ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Можно ли чего-то опасаться с таким громадным войском? — складчатая кожа на месте сбритых бровей жреца поползла вверх.

Раздражение Акхана росло. Он с трудом взял себя в руки.

— Да, у нас большие силы, — возразил принц, — но представьте себе великана, у которого выколоты глаза и залиты воском уши. Много он навоюет?

Акхан чуть было не добавил, что и руки у великана тоже связаны, но сдержался. Он на носках повернулся в сторону и быстрым шагом начал спускаться с холма к кораблям. Тикаль улыбался ему вслед своей странной синезубой улыбкой.

Жара стояла адская, и Акхан приказал сделать часовой привал. Люди изнемогали от желания влезть вводу. Взмыленные солдаты с вожделением глядели на огромную вымоину, оставшуюся в прибрежном песке после шторма. В ней стояла теплая прозрачная вода, едва колеблемая рябью.

Акхан подошел к краю и потрогал носком сандалия воду. «Ну и черт с ними, окунуться что ли? — подумал он, чувствуя, как приятная прохлада захватывает сначала пальцы, затем ступню. — Все равно они именно этого и ждут». Его насмешила мысль, что потом придется есть первое яблоко и брать первую женщину на этой мертвой земле. Тихо хохотнув себе под нос, Акхан расстегнул золотой пояс, снял меч, сбросил кожаную набедренную повязку и шагнул в воду.

Блаженство, которое он испытал, было наградой за весь этот с самого утра незадавшийся день. Нежная мягкая вода, казалось, лелеяла и качала тело. Несколько быстрых мощных взмахов, и Акхан достиг середины вымоины, затем он перевернулся и медленно поплыл на спине. Многие из сидевших на берегу приблизились к краю водоема, наблюдая, как в блестящей на солнце воде скользит смуглое тело их командира. Поняв, что солдаты ждут только выхода Сына Солнца, чтоб ринуться в воду, принц с сожалением прервал купание.

Он стоял на одной ноге, вытряхивая из уха капли, когда к нему приблизился толстяк Вард, держа холщовое полотенце и золотой кувшинчик с оливковым маслом.

— Еле распаковал, — жаловался слуга, начиная растирать спину принца. — Эти тюки, хозяин, сведут меня с ума. — Мы все время переезжаем. Мы не можем жить на одном месте?

— Будешь брюзжать, продам. — весело пригрозил Акхан.

— Да хранят боги вашу милость! — замахал толстенькими ручками Вард.

— Я сам. — принц взял у него полотенце. — Иди искупайся. Жарко.

— Ни, ни. — затряс головой Вард. — Боже упаси, я не умею плавать. — Он с силой нажал на лопатку принца, и тот охнул от боли. — Все еще болит. — заключил раб. — Очень, очень плохо! Я говорил, я предупреждал, но меня никто не слушает. Плечо еще очень слабое.

Он был прав. После того как в Хи-Брасил Акхану попали из камнемета в плечо, сломали ключицу, выбили кости и порвали мышцы, у него часто болела левая рука, особенно по ночам.

Принц взял у Варда полотенце и, накинув его на плечи, пошел к холму, за которым разбивали лагерь. Он чувствовал на себе пристальный изучающий взгляд, но не оборачивался, потому что и так знал, чьи цепкие тревожные глаза следят за каждым его шагом.

Тикаль стоял в тени громадных тюков с палатками и ни на минуту не выпускал из поля зрения смуглую фигуру командующего. На первый взгляд принц был воплощенный атлан. Высокий, длинноногий, сухощавый, с хорошо развернутыми плечами и узкими бедрами пловца. Но жрец видел и то, что ускользало от глаз непосвященных. Кожа Акхана была не бронзовой, как у большинства, а золотисто-медной. Конечно, кочевая жизнь и постоянное пребывание на жаре сделали свое дело, но такой оттенок бывает только у белых детей севера. «Слишком широкие плечи, слишком тяжелые мышцы груди и спины, слишком большие ладони и ступни. Да, его прямой нос — наследство Тиа-мин, самый тонкий профиль во всем Атлане, — жрец усмехнулся, — но эти бесчувственные губы и резкий подбородок… Думаю, если б Алдерик посмотрел на него сейчас…»

Тикаль сам прервал свои размышления, чтоб не зайти слишком далеко. Всякому знанию есть предел. Грозный повелитель Гипербореи двадцать лет воевал и, наконец, изгнал из своей страны старых богов потому что они требовали «слишком больших жертв»! «К счастью, — думал жрец, — наследник Алдерика, принц Ахо, поклоняется древним силам и готов просить хозяев неба о возвращении… Но этот! — взгляд Тикаля снова с неодобрением упал на фигуру Акхана. — Слишком любит возражать! — жрец поморщился. — Лунный Круг мудр: надо остановить его раньше, чем он устроит в Атлан то, что уже случилось в Гиперборее».

