ЛитМир - Электронная Библиотека

Краснобородый опустил руку и посмотрел на Блейда. Тот напряг мышцы, потом заставил себя расслабиться. Он попытался составить план схватки. Каратэ! Слово опять всплыло в его памяти. Удары ногами… Когда-то он хорошо владел этим искусством…

Краснобородый усмехнулся Блейду и махнул рукой виночерпию.

— Последнее, принц Лондонский, — мы должны выпить чашу смерти. Таков наш обычай.

Виночерпий наклонил кувшин и рубиновая струя хлынула в чашу. Блейд протянул руки и принял ее белый, как алебастр, череп, украшенный золотыми рунами. В челюстях скалились зубы — огромные, превосходно сохранившиеся. Блейд пил — и череп, казалось, хохотал над ним.

Виночерпий снова наполнил чашу и протянул ее Краснобородому. Гигант высоко поднял череп и громко рассмеялся, наполнив громовыми раскатами замерший зал.

— Он принадлежал Тайту Клыкастому, — сказал Геторикс и, опрокинув в глотку вино, швырнул череп слуге. — Последнему человеку, бросившему мне вызов.

Глава 12

Краснобородый шагнул к Блейду; его руки, широко расставленные в стороны, казались лапами гризли. Блейд медленно отступал, маневрируя, уклоняясь; он знал, что любой ценой должен избежать смертельных объятий врага. Если эти чудовищные руки сомкнутся вокруг его тела, ребра треснут; Геторикс просто раздавит его.

Никогда еще ему не приходилось играть роль Давида. На Земле, в прошлой жизни, его рост и сила давали огромное преимущество в любой схватке. Теперь он понял, что испытывал Давид, оказавшись перед Голиафом — огромным Краснобородым Голиафом с маленькими злобными глазами.

Гиганту, очевидно, надоело ловить верткого противника; он ринулся вперед, взмахнув огромным кулаком. Блейд нырнул под его руку, почувствовав холодное дуновение воздуха на виске, и ответил сильным ударом правой в живот, едва не вывихнув себе кисть. Казалось, его кулак врезался в стальную плиту.

Он проворно скользнул в сторону, от столов, к которым его едва не прижал Краснобородый. Гигант ухмыльнулся и, развернувшись, снова двинулся к Блейду. В глазах его разгоралось злобное веселье.

— Что с тобой, принц Лондонский? — насмешливо спросил он. — Ты никак не можешь остановиться? Не хочешь сражаться? Но ведь не я затеял ссору, верно?

Блейд не ответил; сейчас он нуждался в каждом глотке воздуха, который мог попасть в его легкие. Ему было ясно одно: он должен победить быстро или вообще не надеяться на победу. Этот гигант не знал усталости и мог сражаться всю ночь и весь день. Хитрость, быстрота плюс превосходство в технике — если удастся вспомнить приемы рукопашного боя — только в этом заключалось преимущество разведчика. Отступив назад, он заметил на ближайшем столе чашу-череп, насмешливо скалившую зубы. Ему не хотелось, чтобы Краснобородый пополнил свою коллекцию — на этот раз его головой.

Геторикс снова ринулся вперед, ударив одновременно обеими руками. Один кулак задел плечо Блейда, отбросив его футов на десять в сторону. Пираты вскочили на ноги; раздался рев, подобный грохоту морского прибоя. Они требовали крови! Краснобородый бросился за Блейдом, вытягивая ужасные руки, пытаясь схватить его. В последний миг разведчик восстановил равновесие и нанес два молниеносных удара в усмехающееся бородатое лицо. Память и рефлексы хорошо послужили ему, он не планировал сознательно защиту, но руки двигались почти инстинктивно. Хук левой и убийственной силы удар прямой правой. Оба удара пришлись точно по подбородку противника.

Боль пронзила его кисти, прокатилась почти до самых плеч. Краснобородый нахмурился, словно подобные комариные укусы только раздражали его, и шагнул вперед. Подпрыгнув в воздухе и развернувшись вправо, Блейд нанес удар ногой. Прием каратэ, который внезапно всплыл в памяти, смертоносный, способный проломить череп. Его пятка рассекла бровь гиганта, и по дубленой коже щеки потекла струйка крови.

