ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Нет, – ответила Алиса Мин почти без промедления. – Я остаюсь с тобой, нагаруна. И пусть вина за последствия ляжет на тех, кто сейчас по другую сторону.

Чересчур взрослые слова в устах девочки ясно указывали на то, что они исходят от Хозяина. И это вселяло некоторую надежду.

Даже для благородных танов гибель чужого Хозяина не могла пройти безнаказанной. Это такой инцидент, что концы не спрятать и огласки не избежать – а если станет известно, что одни Хозяева истребляют других ради непонятных целей, то пошатнется миф о единстве Высшего Разума.

И похоже, таны в параболоиде поняли, что они зашли слишком далеко.

Следующая очередь в проем двери была сделана уже не черным, а синим градом.

Стало ясно, что идти на попятный благородные таны не собираются, но убивать юную тейну с ее Хозяином тоже не хотят.

Они избрали более безопасную тактику. Чего проще – сначала усыпить всех без разбора, а потом убить обращенных в прах и пленника на месте, а Алису Мин – на борту параболоида, где есть средства для спасения ее Хозяина.

И все шито-крыто. Живых свидетелей нет, Хозяин в герметичной колбе отправляется на тыловые планеты, и военная разведка лепит на резервуар ярлык, по которому компетентные специалисты опознают еретиков.

С таким ярлыком этот Хозяин заляжет в хранилище не на годы, а на века, и когда наконец дождется нового воплощения, инцидент давно забудется и не будет никому интересен.

Кому нужны предания седой старины…

Но все равно это было странно. В конце концов, воевода Вадим – не такой серьезный козырь, чтобы вовлекать в операцию по его уничтожению экипаж из благородных танов и продолжать упорные попытки довести дело до конца, даже когда стало совершенно очевидно, что тайная акция провалилась и инцидент обязательно станет достоянием гласности.

– Слушай, какого черта?! – обратился Богатырев к Тес Амару. – Сдается мне, ты забыла сказать мне что-то важное.

Но ответить инопланетянка не успела.

Стена рядом с нею оплавилась и потекла, открывая лестницу всем ветрам.

Теперь благородные таны, пилотирующие боевую машину, могли накрыть свою цель прямой наводкой.

Глава 39

Благородный тан Тур Тамен Ава-руми занял место Тес Амару за пультом наблюдения и управления, и двое специалистов по внедрению ксенов устроились перед компьютерными дисплеями по бокам от него.

– Начинаем, – объявил благородный тан по громкой связи.

Сказал он это по-английски, поскольку бригада медиков-землян была интернациональной, и ее члены общались между собой именно на этом языке. Правда, старший из медиков, русский по национальности, знал язык антропоксенов, но у остальных были с этим проблемы – зато у благородного тана не было никаких проблем ни с английским языком, ни с русским.

Хозяин способен без труда усвоить любой язык – были бы только нужные материалы.

Так что помощник лидера Службы исследований Планеты Первопредков Тур Тамен Ава-руми общался с лояльными антропами по-английски.

Медики отвечали ему тем же, а принц Гамлет, для которого и английский, и инопланетный были одинаково тарабарскими, вообще перестал что-либо понимать.

Он ждал допроса с пристрастием, а его вместо этого сначала полчаса продержали в какой-то трубе, облучая мертвенным светом и тревожа прикосновениями каких-то штуковин к разным частям тела. А потом спровоцировали на разговор и хорошо еще, что все сказанное Гамлетом в запале было чистой воды фантазией.

Никаких секретов он не выдал – хотя это еще как посмотреть. Сведения о численности войск – это один из главных военных секретов во все времена, а принц имел неосторожность упомянуть о численности своей армии.

Правда, он сказал, что солдат в его войске больше, чем деревьев в лесу, а это уже можно считать не разглашением военной тайны, а дезинформацией с целью ввести противника в заблуждение. И к тому же, ему все равно не поверили.

Тот факт, что к ним в руки попал сам будущий великий король неба и земли, вообще почему-то не взволновал людей в белых одеждах. Во всяком случае, своим приборам они уделяли гораздо больше внимания, нежели мальчику с его рассказами.

