ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Князья тревожно переглянулись. Трусливая дрожь охватила царя, ему показалось, что трон, точно капкан, сдавил его, и он, глотая слюну прохрипел:

— Послы русийского царя приезжали по более важному делу, но из преданности шаху Аббасу мы уклонились от прямого ответа.

Эреб-хан обещал передать приятную весть шаху Аббасу и уверял, что пышный гарем и общество иранских принцесс доставит царевне Тинатин больше радости, чем мрачный монастырь. Шах окружит ее персидской роскошью, под руководством искусных мудрецов царевна приблизится к высоким знаниям Востока, а затем станет женой могущественного шаха Аббаса.

Георгий X, едва сдерживая страх и гнев, предложил отложить разговор на завтра и посоветовал любезным гостям сократить время едой и отдыхом.

— Гостеприимец, — добавил Георгий X, — позаботится об исполнении всех желаний и этим соблазнит благородных ханов к неоднократным посещениям царя Картли.

Но едва послы, отблагодарив за любезный прием, покинули зал, дигомским ветром взметнулось возмущение: разве гарем для христианки не тягостное испытание? Разве грузинская царевна может мириться с мужем, имеющим сотни жен? Войной ответят князья на унизительное требование развратного перса.

— Желание шаха Аббаса — не семейное дело, — гремел Георгий X, — кровожадный шах подкрадывается к Картли.

— Не допустим! Надо сразу пресечь коварное посягательство, — сжимая эфес, горячился Мирван Мухран-батони, — пусть с нами воюют, пусть заключают союзы, но наших женщин пусть не трогают.

— И потом в женщинах ли дело? — заметил тбилели. — Не хочет ли хитрый перс, приблизившись к Картли, снова унизить нашу церковь?

Баграт с нарочитым возмущением вскочил:

— Заключить союз, Стамбул добивается этого… Многое можно сейчас получить, у турок опять война с Ираном. Османам выгодно на своей стороне Картли иметь… Зачем же нам отдавать царевну Тинатин?

— Я думаю, требования шаха пойдут еще дальше, — мрачно произнес Заза Цицишвили, — но у турецкого полумесяца когти не тупее, чем у иранского «льва».

— Я другое думаю: какой собачий сын донес шаху о сватовстве русийского царя? — Нугзар угрожающе потряс шашкой.

И сразу все князья подозрительно стали заглядываться друг в друга, в душе завидуя дальновидному политику и уже прикидывая размер благодарности шаха Аббаса счастливцу.

— Пусть посмеет вторгнуться в Картли, я первый пойду драться, а сестры не отдам, — весь дрожа от негодования, кричал Луарсаб, — защита женщин — дело рыцарской чести!

Князья преувеличенно громко восхищались рыцарством Луарсаба. Сердце Георгия X дрогнуло от гордости и счастья: впервые высказывался Луарсаб, и сколько благородства в его взволнованной речи.

Баграт расправил густые усы и медленно процедил:

— Я счастлив, моя Гульшари уже замужем… Светлейший Баграт предпочел бы смерть дочери гарему…

— А ты что скажешь, Шадиман? — спросил Георгий X.

Князья переглянулись.

— Кто из нас откажется пролить кровь за царя, Картли и грузинских женщин? Однако, князья, не будем терять головы, обсудим последствия в случае нашего отказа шаху. Можно ли рассчитывать, что грозный повелитель Багдада спокойно снесет оскорбление? Не мешает вспомнить, во сколько Грузии некогда обошелся отказ царицы Русудан разделить любовь с султаном Хорезма Джелал-эд-дином. Не мешает вспомнить нашествие шаха Аббаса на Вавилон и расправу с оскорблением — башою Бекиркеги… Кто из нас пожелает быть зашитым в высохшую бычачью шкуру, подобно баше, которого положили на проезжую дорогу и откармливали до чудовищных размеров? Кто не слышал о муках опрометчивого Бекиркеги, два месяца пролежавшего в таком состоянии в пыли, пока судьба не послала камень, о который ему удалось разбить голову… Кто забыл, как подковал шах Аббас побежденного узбекского хана? Кто не знает о повешенных на крюках, подобно баранам? А разве предметом постоянных разговоров не служат разоренные и сожженные города, избиение и рабство в покоренных шахом Аббасом странах? И разве мы сейчас подготовлены к войне с непобедимым победителем Ирана?.. Конечно, Кавта — хорошее убежище, царская семья всегда в безопасности, но… после магометанских пожаров грузинские цари не царствовали спокойно.

