ЛитМир - Электронная Библиотека

– Что?!

Палсит кивнул:

– По словам капитана, до земли и скал еще много дней.

– Дней? – Дерки зажал рот обеими руками и, перемахнув через приделанную к полу скамью, выскочил на палубу.

Привстав, Растр протянул длинную руку и захлопнул дверь каюты. Потом уселся, взвесил в руке кувшин и сделал большой глоток.

Палсит потянулся, сцепил руки за головой и откинулся на стенку каюты.

– Ах, мой капитан, я прямо-таки чувствую, как во мне закипает кровь рассказчика. Это будет прекрасное приключение. – Он опустил руки и склонил голову набок. – Послушай! – До них донесся долгий, тихий стон. – Прислушайся к этим стенаниям. Это морской дракон? Призраки с погибшего корабля?

Растр опустил кувшин и прислушался:

– Это Дерки. У него морская болезнь.

Палсит вздохнул:

– Конечно, Растр, конечно. Но эти унылые звуки… разве они не чаруют воображение?

Уродец еще раз приложился к своему пойлу, опустил кувшин и прислушался к стонам и ругани ученика и завыванию ветра. Потом кивнул:

– Теперь, когда ты сказал об этом, Палсит, это похоже… ну, я всегда думал, что именно так рыдают подневольные души.

Палсит вскинул бровь:

– Подневольные души?

Растр покачал головой:

– Это такая сказка местных рыбаков. Подневольные души, жертвы пирата-колдуна по прозванью Кровавый Ковш. Он околдовывал их, а потом привязывал к грот-мачте – нести вахту.

Дерки снова застонал, и Палсит потер руки.

– Кровавый Ковш! Великолепно! – Взгляд рассказчика заволокло сонной пеленой. Он простер руки. – Вой страждущих душ жертв Кровавого Ковша предупредил, что ночью ветер и шторм усилятся, когда… – Палсит опустил руки и посмотрел на Растра. – Как назывался корабль?

– Корабль?

– Корабль Кровавого Ковша.

Растр недоуменно сморщился.

– Я ж говорил, Палсит. Это просто сказка.

– Знаю-знаю. Но я рассказчик. Я должен давать волю воображению. Мы берем сказку, облекаем ее верой и сочиняем… нет, проживаем рассказ! – Палсит схватил кувшин Растра и сделал большой глоток. Поставил кувшин на стол, покачал головой и поднял палец. – Корабль!

Растр азартно потер руки.

– Корабль его зовется «Черная волна» – подлейшая, отвратительнейшая посудина, какую только носило море.

– Прекрасное имя. – Дерки снова испустил стон. – Капитан! Капитан Ковш! Что говорит вахтенный? – Палсит кивнул на Растра. – Ты будешь Кровавым Ковшом.

Растр ухмыльнулся:

– Тогда, помощник, зови меня просто Кровавый. Я вырву кишки любому, кто назовет меня Ковшом. – Растр еще раз приложился к кувшину. Снова раздался стон Дерки. С грохотом поставив кувшин, Растр поднес руку к уху. – Стоп! Помощник, остановить корабль!

Палсит еще раз глотнул из кувшина.

– Есть, Кровавый! Что там?

Растр махнул рукой над головой:

– Эти паршивцы наверху дают знать, что добыча близка. Зови команду!

– Есть, Кровавый! – Палсит распахнул окошко и закричал: – Все наверх! Кровавому нужны ваши преступные руки и стальные клинки! – Пронзительный крик, потом вой засвидетельствовали, что Дерки еще не смыло за борт. – Команда собралась, Кровавый.

Растр свирепо уставился на стену:

– Ха, жалкий сброд! – Оглядев каюту, уродец оторвал от стены под потолком две узкие дощечки и подал одну Палситу. – Твой клинок, помощник.

Палсит встал и взмахнул дощечкой над головой:

– Он всегда готов сослужить злому делу, Кровавый.

Растр взмахнул своей дощечкой, попытался встать, но покачнулся и с грохотом врезался в стену.

– Стоять, салаги! На горизонте паруса жирного купца. Рулевой, полный вперед, цепь ему в глотку, а вы, обезьяны, – наверх! Па-аднять паруса, задраить люки, крепить бизань-мачту! Хей! То-то пограбим да поубиваем нынче… – Растр ткнул себя большим пальцем в грудь. – Не будь я Кровавый Ковш!

Оба упали на скамьи и подкрепились живительной влагой. Уродец глубоко вздохнул и поставил кувшин на стол.

– Что теперь?

Палсит кивнул:

– Другой корабль. Как его назовем?

Растр потер подбородок:

– Это должно быть особенное имя?

