ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Но смутить сестер было не так-то просто. Они обнимали Уайета, целовали его, трепали по щеке. Уайет стойко переносил все это. Таллула улыбалась.

— Вы останетесь у меня. В доме четыре спальни.

— Уайет-Себастьян, малыш, с каких это пор ты стал пользоваться туалетной водой с ароматом сирени? — нежно спросила Перл. — Новая мужская мода?

Таллула сжала губы, сдерживая улыбку.

— Малыш Уайет-Себастьян?

— Таллула… — угрожающе начал было Уайет.

— Шевелись, Уайет. Отведи женщин к черному ходу, чтобы они смогли почистить свой улов, — сказала она, с улыбкой глядя на взбешенное выражение его лица.

— Рыба в багажнике, малыш, — сказала Дора Белль. — Ты не принесешь ее?

— Он такой хороший мальчик. Всегда был нашей опорой, — добавила Руби Мей, провожая взглядом направившегося к машине Уайета.

— До тех пор, пока эта мегера не вывернула его наизнанку, сбежав с девочкой, чтобы потом таскаться по всему свету, — добавила Дора Белль.

Руби Мей беспокойно взглянула на Таллулу.

— Вам известно, как Уайет искал свою дочь? Ой, сестрички, а вдруг мы поступили очень плохо, свалившись на голову нашему братику и выболтав его тайны…

— Мне все известно о Фоллен, — тихо проговорила Таллула. — Но, кроме меня, больше никому. Время еще не пришло.

— Эта волчица отняла ее… — мрачно начала Дора Белль, и Таллула почувствовала, какая могучая ярость может подняться из самых глубин этих любящих сердец. Особенно если плохо поступают с членом их семьи.

— Все уже позади, Дора Белль, — ласково произнесла Перл. — Наши испытания закончились. Уайет нашел свою девочку — и, по-моему, кое-что еще, — добавила она, и четыре сестры посмотрели на Таллулу. — Она такая милая, — сказала Перл, смахивая слезинку с глаза.

— Вы просто прелесть, — сказала Руби Мей, целуя в щеку вспыхнувшую Таллулу. — Теперь мне понятно, как удалось Уайету создать свою блесну. «Таллула» — ваша точная копия. Такая же милая, женственная… Ой, она и пахнет так же, как цветущая сирень у нас дома, в Джорджии.

— Ваше предложение погостить у вас принимается, — сказала Перл. — Вы не покажете, где туалет?

Таллула провела женщин наверх. Сестры вслух восторгались ее прекрасным уютным домом, но вдруг разом смолкли. Таллула, искавшая в кладовке чистые полотенца, оглянулась и увидела, что женщины стоят перед дверью ее спальни.

Улики были раскиданы по всей комнате, начиная от ночной сорочки Таллулы, заброшенной на трельяж, до разбросанных повсюду простыней и одеял. Экспонатом номер один была рухнувшая кровать. Экспонатом номер два — вскрытая серебристая упаковка, искрящаяся мириадами огоньков в лунном свете.

— Ого! — выдохнула Перл.

— О Господи! — прижала руку к сердцу Дора Белль.

— Боже мой! — пропела Руби Мей. Затем все четверо с ослепительными улыбками повернулись к Таллуле.

— Уайет отдал вам свое сердце, — тихо промолвила Джейд.

Только тут Таллула вдруг заметила, что это ее первые слова.

— Джейд говорит лишь то, что необходимо. Такой она стала после ранней смерти мужа. Покойный Генри жаловался, что она слишком болтлива, — объяснила Перл, выпроваживая сестер в ванную. — Мы мигом…

Одевшись за считанные минуты, Таллула прикрыла за собой дверь спальни и нашла у черного хода что-то бурчащего Уайета.

— Ты потрошишь эту рыбу так, словно вымещаешь на ней злобу, — осторожно начала она.

Он взглянул на нее, затем снова стал размахивать ножом, точно саблей.

Таллула, не выдержав, начала смеяться трудно было скрыть свое счастье в залитую лунным светом ночь…

У Уайета был такой недовольный вид, что она не могла этого так оставить. Обвив его руками, Таллула приподнялась на цыпочки, положила подбородок ему на плечо и поцеловала со всей нежностью, переполнявшей ее сердце.

