ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Позже, когда унялась головная боль, Джоанн Никол медленно брела в солнечных лучах по древней, выложенной камнем тропе имения Тора. Ее вели, поддерживая с обеих сторон под локти, Баадек и Мицак. Одна рука принадлежала человеку, но по прикосновению она не могла отличить ее от руки драка.

— Мицак, вы ведете с Торой Соамом опасную игру, — сказал Баадек.

— Не опаснее вашей, Баадек.

— Полагаю, вам понятно, что разница все же есть.

Мицак горько усмехнулся.

— Формально есть, но не по существу. Тора Соам не... сам не свой в эти дни.

— Ты в своем уме, человек?

Джоанн остановилась, заставив остановиться и своих провожатых.

— Если вы намерены и дальше вести столь же загадочную перепалку, то введите меня в курс дела или уйдите прочь.

— Оставить вас здесь мы не можем, — ответил Баадек. — Вы не найдете дорогу назад. Мы можем поговорить о другом.

— Вот и хорошо. — Джоанн двинулась дальше, увлекая их за собой. — Как поживает Тора Кия?

— Вы напомнили мне об одном деле... Придется оставить вас на Мицака.

Баадек поспешно устремился вперед.

— Что происходит, Мицак?

— Все непросто.

— Не беда, я быстро схватываю. Объясните.

Мицак вздохнул и ничего не ответил. Однако через несколько минут раздался его голос:

— Ваша ночная встреча с Кия всех переполошила.

— Вы о чем? О «пастилке счастья»?

— Нет. — Пауза. — Никол, как вас угораздило вступить с Тора Кия в сексуальную связь?

Она почувствовала, что краснеет, и остановилась как вкопанная.

— Вы бредите! Черт, Мицак, вы запамятовали, что мы имеем дело с гермафродитами?

— И тем не менее...

Она вырвала у него свою руку.

— Идите к черту!

— Вы спросили меня, что происходит, чтобы получить ответ или чтобы устроить сцену?

— Почему бы вам не уйти, Мицак, и не заняться своими, уж не знаю какими, делами?

— Вы хотите, чтобы я вас отвел?

— Сама доберусь.

Мицак, поколебавшись, быстро зашагал прочь. Его шаги стихли. Джоанн осталась стоять в раздумьях, подставляя лицо солнцу и ветерку. Сексуальная связь...

Абсурд какой-то! Кроме того, что они гермафродиты, органы размножения запрятаны у них черт знает где!

Она отвернулась от солнца и нащупала ногой в сандалии край тропы. Каким образом человек — не важно, мужчина или женщина — может вступить в сексуальную связь с драком? Достаточно было краткого курса дракской биологии, чтобы развеять любые извращенные фантазии насчет возможности совместных любовных забав драков и людей. Мужские и женские органы размножения были спрятаны у каждой особи драка в нижней части живота, в особой складке.

Согласно древнему Истинному учению Ааквы, Рада сказал, что по закону каждый третий ребенок должен рождаться от слияния жидкостей двух разных особей. Складки могли растягиваться, чтобы позволить совокупление, однако участие в этой гимнастике человека можно было представить только как следствие сложной хирургической операции.

И все же в голову лезло невесть что... Ночью, когда она заплакала, ее плечи обвила рука, она спрятала лицо на груди Маллика, рука которого стала гладить ей лицо. Чужая рука, чужое лицо...

«Джоанн... Теперь ты в безопасности, Джоанн».

Ковыляя назад в апартаменты, она не могла избавиться от этих воспоминаний.

13

Порой вам станет являться ослепительное видение, которое затмит вам взор и ум, провозглашая себя Правдой. Вам остается отпрянуть и без устали разить это видение, словно перед вами чудище, питающееся вашим мозгом.

И только если, лежа перед вами, поверженное и на последнем издыхании, оно будет по-прежнему именовать себя Правдой, вы должны его принять, хотя и с большой оглядкой, памятуя, что самая опасная ложь всегда облачается в самые блистательные латы.

