заблуждалась на этот счет. И первое вероятнее, чем второе: чтобы не заметить новый файл, появившийся на «рабочем столе» без всякого на то разрешения, надо быть человеком крайне рассеянным, а Стефани Бэр не производила такого впечатления.

Так рассуждали Пайн и Гроссман, и они были правы. Стефани сама поместила меморандум на «рабочий стол» своего компьютера, потому что Стерлинг из «USA Today», передавая ей файл, рассказал, где и при каких обстоятельствах он его обнаружил.

Итак, Пайн и Гроссман в этот день остались при своих подозрениях, но без фактов. Стефани Бэр твердо стояла на своем и про Стерлинга ни словом не заикнулась.

Сам Стерлинг в это время сидел в своей редакции и кусал локти. В его руках была такая сенсация — и он ее упустил. Упустил, поддавшись бытующему среди здравомыслящих людей мнению, что все ловцы инопланетян — сумасшедшие.

И уж конечно Стерлинг не собирался рассказывать коллегам, как из его рук уплыла сенсация первой величины. Он намеревался сам распутать эту историю. Опубликовать письмо звездных террористов может каждый, а вот если кто сумеет разузнать, кто эти террористы на самом деле, слава его не померкнет долго.

39

— Черт бы побрал все эти компьютеры! — воскликнул начальник Главного разведывательного управления Генерального штаба Вооруженных Сил Российской Федерации генерал-полковник Переверзев, когда ему доложили, что из надежнейшим образом защищенной компьютерной сети вверенного ему ведомства произошла утечка информации.

Определить масштабы утечки не удалось, но зато компьютерщики нашли способ установить, откуда звонил взломщик — вернее, модем его компьютера.

Звонил он из Таллина, столицы ныне независимой и крайне гордой страны Эстонии. Услышав об этом, генерал Переверзев рвал и метал минут сорок. Больше всего его бесило не то, что у ГРУ из-под носа выкрали совершенно секретную информацию, а то, что это сделали какие-то паршивые чухонцы, которых дурак Сталин недодавил в сороковом и сорок пятом. А ведь мог вполне — их всего-то полтора миллиона. Нет, сохранили на свою голову, да еще дали им независимость — а они теперь на тебе! — нагло залезают в тайные архивы российской военной разведки и копаются там, словно в своем шкафу.

Переверзев ненавидел эстонцев с молодых лет, еще с тех пор, когда лейтенантом служил в этом самом Таллине. Ненавидел за то, что они живут лучше русских, за то, что умеют жить, за то, что не хотят жить, как прочие советские люди, покорно склоняясь перед силой и властью.

А теперь он ненавидел их еще больше.

Надо же — полтора миллиона эстонцев нагло прут против ста пятидесяти миллионов русских, а их спецслужбы воруют российские государственные тайны.

И главное — как точно уловили момент! У начальника ГРУ генерала Переверзева как раз сейчас куча неприятностей. Все идет к тому, что его вот-вот снимут с должности и отправят в отставку, поскольку в то время, как вся Россия в едином порыве дружит с Западом, начальник ГРУ позволяет себе иметь особое мнение на сей счет.

Хорошо еще, что министр обороны горой стоит за Переверзева, а президент Дорогин не слишком вникает в вопросы военной разведки. Дело об утечке информации можно будет замять.

Но не стоит надеяться, что это спасет Переверзева от ухода с поста начальника ГРУ. Отставки, может быть, удастся избежать — но вот мечту о том, чтобы стать начальником Генерального штаба, придется оставить, это уж как пить дать.

40

Капитан перуанского корабля «Эльдорадо» Алехандро Штемлер считал долгом чести спасти смелую соотечественницу, которая оказалась на грани гибели. Если бы сухогрузу удалось спасти Мануэлу Мартинес и ее спутниц, то капитан Штемлер был готов изменить курс и зайти в Гонолулу, чтобы дать девушкам сойти на берег.

Именно ради спасения экипажа плота «Хейердал» перуанский сухогруз отклонился от обычной трассы и принялся бороздить бушующий океан в том районе, где этот плот должен был теоретически находиться.

Однако в процессе этих поисков «Эльдорадо» принял SOS профессора Лемье, и капитан Штемлер решил спасти хоть кого-нибудь. Тем более что океан уже перестал бушевать и операция по спасению терпящего бедствие ученого была совершенно безопасной.

Таким образом вместо героических путешественниц на борт «Эльдорадо» поднялся профессор из Луизианы, который немедленно заявил, что категорически не хочет высаживаться на американской территории и в странах, имеющих союзнические отношения с США, тоже предпочел бы этого не делать.

Капитан Штемлер не настаивал. Профессор намекнул ему, что хотел бы добраться до Южной Америки, и как можно скорее. Он даже показал капитану свою банковскую карточку и назвал на ухо сумму депозита, но на Штемлера это не подействовало. Он заявил, что не намерен менять курс и сначала зайдет в Кению, потом в ЮАР и только затем пойдет к берегам Бразилии.

— Почему вы так не хотите к своим? — поинтересовался Штемлер, когда профессор в очередной раз попытался уточнить у него, при каких обстоятельствах его могут выдать американцам.

Хотя дедушка Штемлера был немец, сам капитан являлся убежденным патриотом Перуанской Республики и с недоверием относился к людям, которые не любят свою страну. Впрочем, к Соединенным Штатам вообще и конкретным американцам в частности он тоже особого доверия не питал, а профессор сразу взял верную ноту, представившись франко-канадцем, которого бессовестные гринго наняли работать на себя, а потом бросили на произвол судьбы в открытом море.

— Я ученый и сделал несколько открытий, которые могут пригодиться любой стране. Американцы хотят, чтобы все это досталось им. Но, после того как они меня обманули, я этого не хочу. Поэтому мне нужно попасть в Южную Америку, и как можно скорее.

— Думаете, там захотят ссориться со Штатами из-за ваших открытий?

— А я не собираюсь иметь дело с властями. Мои проекты пригодятся бизнесменам. Они могут принести много денег и огромную власть.

— Вы изобретаете оружие?

— Смотря что считать оружием. В любом случае, подробностей я вам сообщить не могу. Подробности я собираюсь продать, а у вас вряд ли есть такие деньги. Но за помощь я хорошо заплачу.

— Люди братья — и должны помогать друг другу, — кивнул головой Штемлер.

Сказал он это таким тоном, что профессор Лемье понял — какой-то особой помощи от капитана ждать не приходится. Однако есть надежда, что он, по крайней мере, не сдаст неожиданного пассажира американским представителям в ближайшем порту.

Капитан заговорил по внутренней связи на языке кечуа, всем своим видом давая понять, что профессор на мостике лишний. Лемье прекрасно знал испанский, точно так же, как и все члены экипажа «Эльдорадо», так что прибегать к индейскому языку имело смысл только для того, чтобы скрыть от профессора суть разговора. Лемье понял это и спустился вниз.

Рулевой, на протяжении всего этого разговора молча стоявший у штурвала с каменным лицом, не поворачивая головы, спросил у капитана, опять-таки на языке кечуа:

— Значит, он делает оружие?

28
{"b":"1785","o":1}