ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Особенно легко приучаются к даровым кормам хищные и всеядные звери, возможно, потому, что мясные корма, выкладываемые на привады, по своему биохимическому составу близки к тем, что зверь добывает в природе. Растительные же корма, идущие на прикормку, подвергаются предварительной сушке и теряют ряд питательных и вкусовых свойств. Дикие растительноядные животные в природе имеют возможность избирательно регулировать видовой состав поедаемых растений, который наиболее точно соответствует их потребностям. С естественными растительными кормами дикий зверь получает определенное количество различных алкалоидов, ароматических и иных необходимых для его организма веществ, которые отсутствуют в возделываемых травах и корнеплодах. Растительноядные животные обычно не полностью переключаются на питание выложенным кормом, а сочетают его с поеданием естественных кормов. При отсутствии последних никакая подкормка не может удержать нутрий и пятнистых оленей на месте.

Изменения, вызванные подкормкой, влекут за собой ряд негативных последствий, затрудняющих жизнь диких животных в естественных условиях: звери теряют выносливость, жизнестойкость, осторожность, «трудолюбие» в добывании кормов. Поэтому использование подкормки должно быть осмысленным, а ее регулярность и объем соответствовать достижению конкретных целей. Она не должна значительно трансформировать естественное поведение и экологию диких животных.

Несомненно, подкормка — один из самых мощных путей воздействия на поведение диких животных, установления с ними контактов и подчинения воле человека. Это эффективный способ управления плотностью популяций диких зверей, предотвращения кочевок, спасения от голодной смерти при экстремальных ситуациях, положительного влияния на размножение и численность. Подкормка облегчает добывание животных, их разведение в природе, изучение, осуществление охранных, биотехнических, акклиматизационных и охотхозяйственных мероприятий (отлов с целью переселения, удержания в местах выпуска и т. д.).

ПОВЕДЕНИЕ ЗВЕРЕЙ ПРИ БЕСПОКОЙСТВЕ ИХ В УБЕЖИЩЕ

Повадки диких зверей - i_003.png

Под убежищем понимается укрытие, где животное выводит потомство, отдыхает, спасается от врагов и непогоды. Мы изучали оборонительные повадки зверей, связанные с норами, дуплами, логовами, анализировали поведение животных, ушедших от погони на деревья, отстой (неприступные площадки в скалах), забравшихся в скворечни, конуры и другие убежища антропогенного происхождения. Учитывали реакцию зверей, спасающихся в половодье на островках суши в ответ на приближение людей. К видам беспокойства, причиняемого человеком, относили различные способы изгнания животного из убежища, посещение мест укрытия собаками, людьми, похищение ими детенышей. Было рассмотрено поведение зверей при сотрясении убежища, при выпугивали и их различными звуками, при наполнении норы водой, выкуривании дымом и газом, при заталкивании в берлогу постороннего предмета, при залезании в нору собаки, охотника, при длительной осаде убежища и разрушении последнего. Принимались во внимание повадки животного, сумевшего убежать из осажденной норы.

Не всегда удавалось четко разделить перечисленные виды поведения в связи с указанными способами беспокойства, поскольку последние часто носят смешанный характер. Например, сотрясение убежища большей частью сопровождается звуком удара. Слова «укрытие», «нора», «гнездо», «логово» используются нами в качестве синонимов слова «убежище». Приведенные ниже материалы позволяют в какой-то степени прогнозировать поведение изгоняемого из убежища животного. Дальнейшее накопление фактов, целенаправленное изучение поставленных вопросов дадут возможность делать это более точно.

БУРЫЙ МЕДВЕДЬ. Реакция этого зверя в берлоге на приблизившегося к ней человека зависит от многих факторов: температуры воздуха, пола и возраста, индивидуальных особенностей поведения зверя, устройства берлоги, периода пребывания в убежище, степени беспокойства людьми. Наиболее чутки в берлоге медведи-самцы и холостые медведицы, менее — медведицы с лончаками; самки, кормящие маленьких медвежат, покидают убежища весьма неохотно. Особенно крепко лежат медведи в труднодоступных берлогах под прикрытием поваленных деревьев.