Он сказал:

— У меня руки в рыбных потрохах. А то я унес бы тебя от этой орды незваных гостей. Прицепив домик на колесах к своей машине, я увез бы тебя в какую-нибудь укромную сосновую рощу, где мы занялись бы любовью так, чтобы домик затрещал по швам. Мне не везет, Таллула. Такая неудача. Я еще не успел сказать, что люблю тебя, а они уже здесь. Ты ответишь за то, что открыла дверь вопреки моему запрету.

Представив себе трещащий по швам домик на колесах, Таллула улыбнулась. У Уайета такой несчастный вид. Она еще крепче прижала его к себе и спросила:

— Если бы ты затащил меня в трещащий по швам домик, что бы сталось с Лероем?

Уайет только фыркнул в ответ, показав, что в настоящий момент Лерой его беспокоит меньше всего.

Глава 7

Во вторую неделю июля установилась прохладная погода, и сестры не могли нарадоваться улову. Уайет же мечтал» чтобы клев союз всем прекратился, и тогда бы он смог вернуться в постель к Таллуле.

— Знаешь, малыш Уайет-Себастьян, — сказала Перл, забрасывая «Таллулу» в речку, — ты не настолько стар, чтобы нельзя было подумать о ребенке. Ты же почти не вкусил радости отцовства.

Рука Уайета застыла в воздухе; по затылку пробежала неприятная дрожь. Он уже не раз задумывался о странных приступах тошноты, накатывающих на Таллулу. Неужели есть возможность завести ребенка?

Страх и радость одинаково мучили его.

В тот первый раз все произошло слишком быстро. Вряд ли Таллула могла забеременеть от первого же стремительного порыва любви…

Ребенок. Прищурившись, Уайет взглянул на восходящее солнце.

Ему не позволили насладиться его первым ребенком, прикоснуться к этому волшебству. Сколько раз он высказывал желание положить руку на наливающийся живот своей жены и неизменно получал отказ.

Но как отнесется Таллула к своей беременности?

Послышалось довольное ворчание Лероя. Глазки-бусинки поросенка светились радостью. Его баловали и ублажали четыре сестры, Таллула, Фоллен и Миракл. Словно паша в гареме, Лерой правил в доме Таллулы, в то время как Уайет безуспешно пытался поспать в домике на колесах, загнанном к ней во двор.

— Я слышала, как ты в три утра кидал камешки в окно бедной девочки, — сказала Дора Белль, сматывая леску. — Ей нужно спать. У нее столько дел.

— Бедняжка. Она никогда не была матерью. Но ей тоже еще не поздно. Уайет, подумай, как она обрадуется возможности завести семью. Начать жизнь сначала. Фоллен ты очень нравишься. Готова поспорить, она задумывается: а что, если бы ты был ее отцом, — добавила Руби Мей, украдкой взглянув на брата.

— Если он собирается обосноваться в этом городке, он должен, чтобы не смущать своих дам, обзавестись приличной одеждой и постричься, — сказала Джейд. — Насколько я понимаю, бродячая жизнь Уайета окончена.

Уайет продолжал угрюмо ловить рыбу, стараясь сосредоточиться на своих мыслях. Но сестры не давали ему такой возможности.

— Когда ты прислал нам по почте эти великолепные блесны, мы сразу же поняли, что твоя Таллула — нечто необыкновенное, — сказала Перл. — «Таллула» — это самое красноречивое признание в любви, какое мне только доводилось видеть.

— Бедняжка. Когда сюда пришел ее отец — мы как раз чистили свой улов, — ей сделалось нехорошо. И ты, Уайет, поступил совершенно правильно, что усадил ее к себе на колени и крепко обнял. Все произошло так неожиданно… Она следила за рыбой на сковородке — и вдруг как-то обмякла.

— Она не поняла, что с ней, — пробормотала Джейд.

— Она девчонка здоровая. Если сейчас решит стать мамой, то при нынешних чудесах науки ей не о чем волноваться.

— Она как-то пополнела…

Уайет гневно взглянул на сестер, а те только улыбнулись ему в ответ.

Все, кроме Джейд, задумчиво забросившей удочку в реку.

— Таллула Джейн ждет ребенка, — уверенно произнесла она. — Она носит в себе дитя Уайета, сама того не зная. Я пытаюсь донести до нее эту мысль. Уайет-Себастьян, ты бы объяснил ей, что к чему, и женился на ней. Начни-ка за ней ухаживать.

Перл усмехнулась.

— Ему за ней не угнаться. Он слишком медлителен. А Таллула постоянно в движении.

— Но один-то раз он ее догнал, это уж точно, — радостно добавила Руби Мей. — Наш братишка — парень не промах.

17
{"b":"18006","o":1}