4

Со стороны лагеря раздались крики. Шумная толпа человек в 20 неслась за кем-то по камням, возбужденно размахивая руками. Акхан мгновенно стряхнул с себя ленивой оцепенение. С вершины холма он хорошо видел, что происходит в строящемся лагере. Чья-то хрупкая фигурка металась между раздвигаемыми палатками повсюду натыкаясь на зло гогочущих солдат.

— Какого черта?! — принц ускорил шаг. — Устроили бардак на стоянке! Где вы ее взяли? Мародеры! Вы способны даже в пустыне найти себе девку!

Он врезался в тесный круг тяжело дышавших воинов. На земле на четвереньках стояла растрепанная молодая женщина, черная грива ее спутанных волос падала на лицо, сквозь эти космы беглянка озиралась по сторонам безумным затравленным взглядом. Она была белой, и это в глазах вчерашних каторжников решило ее судьбу — окажись беглянка местной, они бы еще десять раз подумали, прежде чем прикоснуться к ней.

— Не бойся, — Акхан присел на корточки, — ты говоришь на атле?

Несчастная что-то бессвязно залопотала.

— С нее тольтеков мало? — рявкнул принц, поворачиваясь к воинам. — Спасители пришли! Офицеры где?

Подбежавшие калели начали разгонять солдат.

— Будьте любезны объяснить подчиненным, — бросил принц стоявшим рядом командирам, — что они не в каменоломнях на Скиросе. В армии есть закон — первая женщина, первый кусок, первый глоток — старшему по званию. Если я узнаю, что он не выполняется, накажу офицера.

Беглянку повели в одну из уже раскинутых палаток, и у входа выставили караул.

— Вард. — принц знаком приказал слуге подойти. — Можешь ее успокоить?

Толстяк растерянно развел руками.

— Можешь, я же знаю, тебе все доверяют. — настаивал Акхан. — Иди принеси ей воды, тряпки какие-нибудь, в смысле одежду. Постарайся, дружок. Мне нужно у нее кое-что выяснить.

Вард, ворча себе под нос, что акалелю надо выяснить у бабы, откуда дети берутся, поплелся выполнять приказание.

Самому Акхану такие мысли в голову еще не приходили, уж очень грязной и вонючей была пойманная женщина. «У Варда одно на уме. — пожал плечами принц. — Что взять с полусумасшедшей девчонки?»

Через час раб нашел Акхана на берегу у кораблей.

— Идите, хозяин! — крикнул Вард, — она унялась гораздо раньше, чем я думал. Ее зовут Лальмет, и она готова ответить на ваши вопросы…

— И откуда дети берутся? — лукаво усмехнулся Акхан. — Спасибо, старина, я знал, что на тебя можно положиться.

— Не стоит благодарностей, — Вард сердито раздувал толстые щеки. — Она из хорошей семьи и такая знаете ли, — он покрутил в воздухе рукой, — словом, это самое… очень даже.

«Вкусы у него, — хмыкнул Акхан. — Надо ему купить кого-нибудь, в конце концов он тоже человек, сколько можно? Солдатские девки на Варда не клюют, пленных насиловать он не умеет, собаки и козы не подходят, он вырос вблизи Ареаса и набит предрассудками, как рыба луком».

Рассуждения Акхана об эротической разборчивости слуги были прерваны, так как он очутился у своей палатки — пленницу, оказывается, привели туда.

В желтоватом полусумраке походного шатра принц не сразу заметил маленькую фигурку, прижавшуюся к массивному резному столбу, поддерживавшему матерчатый свод. В воздухе стоял слабый лимонный запах лемурийских благовоний. Беглянка не теряла времени даром.

Полог за спиной Акхана хлопнул от ветра, и девушка вздрогнула. Она казалась очень напуганной и при виде стремительно вошедшего принца начала медленно отползать вглубь палатки.

— Не бойся, Лальмет, — акалель старался говорить как можно мягче, — тебе здесь никто не причинит зла. — Он сделал еще несколько шагов, но женщина метнулась в сторону и прижалась к резному ларцу у стенки.

4
{"b":"17965","o":1}