ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Царский витязь. Том 1
Сказать жизни «Да!»: психолог в концлагере
Черновик
Право на «лево». Почему люди изменяют и можно ли избежать измен
Часть Европы. История Российского государства. От истоков до монгольского нашествия
Иди на мой голос
Нефритовый город
#В постели с твоим мужем. Записки любовницы. Женам читать обязательно!
Женщина глазами мужчины: что мы от вас скрываем
Содержание  
A
A

— Да, Тай, этот бесспорно Джерриба. — Я встретился взглядом с Таем. — А как поживает твой родитель Заммис?

— Хорошо, насколько это мыслимо в его возрасте. — Тай пожал плечами. — Мой родитель шлет тебе наилучшие пожелания.

Я кивнул.

— Я ему тоже, Тай. Заммису не мешало бы выбраться из этой капсулы с кондиционированием воздуха и вернуться на жительство в пещеру. Здешний воздух пойдет ему на пользу.

Тай с усмешкой кивнул.

— Я ему передам, дядя.

— Посмотри-ка на меня! — Я ткнул себя пальцем в грудь. — Ты когда-нибудь видел меня больным?

— Нет, дядя.

— Скажи Заммису, пусть гонит врача в тычки и возвращается в пещеру, понял?

— Да, дядя. — Тай улыбнулся. — Не нужно ли тебе чего-нибудь?

Почесав в затылке, я кивнул.

— Туалетной бумаги. Парочку рулонов. Ну, может быть, бутылку-другую виски... нет, обойдусь без виски. Пусть сперва Гаэзни исполнится год от роду. Только туалетную бумагу.

Тай поклонился.

— Слушаюсь, дядя, и пусть многие утра увидят тебя здоровым.

Я нетерпеливо отмахнулся.

— Увидят, увидят. Не забудь, главное, про туалетную бумагу.

Тай опять поклонился.

— Не забуду, дядя.

Круто повернувшись, Тай двинулся лесом обратно в колонию. В свое время Гоциг, вложив в это дело немалые средства, переселил весь свой род, да и близкие роды, на Файрин IV. Примерно годик я прожил с ними со всеми, но после опять уединился в пещере. Собирал дровишки, коптил змеятину и выдержал зиму. На пещерное воспитание Заммис отдал мне маленького Тая, а теперь поручил мне Гаэзни. Я подмигнул младенцу.

— Твое дитя назовут Гоцигом, а там уж... — Запрокинув голову к небу, я почувствовал, как на лице сохнут слезы... — А там уж дитя Гоцига назовут Шигеном.

Кивнув, я направился к расселине, которая ведет к входу в пещеру.

ГРЯДУЩИЙ ЗАВЕТ

Звезды — вершины чудесных треугольников! Сколь дальние и сколь непохожие существа из разных вселенских обителей созерцают в одно и то же мгновение одну и ту же звезду! Возможно ли большее чудо, чем мимолетно заглянуть друг другу в глаза ?

Генри Дейвид Торо, «Уолден»

Если Ааква есть великий огонь, кружащий по Вселенной, а дети Ааквы — иные огни, полыхающие вдали, то разве нельзя предположить, что они кружат по иным вселенным? И нет ли в тех, иных, вселенных собственных обитателей? Ради ответов на эти вопросы я готов много страдать. Ради встречи с этими обитателями, ради того, чтобы увидеть их и прочесть их мысли, я отдал бы жизнь.

Предание о Шизумаате, Кода Нувида, Талман

Докосмическая литература всех известных нам рас исходила из факта существования иных миров и была полна ожиданий, возлагавшихся на первые встречи с представителями иных рас. Совершенство индивидуума и общества, каковое всякий способен вообразить, но какового никто не в силах достичь, надлежало искать у других.

Потом встречи состоялись, и каждая раса нашла в другой не многим более, нежели искаженный образ самой себя. Ум и глупость, агрессивность и страдание, проницательность и слепая преданность — неизменные постулаты жизни и реальности — цинично приходили на смену надеждам, пока каждая раса боролась за свое торжество, создавая правила, придумывая тактические ходы, выстраивая общественные институты — и все ради того, чтобы не дать восторжествовать тем, кто воспринимался как угроза.

Сталкиваясь с превосходящими силами, отстававшие в технологическом и военном отношении расы создавали коалиции, многократно умножая свои силы. Внутри коалиций плелись интриги и заговоры. Снаружи воевали между собой и расширялись великие военные и экономические державы.

