1
2
3
...
113
114
115
...
138

— Так что же нам известно?

— Отец и сын Ингерсолы представили себе всю картину, исходя из того, что известно было сыну как «Скорпиону», и из того, что сказал ван Ностранд старику в Коста-дель-Соль.

— Ван Ностранд?..

— Вы правильно меня поняли. Этот пижонистый сукин сын был в центре всего этого. Он ясно дал понять бывшему члену Верховного суда, что собирается со своими людьми управлять Вашингтоном и что ни сам старик, ни его сын не смогут помешать этому.

— Абсурд!

— Совершенно ясно, что ни вы, ни покойный министр обороны Говард Давенпорт не имеете к этому отношения, но имеет председатель Объединенного комитета начальников штабов. Он один из них.

— Да вы полный безумец...

— Черта с два, Палиссер, я в совершенно здравом рассудке, а подтверждением моих слов служит дырка у меня в голове. — Хоторн сорвал с головы шляпу, которую украл из кабинета Ингерсола, и наклонил голову, чтобы госсекретарю была видна окровавленная повязка.

— Это произошло в доме Ингерсола?

— Около двух часов назад, и Максималист Майк Майерз, могущественный председатель Объединенного комитета начальников штабов, был там. Один из «Скорпионов» является самой главной шишкой в Пентагоне. Неужели вы не улавливаете связи, господин секретарь?

— Мы привезем старика и расспросим его в присутствии докторов, — задумчиво произнес Палиссер.

— Простите меня за старый прием, — сказал Хоторн слабым голосом. Он устало оперся на стол, на лбу его сверкали капельки пота. — Я пользовался им в Амстердаме, и заключается он в том, что в тех случаях, когда агент колебался, в конце я всегда выкладывал самый убедительный довод... Вы не сможете расспросить судью Ингерсола, потому что он мертв. Пуля из «магнума» 38-го калибра разнесла ему череп, и все было задумано так, чтобы в этом убийстве обвинили меня.

Палщ5сер резко подался назад, и кресло заскрипело по каменному полу кухни.

— Что вы...

— Это правда, господин государственный секретарь.

— Это будет ужасная новость!

— Во всяком случае — не для Пентагона, и вполне возможно, что никто из гостей Ингерсолов не станет прогуливаться в саду за бассейном. Так что до утра его могут и не найти.

— Но кто застрелил его и почему!

— Я могу только предполагать, но мои предположения основаны на том, что я видел, и том, что мне сообщили перед уходом. Я видел, как чрезвычайно возбужденный адъютант Майерза подбежал к нему и чуть ли не силой пытался заставить уйти оттуда, что совсем не соответствует поведению подчиненного по отношению к председателю Объединенного комитета начальников штабов. А сын судьи Ингерсола сказал мне, что адъютант уже в течение получаса пытается увести генерала. По времени это совпадает с убийством Ингерсола и нападением на меня.

— Абсурд какой-то. Кому понадобилось убивать старика?

— "Скорпионы" реально существуют. Не знаю, что услышал убийца, но Ингерсол как раз рассказывал мне о двух людях, наиболее часто посещавших ван Ностранда в Коста-дель-Срль. Он чувствовал, что они ключевые фигуры в этом деле, а судье так хотелось сделать что-нибудь, чтобы вырвать сына из лап «Скорпионов».

— Значит, по-вашему, Ингерсола застрелил адъютант Майерза?

— Это только предположение, но не лишенное смысла.

— Но если вы видели его, когда уходили, то почему адъютант, заметив вас, человека, которого он только что прибил до смерти — если это действительно был он, — никак не среагировал на ваше появление?

— В вестибюле было темно, много народа, а на мне к тому же была шляпа. А кроме того, он пулей промчался мимо, видно, голова его была занята единственной мыслью — поскорее унести ноги оттуда.

— И на основании этих шатких подозрений вы хотите, чтобы я поставил под сомнение преданность и патриотизм председателя Объединенного комитета начальников штабов, человека, который четыре года провел в плену во Вьетнаме, и арестовал его?

— Меньше всего я хочу от вас именно этого! — воскликнул Тайрел. — Мне просто необходимо, чтобы вы помогли мне продолжать то, что я уже начал. Мне нужно как можно быстрее раскусить этих людей. Кстати, генерал ведь входит в тот ограниченный круг людей, которым ежедневно и даже ежечасно докладывают о ходе охоты на Кровавую девочку?

— Естественно, он ведь...

— Я знаю, кто он такой, — оборвал Хоторн. — Но мне известие, что он «Скорпион». А он этого не знает.