Айдан и Вековая война. Кода Итеда, Талман

После вечерней трапезы она сидела на подушках в комнате для музицирования, держа на коленях тидну и пытаясь наигрывать неумелыми пальцами бледное подобие амадинского сочинения Кия. Услышав знакомые шаги, она не прервала игры, а только спросила:

— Где ты провел сегодняшний день, Кия?

Шаги стихли, и она услышала, как драк опускается на мягкие подушки напротив нее.

— Твоя игра достойна сожаления, землянка.

Она перестала играть и поставила инструмент на пол.

— Кия, прошлой ночью...

— Не хочу об этом говорить.

Она улыбнулась.

— Тогда зачем ты пришел?

— Услышал игру и поспешил на выручку своему инструменту. — Драк долго молчал и все же, с запинкой, задал вопрос: — Что значила прошлая ночь для тебя, Джоанн Никол?

Она положила руки на колени.

— Точно не знаю. На мгновение я отождествила тебя со своим мужем — бывшим мужем, давно погибшим. Я так нуждалась в уверенности и покое...

— И ты обрела все это?

Она медленно кивнула головой.

— Да, обрела. А чем стала прошлая ночь для тебя?

В комнате сильно запахло наркотиком Кия.

— Хочешь?

— Нет. Так чем стала для тебя прошлая ночь?

— Видимо, тем же, чем и для тебя.

— Что-то не верится, Кия. Все имение Тора страшно переполошилось из-за этого события. Никак не пойму почему. Ты все им рассказал?

— В этом не было необходимости. Мы с тобой находимся в капкане тщательно продуманной талмы. Но событие прошлой ночи не было предусмотрено — следовательно, все, знакомые с талмой, отлично о нем осведомлены.

— Ты расскажешь мне обо всем этом подробнее?

— Не могу...

Кия встал и поспешно удалился.

Опершись на локти, она просидела в безмолвном одиночестве не меньше часа, пока какая-то неуловимая перемена в атмосфере не принудила ее вскочить и прислушаться.

Сам воздух пришел в движение; она чувствовала, как под ногами вибрирует пол, слышала легкое подрагивание стекол. То были докатывающиеся издалека ударные волны. Джоанн ощупью добралась до каменной стены, положила на нее ладони и двинулась к окну.

Вибрация усилилась, и вдруг раздались звуки характерных разрывов ультразвуковых боеголовок.

— Черт возьми!

Вооруженные силы Соединенных Штатов Земли атаковали планету Драко.

Она попятилась от окна и выскочила в коридор, неоднократно натыкаясь по пути на острые углы и падая. В коридоре она свернула налево и заскользила пальцами правой руки по стене, нащупывая дорогу к апартаментам. Вбежав к себе, она первым делом закрыла дверь в коридор, проскользнула в спальню и затаилась там.

Грохот атаки становился все оглушительнее. Она зарылась лицом в подушки, набросила на голову простыню, как ребенок, спасающийся от темноты. Увы, от темноты, окружавшей ее, спасения не было.

Зловещий вой и грохот прервались так же внезапно, как начались. Она села на кровати и, вцепившись в угол подушки, приготовилась ждать, когда за ней придут.

... Ей приснился сон. Нет, то был не сон, а калейдоскоп впечатлений, обрывки не умещающегося в воображении целого...

... Они обсуждали игру так, как люди обсуждают состоявшуюся партию в бридж или покер...

В чирн-ковахе ее поместили в палату, где все было приготовлено для лишения ее органов чувств какой-либо информации: она ничего не видела, ничего не могла нащупать, почти ничего не слышала. Потом в виде развлечения ей был пожалован Талман.

Чуждость всего, что ее окружало, полное неведение обо всем превратилось в едва ли не знакомую обстановку — и все благодаря тому, что над другими ее чувствами не могли возобладать зрительные образы.

Из головы не выходила тревожная мысль: ею владеет просто любопытство, но стоит прозреть — и ее охватит животный ужас...

«Для Торы Соама война — гигантская головоломка, которую он стремится разгадать, увлекательная задачка. Родитель, по-моему, наслаждается ее масштабами и сложностью. Вы и я — всего лишь два параметра среди триллионов, из которых состоит головоломка».

65
{"b":"18018","o":1}