С особым тщанием они проверяли работу устройств, расположенных в центре зала. Их было два и напоминали они что-то вроде больших стеклянных банок в два с лишним метра высотой.

Хотя возможно, человек, лучше знакомый с реалиями урбанистической цивилизации, опознал бы в них скорее автоклавы или даже телефонные кабины ультрамодернового дизайна.

Во всяком случае, каждая из «банок» имела в боку герметичную входную дверь.

Медики – те из них, которые говорили по-русски – называли эти штуки «аквариумами». Но это слово мало что говорило юному принцу. Кажется, он где-то слышал его, но никаких ассоциаций с большими стеклянными банками оно не вызывало.

Вроде бы, князь Игорь говорил про какого-то из партизанских командиров, что до нашествия пришельцев он служил в Аквариуме. Но каким образом можно служить в резервуаре с водой, Гамлет, хоть убей, представить себе не мог.

А тем временем медики занимались как раз тем, что заливали в оба аквариума воду. А потом спускали ее. И так несколько раз.

И когда они выбрали, наконец, из двух резервуаров один и потащили Гамлета к нему, он решил, что его собираются утопить.

Правда, в этот момент в аквариуме не было воды, но принц уже успел убедиться, что наполняется он стремительно.

И тут Гамлет впервые испугался по-настоящему. Ему не раз доводилось видеть утопленников. В лесу среди болот, озер и речек такие инциденты не редкость.

В прошлом году одна молодая женщина на глазах у Гамлета утопла в трясине – так что и хоронить было нечего. Ее крик до сих пор стоял у впечатлительного принца в ушах.

А один из его ватажников уже этой весной провалился под лед на реке. Его, правда, вытащили, и Гамлет принимал в этом самое непосредственное участие. Но было уже поздно. Откачать пацана так и не смогли.

Так что с утонутием у Гамлета были связаны крайне неприятные воспоминания.

И вот теперь проклятые предатели собирались утопить его самого.

А между тем, планы грядущей судьбы королевского наследника земли и неба, нарисованные рассказами его матери и собственным воображением юного Гамлета, вовсе не предусматривали гибель в расцвете лет.

Наоборот, Гамлет, как это часто бывает в юности, был почти уверен, что ему суждено жить вечно.

И вдруг такой облом.

Он бился, брыкался, лягался и рвался из рук, как норовистый молодой конь – но все было тщетно. На помощь медикам пришли мастера восточных единоборств – те самые, которые доставили Гамлета сюда и были временно назначены во внутреннюю охрану аквариумного зала.

Они завернули руки принца за спину и защелкнули на запястьях наручники, а медики тем временем натянули на лицо Гамлета намордник.

«Чтобы не кусался», – подумал Гамлет.

Намордник, правда, был какой-то странный. Он плотно облегал нижнюю часть лица и нос, но оставлял открытыми глаза, лоб и переносицу.

По бокам маски торчали выступы с дырками, сквозь которые проходил воздух. Так, по крайней мере, думал принц и был уверен, что стоит ему окунуться с головой, как через эти дырки хлынет вода.

Маленькие, ростом почти с него, но жилистые и сильные азиаты втолкнули Гамлета в аквариум и захлопнули за ним герметичную дверь раньше, чем он успел развернуться.

Гамлет бросился на дверь грудью, но это было бесполезно.

Стекло, с которым принцу приходилось сталкиваться в жизни, было хрупким бьющимся материалом – и именно поэтому ему не так уж часто доводилось с ним сталкиваться. Почти все, что было в хозяйстве стеклянного, давно разбилось.

Но от воеводы Вадима, бывшего летчика, Гамлет слышал, что бывает еще и другое стекло – небьющееся. В качестве примера воевода приводил фонарь кабины самолета, на котором он летал.

«Наверное, и тут что-то наподобие», – решил Гамлет, но тем не менее попытался еще раз пробить телом уже не дверь, а прозрачную стенку резервуара.

42
{"b":"1789","o":1}