ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Человек без дождя
Список ненависти
Мрачное королевство. Честь мертвецов
Заложники времени
Особняк самоубийц
Цербер. Легион Цербера. Атака на мир Цербера (сборник)
Наши судьбы сплелись
Бумажная принцесса
#Имя для Лис
A
A

– Может быть, нам удастся вычислить, где он прячется.

– Я тоже на это надеюсь. Но мы понятия не имеем, сколько у нас времени. В национальном парке все произошло поздним вечером или ночью. Молодожены были убиты среди бела дня. Сведберг – утром. Так что время суток для него не важно.

– Может быть, стоит поставить вопрос по-иному, – задумчиво сказал Нюберг. – Допустим, у него нет никакого запасного убежища? Ни другой квартиры, ни родственников, ни дачи? Где ему тогда прятаться?

Нюберг прав. Сам он как-то об этом не подумал. Усталость все же сильно снижает сообразительность.

– А ты что скажешь? – спросил он.

Нюберг пожал плечами:

– Мы знаем, что у него машина. Можно всегда поспать на заднем сиденье. На улице пока еще теплынь. Или на природе. Может быть, он построил где-нибудь шалаш. А может, у него есть катер. Возможностей много.

– Слишком много. А времени мало.

– Положение мерзкое, – сказал Нюберг. – Особенно для тебя. Я тебя понимаю.

Нюберг крайне редко выражал свои чувства. Валландер ощутил его поддержку, и ему стало легче. Он уже не чувствовал себя таким одиноким.

Выйдя на улицу, Валландер в нерешительности остановился. Надо бы пойти домой, принять душ и хотя бы полчаса поспать. Но растущая тревога гнала его дальше. Патрульный автомобиль довез его до полиции. Его тошнило от голода. Вместо того чтобы поесть, он выпил свои таблетки – и от диабета, и от давления – и запил их чашкой горячего кофе. Он сел за стол и принялся вгрызаться в материалы следствия. Открыв папку, он словно бы снова увидел себя в прихожей Сведберга. Оке Ларстам побывал там до них и убил Сведберга. Валландер так и не смог до конца понять, какие у них были отношения. Но у Сведберга они нашли снимок Ларстама, переодетого женщиной. Теперь стало совершенно ясно, отчего в квартире Сведберга все было вверх дном – Ларстам панически боялся оставить хоть какой-то след и перерыл всю квартиру в поисках фотографии.

Значит, у Сведберга были тайны и от Ларстама…

Валландер стряхнул оцепенение и начал читать дальше. Может быть, какие-то детали убийства в национальном парке наведут его на мысль, где может прятаться Ларстам? Он искал ответ и не находил. События в Нюбрустранде тоже не давали никаких зацепок. Он каждую минуту поглядывал на часы. Кто этот девятый? Он читал, и сопоставлял, и выстраивал версии – но ответа не было.

В восемь часов они собрались на оперативное совещание. Когда Валландер увидел их серые, невыспавшиеся и тревожные физиономии, у него вновь возникло чувство, что он потерпел поражение. Может быть, он и вел следствие в правильном направлении, но результаты пока что неутешительные. Значит, что-то он делал не так, и в результате они по-прежнему топчутся на месте, не зная, в какую сторону двигаться дальше.

У него была одна-единственная ясная мысль в голове.

С этого момента они должны работать все вместе. Никуда без крайней необходимости не отлучаться. Ответ лежит в материалах следствия, а еще точнее – в их собственных головах. Не на улицах, не в городе, не в лесу. Они не должны дергаться, пока у них не будет более или менее приемлемой версии, куда мог спрятаться Ларстам и кто его потенциальная жертва. Валландер попросил всех принести свои материалы.

– С этого момента мы – одно целое. Все следствие, все оперативные мероприятия, все версии – все должно быть сосредоточено в этой комнате. И больше нигде.

Все пошли за своими папками. Мартинссон задержался на пороге.

– Ты хоть немного поспал? – спросил он.

Валландер отрицательно покачал головой.

– Ты просто обязан это сделать, – сказал Мартинссон. – Если ты расклеишься, следствие развалится.

– Я не усну.

– Потому что ты чересчур переутомился. Я вот поспал часок и чувствую себя другим человеком.

– Я лучше прогуляюсь, – сказал Валландер. – Схожу домой, сменю сорочку. Но не сейчас.

