ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Поступай как женщина, думай как мужчина. Почему мужчины любят, но не женятся, и другие секреты сильного пола
Финансовые сверхвозможности. Как пробить свой финансовый потолок
Скандал с Модильяни
На волне здоровья. Две лучшие книги об исцелении
За пять минут до
Пиковая дама и благородный король
Тараканы
Корпорация «Русская Америка». Форпост на Миссисипи
Агент «Никто»
A
A

Однако вопросы, теснившиеся в голове Акхана, не поддавались простой формулировке. Зачем его хотят убить? Как остановить разрушение красной земли под ногами? Для чего духам Туудума бесконечно нужна кровь? Получилось нечто вроде: «Почему мы все должны умереть?» Когда принц вдумался в прямое значение заданного вопроса, он обозвал себя идиотом. И правда, трудно было придумать что-нибудь более всеобъемлющее. Акхан попробовал еще раз: «Как избежать гибели моих войск?» Уже лучше, но это не все, далеко не все, о чем он хотел спросить духов Туудума. Вдруг ему на ум пришла совершенно бесстыдная в своей откровенности мысль: «Как от вас избавиться?» На ней он и решил остановиться.

Теперь можно было вступать в черный базальтовый круг и, воссев там на какой-нибудь поваленный монолит, полностью сосредоточиться. Дальше нужно было слушать ветер или вбирать глазами высоту неба, глубину ущелий, белизну снегов и наготу холмов под плато. Тогда, быть может, он услышит, различит, почувствует ответ — в слабом шуршании сухой желтой травы, в гуле внезапного горного обвала, в быстром шорохе змеиной шкуры под камнями… Но было нарушено главное правило — одиночество — и следовательно все остальное теперь пойдет наперекосяк!

Каменное кольцо Туудума было огромно, оно занимало площадь хорошей усадьбы и состояло не менее чем из двух десятков крупных базальтовых колонн, не поддерживавших ничего, кроме неба. Рядом с ними маленькая человеческая фигурка казалась жалкой. Затеряться среди леса монолитов было легко. Акхан мог весь день проплутать между ними, так и не встретив второго паломника. Но сама мысль, что в этом пустынном месте, где и так все время приходилось передергивать плечами от неприятного тревожного ощущения, кто-то может наблюдать за ним, угрожать ему, настораживала принца.

Поэтому он предпочел, вынув меч и осторожно двигаясь от камня к камню осмотреть кромлех. Акхан неслышно скользил между блоками, Туудум представлял собой бесконечный базальтовый лабиринт, и принц не скоро миновал его внешние кольца. Приблизившись к центру, он застыл у одной из колонн, и высунув из-за нее голову, уставился сквозь сероватые клубы холодного тумана на просторную площадку с поваленным камнем посредине.

Возле него в непривычной для акалеля молитвенной позе застыла неподвижная человеческая фигура. Сам Акхан, доберись он сюда первым, сел бы на монолит, подогнув под себя ноги, выпрямив спину и развернув грудную клетку так, чтоб ветер высоты свободно продувал все его естество. Однако странный паломник поступил совершенно иначе. Он опустился перед камнем на колени, сложил ладони рук лодочкой и опустил голову на грудь. Казалось путник совершенно отрешился от окружающего мира. Он явно не слышал приближеня чужака и тем более не собирался нападать сам. Акхан устыдился своей излишней настороженности и, опустив меч, с силой вдвинул его в ножны.

Досадливое движение принца оказалось слишком резким, клинок через чур громко звякнул об украшенный золотыми пластинами деревянный чехол. Звук далеко разлетелся в морозном воздухе и заставил склоненного перед камнем человека вздрогнуть. Акхан выругал себя за эту оплошность, но было уже поздно. Паломник обернулся.

Это была минута!

Оба смотревших друг на друга человека сначала застыли в полном изумлении, а потом машинально отступили назад. Принц уперся спиной о колонну, а незнакомец споткнулся о монолит и с размаху сел на него, продолжая, как загипнотизированный смотреть на Акхана. По его лицу пробежала гамма чувств — растерянность, ужас и, наконец, полная паника. Губы зашептали что-то невнятное, а пальцы сами собой схватились за тяжелый гиперборейский меч, болтавшийся на боку. Но вместо того, чтоб напасть Акхана, незнакомец вытянул оружие и, слабо вскрикнув, швырнул его в противника, как ребенок бросает игрушкой в напугавший силуэт на стене. Меч загрохотал по камням, а паломник опрометью, не разбирая дороги, бросился бежать из кромлеха, при чем совершенно в другую сторону от лошади и поклажи.

