ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Характер растительности постепенно менялся – хвойные деревья, похожие на сосны с необычно длинными иглами, постепенно начали смешиваться с лиственными. По дороге Блейд подобрал толстую суковатую палку, сначала решив воспользоваться ею как дубинкой, но уже скоро это грозное оружие превратилось в посох. Расстояние до реки было совсем не так мало, как показалось ему сверху, с высоты горного склона. К тому же склон этот становился все круче и круче, и Блейд уже не столько шел по лесу, сколько спускался по наклонному откосу, хватаясь за ветки, корни деревьев и кусты. Однажды он все-таки не удержался, сорвался вниз и, пролетев футов двадцать, упал в густые заросли колючего кустарника. Эти кусты предохранили его от серьезного увечья, но вылез он оттуда исцарапанным до крови.

День начинал клониться к вечеру, и к тому времени, когда Блейд заметил между стволами блеск водной поверхности, уже наступили сумерки. Разведчик понял, что еще немного, и темнота застанет его в пути. Однако главная цель – река – была практически достигнута, теперь следовало остановиться и позаботиться о ночлеге.

Тут было гораздо теплей, чем в горах; землю покрывал толстый слой опавших листьев, а невдалеке, в речной пойме, шумели на ветру густые заросли осоки и камыша. Разведчик надергал длинных упругих стеблей и уложил их на собранные в большую кучу листья, устроив вполне приличную постель. Закопавшись в самую середину своего ложа, он свернулся, словно барсук в норе, и задумался. Миновал день, но ему не удалось найти ни одежды, ни пищи. С одеждой, впрочем, можно было подождать, но еда становилась первоочередной проблемой; еще немного, и он начнет терять силы. Блейд не сомневался, что сумеет раздобыть в лесу что-нибудь съестное, ягоды или дичь, однако охота требовала времени. Впрочем, альтернатив не оставалось; даже сырое мясо лучше, чем ничего… Разведчик стал припоминать, попадались ли по дороге следы оленей или диких свиней, но усталость взяла свое: незаметно он задремал. В эту ночь он видел во сне сочный бифштекс с жареным картофелем, медленно уплывавший в темное небо, перечеркнутое зигзагом из девяти синих звезд.

Яркий солнечный луч, нашедший брешь в густой листве, ударил прямо ему в глаза. Блейд пробудился почти мгновенно, вскочив, он сделал несколько приседаний и отправился к реке. Только подойдя к берегу – вчера, как оказалось, он не дошел до него всего сотню ярдов, и, напившись вкусной, холодной, чуть пощипывающей язык воды, он понял, что над тайгой опять повисла тревожная настороженная тишина. Она обволакивала одинокого странника словно густым липким туманом; ветер стих, исчез даже слабый шелест листьев, смолкло жужжание и стрекот насекомых, щебет птиц, словно вся мелкая лесная живность разом вымерла или онемела. В этой гнетущей тишине журчание воды, перемывающей прибрежные камешки, звучало не весело, а скорее зловеще и угрожающе.

Блейд насторожился, покрутил головой, пытаясь уловить запах серой твари, потом, крепче сжав свой посох-дубинку, зашагал вдоль берега на север. Горы остались за спиной, речная долина расширилась; теперь прозрачный поток неторопливо струился по равнине. Чувства разведчика были по-прежнему обострены, однако он не так опасался каких-либо опасных встреч, сколько размышлял о причинах столь разительной перемены. В конце концов, один раз ему удалось справиться с чудищем, и он питал надежду, что эти мерзкие создания не бегают по лесу целыми стаями.

Он осторожно продвигался вперед, так ничего и не придумав, а через час, очутившись на небольшой полянке, вдруг заметил хорошо утоптанную тропинку. Она вела из лесной чащи к реке, затем бежала по высокому береговому косогору на север. Блейд остановился, пытаясь угадать, в какую сторону лучше идти, чтобы скорее добраться до жилья. Ничто, однако, не помогало сделать выбор; положившись на удачу, он мысленно подкинул монетку и решительно двинулся вдоль берега, готовый при любом подозрительном звуке нырнуть в кусты.