Коалиции быстро приняли форму теперешней системы федераций — Объединенных Секторов. В области Галактики, относящейся к Федерации Девятого Сектора, к ней не примкнули лишь считанные крупные державы. Среди них выделялись численностью населения, богатством и военной силой Соединенные Штаты Земли и Палата драков. Этим двум державам подчинялись три сотни миров.

В конце двадцать первого века ни драки, ни люди не отвлекались на абстрактные рассуждения о чужих цивилизациях. Они были заняты войной.

1

Постигающий игру многое внесет в нее. Однако истинные правила, не подлежащие изменению, прозвучат из уст опытных игроков.

Игроки видели и осязали металл; постигающим он известен только в теории.

Предание о Зинеру, Кода Синувида, Талман

Джоанн Никол сидела в грязи посреди планеты Кетвишну и наблюдала сквозь дымку за отдаленной точкой, превращавшейся у нее на глазах в черную птицу — боевой летательный аппарат драков. Он медленно летел над голым пространством, держась совсем низко, прижимаясь к поверхности, как стервятник, выбирающий себе поживу среди бесчисленных трупов.

Она оглянулась на горстку людей, оставшихся у нее в подчинении. Солдаты привычно сидели в окопах и жались к камням, наплевав на холодный влажный ветер и низкие серые облака. Снова взглянув на приближающийся летательный аппарат, она едва удержалась от улыбки.

Драки обойдутся одной машиной. Сорок с небольшим увязших в грязи и деморализованных представителей человеческой расы, набившись в брюхо корабля драков, заполнят его в лучшем случае на четверть. Сорок с небольшим военнопленных — вот и все, что осталось от двадцатитысячного гарнизона.

Возможно, смерть нашли не только эти тысячи, но и миллионы гражданских, хотя об этом можно было только догадываться. В сообщениях, которые удалось получить обороняющимся, говорилось, что города на всех шести континентах Кетвишну превратились в дымящиеся руины.

Рядом раздалось чавканье. Появилась какая-то фигура.

— Майор Никол! Они приближаются.

— Что?

— Они приближаются. — Палец указал на небо.

— Вижу.

Фигура опустилась на корточки, и Джоанн Никол разглядела, кто перед ней: сержант Зина Лоттнер, шифровальщица.

— Мы все перерыли. Из того, что осталось, дракам ничего не пригодится. — Она извлекла из кармана серебристую открытку. На ее пальцах запеклась кровь.

— Вот что я нашла в вашем кабинете.

Джоанн взяла у сержанта приглашение. Блеск карточки казался абсолютно неуместным среди грязи, нечистот и крови. Женщина прочла затейливую вязь:

Офицерский и сержантский состав штабной роты 181-й дивизии JJJ корпуса гарнизона планеты Кетвишну вооруженных сил Соединенных Штатов Земли имеет честь пригласить МАЙОРА ДЖОАНН НИКОЛ на шестнадцатое ежегодное празднование Нораанка Дима, которое состоится в 19. 30 21 февраля 2072 года

(2651 час 9/9 местного времени) в Главной аудитории «Сторм Маунтейн»

Она закрыла приглашение.

— Зачем вы мне это принесли, Лоттнер?

— Не знаю. Думала, вас заинтересует. — Сержант Лоттнер, поднявшись, уставилась на приближающийся аппарат драков. — Я видела, во что превратилось ваше вечернее платье. Наверное, оно было красивым...

Джоанн бросила открытку в грязь и наступила на нее каблуком сапога... Лоттнер, немного постояв молча, развернулась и стала медленно спускаться по осклизлому склону.

Платье действительно было красивым: сплошь серебро и белоснежные кружева — одним словом, глупость...

— Давно ли солдаты торчат в грязи?

Джоанн обернулась на грубый голос и увидела мужчину, скрестившего ноги посреди красно-бурой лужи. Это был лейтенант Морио Тайзейдо, бывший шифровальщик, ныне — солдат, по уши сидящий в грязи, верный кандидат в военнопленные. Рядом с ним бездействовал сержант-пехотинец Эмос Бенбо, устремивший загадочный взгляд на приближающийся вражеский корабль.

Почти не шевеля губами, сержант ответил вопросом на вопрос:

— Давно ли существуют солдаты?

Сейчас эта старая, как мир, шутка пехотинцев оказалась как нельзя более кстати. Джоанн посмотрела на свои колени и попробовала оттереть с них грязь. Потом внимательно осмотрела ладонь.

38
{"b":"18018","o":1}