– Да. «Черная волна» – воплощение зла. Для борьбы со злом нам нужно добро. Название купеческого корабля должно отражать добро.

Растр кивнул:

– «Зерцало чести». И он везет груз… – его затуманенный взгляд упал на кувшин, – лекарств, которые облегчат страдания пораженного эпидемией города.

Палсит попытался хлопнуть в ладоши и промахнулся.

– Великолепно, а я буду капитаном «Зерцала чести». Меня зовут капитан Джон Отвага.

Растр, покачиваясь, встал, одной рукой заслонив глаза от воображаемого солнца, а другой указывая куда-то вперед.

– Капитан Отвага! Капитан Отвага! Там, на траверзе!

– Да, боцман Верное Сердце! Что случилось?

– Капитан, нас настигает пиратский корабль. – Уродец прижался к стене и схватился за горло. – «Черная волна»!

Палсит подошел к Растру и обнял его за огромные плечи. Легкая улыбка заиграла на губах рассказчика.

– Мужайтесь, боцман Верное Сердце. Наш корабль быстр, а команда – лучше не найти ни в одном порту.

– Но, капитан, это же Кровавый Ковш! – Дерки испустил утробный вой. – Прислушайтесь! Слышите, это его призраки-вахтенные! – Вой перешел в стон, потом в какое-то поскуливание.

Палсит торжественно кивнул:

– Бедные души. Но приободритесь, боцман, иначе мы потерпим неудачу, и тогда город погибнет.

Растр выпрямился, держа перед собой дощечку, и кивнул:

– Есть, капитан! Теперь я воспрял духом.

Палсит поглядел на свою дощечку:

– Нам нужна кровь. Есть у тебя что-то подходящее?

Уродец открыл рундук возле двери. Обеими руками он вывалил оттуда обрывки веревок, пустые кувшины, полрулона парусины, затвердевшие от краски кисти и, наконец, большое закрытое ведро с краской.

– Вот. Мне надо метить бакены-ловушки.

– Какого она цвета?

Растр открыл деревянную крышку. Краска была ярко-алой.

– Вот и кровь.

Палсит закрыл глаза и простер руки:

– Хоть и быстроходно было «Зерцало чести», «Черная волна» стремительно настигала его, подгоняемая колдовством Кровавого Ковша. Взлетели абордажные крючья, и в мгновение ока корабли оказались сцеплены. Команда Кровавого хлынула через борт. – Палсит окунул свою дощечку в краску и вскочил на скамью. – Защищайся, Кровавый!

Растр тоже макнул дощечку и залез на скамью напротив.

– Ха, капитан Отвага! Твоя душа будет привязана к моей бизань-мачте, не будь я Кровавый Ковш! – Уродец сделал выпад, ударив рассказчика дощечкой по руке. – Первая кровь!

Палсит отбил следующий удар, но яростная атака Растра загнала рассказчика к двери каюты. Едва избежав смертельного удара, Палсит сделал выпад и ткнул Растра в живот.

– Ха, Кровавый! Получай!

Растр размазал краску по груди:

– Проклятье, Отвага! Ты и вправду поставил мне метку. Но я Кровавый Ковш, и во мне сила десятерых!

– Тогда выше клинок, пират, и держись!

Палсит бросился вперед, и отброшенное пинком ведро пролетело по каюте, забрызгав краской не только обоих воителей, но и все вокруг. Растр поскользнулся на луже краски и с грохотом рухнул на пол. Палсит подскочил к упавшему, занес дощечку и обрушил ее вниз, словно снеся уродцу голову.

– Умри же, Кровавый Ковш! Умри! – Палсит выпрямился и возвел взгляд к потолку. – И капитан Отвага, сам раненый и истекающий кровью, стоял на палубе «Зерцала чести», ощущая сладость победы, меж тем как тело злого пирата холодело у его ног. – Палсит прислушался, но услышал лишь поскрипывание корабля, пронзительный вой ветра и храп Растра. – И вы, бедные души, наконец, свободны! – Рассказчик привалился к стене, сполз на пол и затих.

Дерки заглянул в каюту. И его учитель, и рыбак лежали на полу, залитые чем-то красным. Стены, стол и потолок тоже были покрыты красными пятнами.

– О-ох! – Дерки зажал рот, и его качнуло обратно на палубу. Через мгновение над водой снова разнеслись стоны подневольных душ.

Наутро море успокоилось. Дерки оторвался от фальшборта и осторожно погладил себя по ноющим ребрам. Поразмыслив и решив, что желудок наконец сдался, он оглядел палубу, нашел парусиновое ведро на веревке и, зачерпнув немного морской воды, плеснул себе на голову. Ласковый северо-восточный ветерок высушил ему лицо.

32
{"b":"18016","o":1}