ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Несколько секунд Найленд колебался, потом махнул рукой.

– Ладно, оставь. Только не пытайся вышибить дверь своим топором, а то старейшины снимут с меня голову.

– Клянусь Синими Звездами! – Блейд торжественно поднял руку. – В крайнем случае я вышибу окно.

ГЛАВА 4

Ему не пришлось вышибать окно – окна просто не было. Правда, «тюремная камера», в которую его запихнули, оказалась большой и довольно удобной комнатой, что в значительной степени увеличило симпатии Блейда к ирдальцам. Ее убранство составляли пара табуретов, деревянная кровать с набитым соломой матрасом, множеством подушек и шерстяным одеялом, стол, на котором помещались кувшин для воды, кружка и свеча, большой сундук и деревянная бадья с крышкой в углу Блейд был уверен, что дома большинства обитателей Вордхолма выглядят не намного комфортабельнее. Только крепкая дверь, запертая снаружи на засов, и вооруженный часовой напоминали о том, что он пока еще не гость. Но и не пленник! Если учитывать ситуацию, к нему отнеслись вполне уважительно.

Пожилая женщина принесла краюху грубого ржаного хлеба, кусок сыра, миску с тушеным мясом, несколько похожих на яблоки плодов и наполнила кувшин водой. Разведчик поблагодарил и с волчьим аппетитом набросился на еду, не опасаясь, что его отравят. Все, что он успел узнать об этом стойком и гордом племени, противоречило такой мысли. Пожалуй, думал Блейд, заканчивая свой ужин, они не проявили бы подобного гостеприимства, попадись им в руки один из тазпов. Было б неплохо захватить пленника и порасспросить его о том, что делается на севере, в логове монстров… Размышляя на эту тему, он прилег на постель и, сморенный усталостью, мгновенно уснул.

Проснулся он в полдень, когда завтрак уже находился на столе. Торопливо поглощая сыр с хлебом и время от времени прикладываясь к огромной глиняной кружке с молоком, Блейд с нетерпением поглядывал на дверь. Едва разведчик успел покончить с едой, как она растворилась, и Най весело кивнул ему в знак приветствия. Они вышли в коридор, спустились на первый этаж по скрипучей деревянной лестнице и пересекли обширный вестибюль с низким потолком из массивных балок. Блейд, не разглядевший вчера в сумерках здание, догадался, что его поместили прямо в городской ратуше.

Так оно и оказалось. Вслед за Найландом он перешагнул порог довольно обширного зала с окнами, выходившими на реку и причалы. Вдоль трех его стен тянулись скамьи, под окнами сверкали бронзовой оковкой сундуки, один из которых был сейчас раскрыт, а за длинным столом посередине комнаты сидели четверо. Блейд не пытался запомнить звучные имена старейшин Ирдалы. Тот, кто расположился в центре, был для него Старцем – на вид ему стукнуло семьдесят, если не больше, но держался он довольно бодро. Слева от него сидел пожилой мужчина с пышной бородой – Бородатый, справа крепкий широкоплечий воин в кольчуге – явно начальник городской стражи, Воевода. В торце стола, обложившись большими книгами, притулился тощий старик ученого вида – летописец; перед ним стояла чернильница с пером.

– Благодарю, Найланд, сын мой, – произнес Старец неожиданно звучным голосом. – Ты можешь идти.

Он осенил юношу странным жестом, напомнившим Блейду «дубль-вэ» – знак, который Райна начертала в воздухе над могилой охотников из Корады. Вероятно, старик – ирдальский жрец, решил разведчик. На тощей груди у него покоился серебряный медальон, вдвое больший, чем у Найланда, с неизменной башней, над которой были выбиты лучистые точки. Ровно девять, сосчитал Блейд, и расположены двойные зигзагом. Теперь он не сомневался, что яркие синие звезды местной Кассиопеи были священным символом вордхолмцев.

Най поклонился и вышел. Разведчик, повинуясь кивку Старца, присел на лавку у стены так, чтобы свет падал на его лицо. С минуту четверка старейшин пристально разглядывала чужака. Наконец Бородатый сказал:

– Приветствуем тебя, Блейд анта Дорсет, брат из-за гор. Мы говорили с Райной и верим каждому ее слову, ибо она – свободная женщина свободного народа. Но Райна – молода, а ты выглядишь мужем, умудренным жизнью. Так что теперь нам хотелось бы послушать твой рассказ.