На Дальнем Востоке бурый медведь первые несколько дней лежит иногда рядом с берлогой, около какого-нибудь укрытия, затем залезает в нее и ложится всегда головой к входному следу (голова часто при этом находится вне берлоги). Стоит зверю почуять человека, как он проворно вскакивает, убегает и больше не возвращается. Чуток медведь и во время зимних оттепелей. Наиболее крепко он спит в разгар зимы, во время сильных морозов и метелей. Знаю случай, когда к открыто спящему в яме у выворота дерева медведю подходили люди. Они вырубили вокруг берлоги мелкие деревья, но ни звуки топора, ни шум падающих деревьев не вызывали реакции зверя. Когда в двух шагах от его головы лаяли собаки, он лишь косил на них глазом, не обращая как будто бы внимания на рядом стоящих людей. И только будучи укушен псом, зверь встал на ноги.

Потревоженный медведь вскоре засыпает снова, но спит ужо менее крепко и быстро просыпается при повторном беспокойстве. Встревоженный подходом человека он иногда высовывает из берлоги голову, чтобы осмотреться. Делает это чрезвычайно быстро, так что охотнику не хватает времени даже вскинуть ружье. Приближение человека к искусственной берлоге, в которой спал молодой медведь, вызывало у него усиление двигательной активности, что регистрировалось сейсмографом. Через 1–2 ч активность постепенно затухала. Когда открывали смотровое отверстие, зверь обычно просыпался и медленно поднимал голову [84].

Для выпугивания бурого медведя из берлоги бывает достаточно простого свиста, покрикивания или похлопывания в ладоши. Но не всегда это приносит успех. Как в Приморье, так и на Кавказе бурые медведи иногда устраивают берлоги в дуплах толстых деревьев. Чтобы выжить зверя из убежище, приходится сильно стучать по дереву. Медведи, облаянные в берлоге собаками, редко переходят в другие места, если собаки не очень злобны. Зверь, облаянный издали, чаще остается на прежнем месте.

Если медведь не желает покидать убежище, для выпугивания используют жердь, которую запускают в берлогу. Это средство часто оказывается действенным, но иногда проходит порядочно времени, пока зверь даст о себе знать. Запускание жерди в берлогу под разными углами в конечном итоге достигает цели, и медведь в конце концов выходит из своего убежища. Если в берлогу засунуть вершины двух-трех ветвистых елок, взбудораженный зверь начинает тянуть их к себе. Чем сильнее он тянет, тем труднее ему становится выйти из берлоги или выпихнуть их назад, так как при обратном движении ветки растопыриваются и задерживают дерево. Когда медведица бывает убита, пестун затаивается, он переносит даже тычки жердью, которой проверяют берлогу, не издает ни звука и не делает ни малейшего движения. Так же себя ведут и медвежата. Если в берлоге находится не один медведь, а несколько, то появление после первого последующих может быть растянуто.

В окрестностях Телецкого оз. зафиксирован факт, когда второй медведь вылез из берлоги после того, как охотники несколькими выстрелами убили первого, развели огонь и закурили. Третий медведь появился еще позже, после того как собака, пробежавшая за вторым зверем, которому удалось скрыться, вернулась обратно. Известен случай, когда из берлоги после всовывания в нее кольев и стрельбы был выпугнут двухпудовый лончак, но только через 3 ч из берлоги вышла медведица со вторым лончаком. Способность медведя затаиваться в убежище может характеризовать следующее происшествие. Спиленный осенью дуплистый таежный кедр трелевали зимой трактором 15 км, а затем погрузили на платформу узкоколейной железной дороги и отправили на лесопункт. Только здесь из дупла вылезла медведица и набросилась на одного из рабочих. В дупле обнаружили двух спящих медвежат.

36
{"b":"178660","o":1}