— Ну и что?

— Сведите нас вместе. Сегодня же. Я эксперт по делу Бажарат, и меня чуть не убили сегодня у Ингерсолов.

— Но если вы правы, то это он пытался убить вас!

— Об этом я не знаю и даже не подозреваю его, — сказал Тайрел. — Я считаю, что это был кто-то другой, присутствовавший в доме, а поскольку и генерал был там, я просто пытаюсь с его помощью отыскать убийцу.

Хоторн внезапно повернулся и отошел к плите, голос его звучал теперь твердо и убедительно. — Подумайте, генерал! Вспомните каждое лицо, каждое имя! Это очень важно, генерал! Кто-то из присутствовавших там работает на Кровавую девочку! — Тайрел снова обернулся к Палиссеру. — Вы поняли, в каком тоне я буду говорить с генералом, господин госсекретарь?

— Он вас раскусит.

— Не раскусит, если я все сделаю правильно. Кстати, мне понадобится портативный магнитофон, который можно спрятать в карман рубашки. Я хочу записать каждое слово этого сукина сына.

— Мне не надо объяснять вам, Хоторн: если вы правы и генерал заподозрит, что вы записываете разговор, то он убьет вас.

— Если он попытается сделать это, то и сам недолго проживет.

Генерал Майкл Майерз, председатель Объединенного комитета начальников штабов, стоял в одних брюках, голый по пояс, а адъютант отстегивал протез правой руки. Когда ремни протеза были отстегнуты, генерал потер короткий обрубок руки, с неудовольствием заметив, что кожа покраснела. Пора было менять протез.

— Я помажу бальзамом, — сказал адъютант, проследив за взглядом начальника.

— Сначала налей мне выпить и пометь себе: позвонить утром докторам в «Уолтер Рид». Скажи им, чтобы на этот раз сделали нормальный протез.

— Мы им и в прошлый раз это говорили, — ответил адъютант — сержант средних лет, — а это было чуть более года назад. Я тебе сто раз повторял, что если эта штука царапает с самого начала, то она так и будет царапать. Но ты не слушаешь.

— Ты прямо как заноза в заднице...

— Не зли меня, сукин сын. Ты слишком много должен мне за сегодняшний вечер.

— Я тебя понял, — со смехом сказал генерал, — но будь осторожен, а то я отниму новенький «порше», который ты припрятал в Истоне.

— Можешь забирать! Я буду пользоваться «феррари», который ты хранишь в Аннаполисе. Он тоже зарегистрирован на мое имя.

— Ты просто самый ворчливый из всех морских пехотинцев, Джонни.

— Я это знаю, — ответил сержант, наливая из бара два стакана и глядя на Майерза. — Мы с тобой давно вместе, Майк. Это была хорошая жизнь, если не считать плена у вьетнамцев.

— А будет она даже еще лучше, — добавил генерал, садясь в кресло и закидывая ноги на специальную скамеечку. — Мы возвращаемся туда, где и должны быть.

— И события сегодняшнего вечера тоже связаны с этим.

— Тебе лучше считать именно так, — спокойно произнес Майерз, разглядывая стену. — Эти Ингерсолы были просто паршивыми трусами, они снюхались с этим ублюдком Хоторном, во всяком случае один из них. А это самое плохое, что могло произойти.

— Хоторн?.. Это тот парень, которого ты приказал пристукнуть? Который был вместе со стариком? Если не хочешь, можешь не говорить. Я не любопытный, я просто выполняю приказы своего начальника.

— Эд Уайт сказал мне, что они вместе вышли из дома. Он хотел узнать, что мне известно о расследовании госдепартамента по поводу его бывшего партнера. Запахло жареным, этот Хоторн что-то пронюхал. Плохая новость.

— Это уже не новость, Майк, и старик и Хоторн — это уже история. — Зазвонил телефон, заставив сержанта по имени Джонни оторваться от выпивки и снять трубку. — Кабинет генерала Майерза, — доложил он. — Да, сэр! — воскликнул сержант через несколько секунд. Он резко повернул голову и посмотрел на генерала, на лице Джонни было написано изумление. — Генерал сейчас в ванной, господин госсекретарь, но, как только выйдет, он перезвонит вам. — Сержант взял карандаш и блокнот. — Да, сэр, записал. Он перезвонит вам минут через пять. — Джонни повесил трубку и сглотнул слюну, прежде чем заговорить. — Это был госсекретарь! Наверное, они обнаружили тела...

114
{"b":"179","o":1}