Князья не шелохнулись. Георгий X подался вперед.

— Что предлагаешь, Шадиман?

— Смею ли я предлагать моему царю? Ты не однажды проявлял отвагу и мудрость и теперь найдешь достойный ответ шаху…

У Андукапара и Баграта насмешливо дернулись усы.

— Хочу только высказать скудные мысли… — продолжал Шадиман. — Надо помнить: Турция не простит нам последнего позорного поражения. Откуда ждать помощи? Кахети еще не оправилась от набегов казахов, Одиши и Гурию раздирают междоусобия, вряд ли они пойдут против Ирана… Абхазети?.. Светлейший Шервашидзе отказался выдать нам изменника Орбелиани и, думаю, откажет в помощи. Русия? Не по соседству живет: шесть месяцев саблей махать будет, пока ударить сумеет… Думаю — шах не согласится ждать. Остается Имерети, но даже с ней сможем ли мы противостоять могущественному Ирану? Светлейший Баграт Турцию предлагает, об этом можно подумать, но не в момент пребывания в Картли посольства мстительного повелителя Ирана шаха Аббаса… Теперь допустим, мой царь, ты решил согласиться на предложение шаха. Уж очень ли оно печально? Красота и ум сделают царевну Тинатин любимой женой шаха. Руководимая тайной рукой, Тинатин будет способствовать процветанию Картли… Будет ли царевна счастлива?.. В жемчугах, в шелку, окруженная шумной, блестящей толпой знатнейших персиянок, среди песен и плясок под серебряное журчание фонтанов разве можно тосковать?

— Ты забыл, Шадиман, замок, висящий на дверях персидского рая, — резко перебил Нугзар.

— Нет, не забыл, но… — Шадиман прищурился. — Пусть лучше замок охраняет двери красавиц, чем подземелье, куда могут попасть некоторые грузинские князья в случае неудачной войны с Ираном.

Уже большинство князей не сомневалось, что Шадиман знает, кто раскрыл шаху Аббасу планы Картли.

Воцарилось неловкое молчание… В самом деле, зачем вмешиваться в такое дело? Вдруг шах узнает, кто был против него? И каждый уже видел над своим замком грозную лапу «льва Ирана», обломки стен и башен и дым, окутывающий сады и виноградники. И уже мало кого трогали Тинатин и сам Георгий X.

Шадиман остро всматривался в лица князей. Он больше не сомневался в успехе своего разумного предложения.

Георгий X понял логичность Шадимана и настроение князей. Он печально опустил голову.

— Мне кажется, великий царь, — мягко сказал Шадиман, — сейчас удобный момент надолго отбить у многих охоту посещать нас. Шах вышлет на границу усиленный заслон. Подходящая крепость есть, пустует у нас. Потом тебе давно нравилась богатая местность Лоре, — она когда-то принадлежала Грузии. Шаху придется вернуть Картли ее владения. Недавно шах Аббас из Аравии вернулся, слышал я, — одной золотой посуды привез сто сундуков, а в Метехском замке как раз не хватает трех сундуков посуды. Также нам необходимы туманы для усиления торговли с чужеземцами и для войн с врагами шаха — полное вооружение на пять тысяч дружинников… Думаю, коврам и драгоценностям предела ставить не стоит, — шах Аббас аристократ и знает, какие подарки надо посылать царственным родителям невесты… Я уверен, послы, получив твой ответ, поспешат обрадовать шаха, а ко времени их вторичного приезда с подписанной шахом гуджари о возврате Лоре и дарами, обусловленными тобой, царевна Тинатин будет готова к путешествию… Раньше не успеем… Надо приготовить наряды, подобрать свиту царевне для пребывания с нею в Иране… Да, раньше никак не успеем… Годунова также не следует забывать, но пока вторично приедут русийские послы, царевна вырасти может и лицом измениться… О Турции, как предлагает светлейший Баграт, тоже можно подумать, когда уедет непрошеное посольство шаха Аббаса.

Князья с восхищением слушали Шадимана. Первый заговорил Баграт, за ним все князья спешили выразить одобрение мудрому плану. Луарсаб гневно смотрел на князей. Он не знал сложности политических ходов, и его возмущало, с какой легкостью князья принесли в жертву маленькую Тинатин.

72
{"b":"1798","o":1}