Акхан зачарованно смотрел ему в след. Незнакомец несколько раз споткнулся, ткнулся в обломки колонны, упал, но так и не обернулся. Через минуту его рослая фигура скрылась за гребнем холма.

Принц стоял, как громом пораженный, не в силах оторвать взгляда от растаявшего в тумане призрака. Не смотря на холод, волосы на его лбу взмокли, а по спине ручьем побежал пот. Дело в том, что акалель только что столкнулся в кромлехе с самим собой.

Да, именно. Первый паломник, столь глубоко погрузившийся в молитвы у монолита, не мог быть ни кем иным, кроме него самого. Только… совершенно белым! То же лицо, руки, волосы, но, словно покрытые инеем.

«Плохо дело, — подумал Акхан, зачерпнув рукой пригоршню снега, и с силой растирая им лоб. — Встреча с собственным призраком предвещает смерть». Тот факт, что незнакомец был одет, как житель далекого северного Ареаса, в тяжелый меховой плащ, высокие теплые сапоги и вооружен иначе, чем принято у атлан, принц расценил самым худшим для себя образом. «Нельзя скрыть иглу, на которую ты сел, — сказал он, — я видел свою внутреннюю сущность, которую так старательно пытаюсь утаить от всех. С каждым днем она становится все заметнее. Страшно, что перед самой смертью это чужое полностью поглотит меня». Ему показалось нестерпимой сама мысль, что крылатая Атлат и змееногий Дагонис отвергнут его и заставят влачиться в темный дом теней Ареаса, где он для всех чужой.

Акалель наклонился и подобрал брошенный призраком меч. Хорошее дорогое оружие — может быть, через чур широкое и тяжелое в лезвии? Нет, он этого бы не сказал… Глаза Акхана расширились от удивления, а губы сжались. Ему показалось, что он уже где-то видел этот клинок. Но где? На память пришло короткое беспорядочное видение, посетившее его после церемонии «возложения змея», когда у акалеля случился солнечный удар. Тогда сияющий меч ушел от него в землю. Теперь появился, словно из недр горы! Может ли принц из дома Тиа-мин взять его? Будь он простой игрушкой, трофеем… но что-то мешало Акхану взглянуть на клинок с это точки зрения. Перед ним лежало нечто большее. Нечто, принадлежащее ему. Но совершенно невозможное для него!

Принц не заметил, как в глубокой задумчивости перебрался на камень и сел, положив меч на колени. Если представшее его глазам видение и было ответом, то он получил его совсем не на те вопросы, которые задавал духам. Или… Акхан прищурился. Неужели его хотят убить из-за примеси гиперборейской крови? Но почему сейчас? Почему не 25 лет назад, когда он был еще ребенком и не успел принести ни вреда, ни пользы? А именно теперь, когда акалель много лет не выпускает оружие из рук, мечась от одной заморской колонии к другой? Подобное предположение было абсурдно и все же оно застряло в голове Акхана.

3

Между тем над плато сгущались сумерки. В кромлехе, где и до этого было, мягко говоря, холодновато, наступил прямо-таки подвальный холод. «Склеп, а не святилище», — поеживаясь подумал акалель и растер себе ладонями предплечья. Он задрал голову, на быстро темнеющем небосводе зажигались первые звезды. Прямо над Туудумом развернуло свои крылья громадное созвездие дракона. Его мерцающие огни казались низкими и горели ярче других.

Акхан хмыкнул. Провожая его сюда, Шкик беспокоилась о каких-то страшных неведомых опасностях, но пока акалелю угрожала только одна беда: до костей продрогнуть, подхватить простуду и на следующий же день загнуться на вершине, поскольку спускаться вниз в лихорадке будет затруднительно. В это время командующий вдруг почувствовал слабую вибрацию камня, на котором он сидел.

Это ощущение было неприятным — постоянное подрагивание монолита нервировало и не давало сосредоточиться. Принц слез с камня и приложил ладонь к земле. Она тоже тряслась — едва заметно, но с каждой секундой все явственнее, так что мелкие осколки базальта, во множестве разбросанные вокруг, тоже начали подскакивать и с легким дребезжанием ударяться друг о друга. Постепенно дрожь передалась каменным колоннам, и это была уже не шутка! Вертикально стоящие каменные блоки гудели от нараставшей вибрации. Акхан видел немало землетрясений, но в подобную передрягу попал впервые.

42
{"b":"17965","o":1}