Блейд ухмыльнулся и поскреб заросший колючей щетиной подбородок. Этим ирдальцам не откажешь в обходительности! Трудно в более вежливой форме сообщить о своем желании провести перекрестный допрос!

Он говорил в течение получаса, веско, как положено умудренному жизнью мужу, и неторопливо, чтобы Летописец успевал положить рассказ на бумагу. Скрипело перо, шелестели страницы огромной книги, куда записывалась его история, иногда старейшины кивали головами или просили что-нибудь уточнить. Блейд уточнял. На первый взгляд его легенда выглядела безупречно, а приключения в горах и у реки просто были чистейшей правдой.

Когда он покончил со своим повествованием, Старец поднял глаза к потолку, немного подумал и произнес:

– Каждый человек Вордхолма, Северного или Южного, волен поступать по своему разумению, ибо все мы, живущие под Светом Небесным, равны и свободны. Однако трудно поверить, Блейд анта Дорсет, что ты совершил опасное и утомительное путешествие через горы влекомый одним любопытством. Ты – воин, но не из тех людей, что ищут выгодной службы, иначе пошел бы на юг, к райдбарам. Слышал я, что у них знатные и богатые нанимают бойцов Вордхолма телохранителями… – Жрец помолчал, затем его выцветшие от старости глаза уставились на Блейда – Ты, однако, пришел к нам… Сам пришел, или тебя прислали? – неожиданно закончил он.

Этот старик умен, понял Блейд, и сказочка о воине из-за гор, любителе приключений, его не устроит. Впрочем, разработанная им легенда предусматривала и такой поворот событий. Склонив голову, он сказал:

– Приятно встретить мудрого и проницательного человека, клянусь девятью Синими Звездами! – разведчик быстро начертил перед грудью священный знак. – Да, меня прислали! Прислали люди Дорсета… Райдбары теснят нас и, может быть, в северных землях мы будем чувствовать себя свободнее. Но затевать большое переселение еще не время – нам почти ничего не известно о ваших делах…

– Как и нам о ваших, – добавил Бородатый, сняв тяжесть с души Блейда; это замечание подтверждало, что хозяева не смогут уличить гостя во лжи.

Старейшины переглянулись.

– Во имя Святых Звезд! – жрец кивнул головой. – Наконец-то южные братья вспомнили о нас и готовы протянуть руку помощи! Твои сородичи, Блейд анта Дорсет, могли бы заложить город на месте погибшей Корады, а Ирдала, Тенгран, Санра, Тай и остальные поселения помогут вам быстро поднять защитные стены и отлить пушки…

– Не только в стенах дело, – прервал старика до сих пор молчавший Воевода и повернулся к Блейду. – Сколько жителей в твоем городе? Сколько бойцов вы можете привести к нам на север?

Блейд задумался. Кого же он смог бы привести из Дорсета? Трех пожилых полицейских… Пожалуй, еще местную пожарную команду – однажды он наблюдал их учения, и эти ребята лихо орудовали своими топориками и баграми. Но главной ударной силой, без сомнения, была бы его соседка миссис Рэчел Уайт, дама гренадерского роста с весьма крутым характером. С саперной лопаткой в руках она без колебаний пошла бы на бенгальского тигра, а Блейд знал, что тигру не поздоровилось бы.

Мечты, мечты… Если б он мог привести сюда взвод морской пехоты, тех парней, что охраняли Старину Тилли! Да что там взвод… Если б он мог взять с собой в этот мир небольшой черный стержень, свой талзанийский трофей!.. Но до сих пор Ричарду Блейду не удавалось пронести в Измерение Икс ничего, кроме собственного бренного тела да некоторых добавок к нему – вроде спейсера. Поэтому, приняв озабоченный вид, он ответил Воеводе так:

– Дорсет – большой город, не хуже Ирдалы, и воинов у нас не меньше. Четыреста отборных бойцов, а если напрячься и присчитать молодежь, сильных женщин и крепких еще стариков, мы выставим две тысячи!

Вероятно, его оценка ирдальских сил была правильной, потому что Воевода довольно кивнул.

11
{"b":"18028","o":1}