Краснобородый рассмеялся:

— Тунор меня побери! Он дерется словно лагерная девка — лягается ногами и наносит едва заметные удары кулаком. В чем дело, принц? Я знаю, ты — воин, я сам видел это; но сейчас ты сражаешься не так, как положено мужчине. Давай, принц! Схватимся грудь о грудь — и увидим, кто из нас сильнее!

Но как раз этого Блейд пытался избежать. Он снова взвился в воздух и ударил ногой в огромный волосатый живот. Бесполезно. Несколько сильнейших крюков слева и справа, прямой в подбородок — никакого впечатления. Краснобородый стоял крепко, как дуб, лишь с подбородка на рыжие пряди стекала струйка крови. Руки у Блейда начали уставать, он слишком много сражался в последние дни. Он почувствовал, как сердце заледенело, и это было много хуже всего остального. Паника… Страх… Он не может победить! Задача оказалась невыполнимой. Его противника нельзя отнести к роду людскому, это автомат с плотью из бронзы и мускулами из железа.

Внезапно Краснобородый рванулся к нему так стремительно, что почти захватил врасплох. Огромные руки, скользкие от пота, обхватили ребра разведчика и начали смыкаться на спине.

— Ага, — вскричал Краснобородый, — сейчас мы услышим, как трещат твои кости!

Маленькие голубые глаза холодно мерцали над пламенеющей бородой, Блейд понял, что его конец близок. И, как раньше, не сознательное усилие, а инстинктивная память и рефлексы спасли его — та часть мозга и нервной системы, которую не затронуло воздействие компьютера. Он откинулся назад, ударив пальцами в глаза Краснобородого и, одновременно, коленом в пах. Этого оказалось недостаточно; Геторикс замотал головой, но руки гиганта продолжали сжиматься, и Блейд почувствовал, как треснуло его ребро. Он схватил одну из перевязанных лентами кос и дернул изо всех сил.

Он вырвал волосы с корнем; искаженное окровавленное лицо маячило перед его глазами. Краснобородый издал рев боли и ярости — казалось, разгневанный мамонт трубит под холодным северным небом, готовясь к атаке. На мгновение его хватка ослабла, и Блейд выскользнул из чудовищных клещей.

Отскочив назад, он взмахнул своим трофеем и заговорил — впервые с начала схватки.

— Вот твои любимые ленточки, вождь. Иди сюда! Попробуй забрать их!

Геторикс бросился в атаку словно обезумевший бык, которому показали красную тряпку. Его гордость была задета, его тщеславию нанесли урон! Теперь он жаждал лишь одного — смять, раздавить, уничтожить этого ничтожного выскочку, стереть его в пыль!

Блейд шагнул в сторону, подставил ногу противнику и хлестнул его по лицу косой. Ярко-рыжие волосы, туго сплетенные в жгут почти трехфутовой длины, были похожи на извивающуюся змею. Новая картина всплыла в его памяти и он понял, как убьет Краснобородого.

Но действовать надо быстро, очень быстро! Блейд чувствовал, что усталость овладевает им; грудь его тяжело вздымалась, ноги дрожали — в то время как бурное дыхание врага было, скорее, признаком ярости, чем утомления.

Краснобородый споткнулся и упал на колени. С презрительным видом Блейд пнул его пониже поясницы и вытянул косой вдоль спины. Зрители взревели — их кумир, великий Геторикс, подвергся неслыханному поношению! Его пинали в зад как раба!

Краснобородый вскочил на ноги. Рана, нанесенная его гордости, была неизлечимой. Он бросился на Блейда, уже ничего не соображая от ярости и жажды убийства, его огромное лицо налилось кровью, глаза бешено вращались. Он мчался вперед, как боевой слон, как таран, одушевленный заклинанием мага.

Блейд опять скользнул в сторону, успев хлестнуть косой по глазам Краснобородого. Ребром правой руки он, словно лезвием топора, рубанул по шее противника, пролетевшего мимо. Никакого результата! Краснобородый встряхнул головой, развернулся и, зарычав, снова двинулся на соперника. Ярость туманила его разум и взгляд, и в новом стремительном броске он не заметил подставленную ногу Блейда. На этот раз Краснобородый растянулся на полу во весь рост, рухнув с такой силой, что на столах зазвенела посуда. Его голова врезалась в стоявший поблизости бочонок с вином, на мгновение гигант был оглушен.

39
{"b":"18024","o":1}