Мартинссон хотел еще что-то сказать, но Валландер поднял руку – пожалуйста, помолчи – и тяжело опустился на свое место в торце стола, подумав при этом, что не уверен, хватит ли у него сил подняться. Они подождали, пока все соберутся, и закрыли дверь. Турнберг ослабил узел галстука – должно быть, тоже устал. Лиза Хольгерссон сказала, что будет у себя в кабинете отбивать атаки журналистов.

Все смотрели на Валландера.

– Мы должны попытаться понять ход его мысли, – бесцветным от усталости голосом сказал он. – Скорее всего, из материалов следствия можно вывести какие-то закономерности, те, что мы забыли или упустили, не имея представления, с кем имеем дело. Следствие следствием, но этого мало. Кто-то обязан заняться его прошлым. Соответствует ли истине запись в личном деле, что у него якобы нет родственников? А родители? Живы? Умерли? Сестры, братья? Сокурсники по Чалмерсу – может быть, кто-то его помнит. Место, где он работал раньше. Где учился на почтальона. Самая большая наша проблема – у нас нет времени. Мы должны исходить из того, что его записка – не блеф, а реальная угроза. Значит, действовать надо немедленно. С чего начнем?

– Мы, конечно, узнаем, живы ли его родители, – сказала Анн-Бритт. – Давайте надеяться, что мать его жива и в здравом уме. Матери лучше всех знают своих детей.

– Вот ты этим и займешься, – сказал Валландер.

– Я не закончила, – сказала она. – Мне еще кажется, что в этом переучивании с инженера на почтальона есть какая-то загадка.

– Тут недавно один епископ устроился водителем такси, – сказал Ханссон, – такое случается.

– Случается, но не каждый день, – настаивала она. – Я слышала об этом епископе. Ему было пятьдесят пять лет. Может быть, в этом возрасте у человека и может возникнуть непреодолимое желание заняться чем-то другим. Пока жив. Но Оке Ларстам пошел на курсы почтальонов, когда ему не было и сорока.

Валландеру показалось, что Анн-Бритт нащупала нечто существенное.

– Ты думаешь, у него что-то случилось?

– Почему он отказался от карьеры инженера? Мне кажется, случилось что-то серьезное и он сломался.

– Инженер, – медленно проговорил Валландер. – Сжигает за собой мосты и уходит.

– Он одновременно переехал в другой город, – напомнил Турнберг, – так что Анн-Бритт, скорее всего, права.

– Я этим займусь сам, – сказал Валландер. – Как называлась его фирма? Я туда позвоню.

– Консалтинговая фирма «Инженеры Странда», – сказал Мартинссон, полистав свои записи. – Он ушел оттуда в восемьдесят пятом. То есть ему было тридцать три года.

– С этого и начнем, – сказал Валландер. – Остальных настоятельно прошу углубиться в лежащие перед вами материалы. Всего два вопроса: где он и кто его предполагаемая жертва.

– Не вызвать ли нам опять Челля Альбинссона? – предложил Турнберг. – Может быть, он что-то и вспомнит, послушав наш разговор.

– Согласен, – сказал Валландер. – Привезите Альбинссона. Кто-то пусть отследит Ларстама по всем базам данных. Оке Ларстам, по-видимому, его настоящее имя.

– Я уже искал, – сказал Мартинссон. – Его там, скорее всего, нет.

Когда он успел, с удивлением подумал Валландер. Ответ мог быть только один – Мартинссон соврал, когда сказал, что часок поспал. Он тоже не прилег. А соврал, потому что беспокоился за Валландера.

Валландер не знал, умилиться ему или разозлиться. Решил не подавать вида.

– Поехали дальше, – сказал он. – Есть у кого-нибудь телефон этих консультантов?

Кто– то протянул ему бумажку, но вместо ответа в трубке он услышал механический голос, сообщивший, что номер сменился. Голос продиктовал новый номер и адрес – Ваксхольм, это под Стокгольмом.

Трубку взяла женщина.

– Инженеры Странда, – сказала она.

– Курт Валландер, следователь полиции в Истаде. Мне нужны данные об одном из ваших бывших сотрудников.

– О каком сотруднике?

– Оке Ларстам.

– У нас сотрудника с таким именем нет.

– Я сказал – бывшего сотрудника. Слушайте повнимательней.

– Таким тоном можете разговаривать у себя дома. И потом, откуда я знаю, что вы полицейский? Может, вы вовсе и не полицейский. Полицейские разговаривают вежливо.

101
{"b":"180","o":1}