Тропинка змеилась среди деревьев, то подходя почти вплотную к воде, то убегая от реки на несколько десятков ярдов. Неожиданно густые заросли кустов по ее обочинам исчезли, словно срезанные гигантским ножом, и Блейд вышел к развалинам моста. На берегу валялись расколотые доски и обломки перил, а быстрый поток вспенивался около мощных бревен, еще недавно служивших опорами настила. Тропа вела прямо к мосту и шла дальше на восток; разведчик же счел благоразумным сойти с дороги в лес и оттуда разглядеть то, что еще оставалось от этой деревянной конструкции. Согнувшись, перебегая от ствола к стволу, он подобрался почти вплотную к реке, и внимательно осмотрел развалины. Вблизи картина казалась еще более удручающей, но никаких следов взрыва он не обнаружил, хотя и старался их отыскать.

Да, безусловно, мост не был взорван. Но каким образом это сооружение, имевшее не менее пятидесяти ярдов в длину, опиравшееся на толстые двухфутовые бревенчатые сваи, превратилось в жалкую груду щепок?! Он уставился на торчащие из воды обломки бревен; некоторые были сломаны, будто спички, другие – сколь чудовищно и невероятно это не звучало – казались перекушенными, о чем свидетельствовали глубокие борозды, похожие на следы огромных зубов.

Закончив с мостом, Блейд приступил к подробному осмотру противоположного берега реки. Когда-то там, видно, проходила дорога, ведущая к человеческому поселению, но теперь на ее месте была пропахана глубокая борозда шириной футов пятнадцать. Если бы Блейду довелись встретить нечто подобное на Земле, он, не колеблясь, решил бы, что видит след, оставленный колонной тяжелых танков. Вырванные с корнем деревья, искореженные стволы, переломанные ветки… Все это перемешалось в жутком беспорядке, словно какой-то великан высыпал на пол несколько коробков спичек, а затем станцевал на них джигу.

Вероятно, катастрофа произошла день или два назад – Блейд заметил, что листья с ветвей еще не опали, а на стволах с ободранной корой блестят свежие натеки смолы. Он чувствовал ее запах даже здесь, на другом берегу реки – острый хвойный аромат, смешанный с уже знакомой кислой вонью.

Но тварь – или твари? – подобные той, которую он прикончил в горах, не могли перекусить толстенные бревна словно соломинки! Здесь сквозь чащу по направлению к реке ломилось чудище размером с бронтозавра! Затем, превратив деревянный мост в кучу щепок, этот зверь – или созданный руками людей механизм – снова убрался в лес

Впрочем, насчет механизма Блейд испытывал большие сомнения. Тяжелая машина оставила бы отпечатки колес или гусениц, заметные издалека, он же не мог разглядеть ничего подобного. Животное? Скорее всего… Если в этом мире существуют опасные твари величиной с человека, почему бы не быть и другим, еще более опасным, с габаритами доисторических ящеров? Эта гипотеза вполне могла оказаться справедливой, но в ней имелось слабое звено: ни один зверь не станет буйствовать зря и разносить мост по бревнам, ибо хищникам нужно мясо, а не деревяшки.

Через полчаса Блейд понял, что на этом берегу изучено все, оставалось лишь перебраться через поток и внимательно обследовать просеку. Однако выполнить это было не просто. Моста больше не существовало, А река, довольно узкая, казалась слишком глубокой и быстрой; брода в окрестностях не просматривалось. Похоже, ему предстояло искупаться, несмотря на довольно прохладную погоду.

Отбросив свою дубинку, чтобы освободить обе руки, разведчик сбежал с косогора и решительно вошел в реку. Вода была прозрачна и холодна, словно только что вытекла из-под ледника на севере. Сильное течение подхватило его и понесли на середину реки с такой стремительностью, что толстые стебли камыша, за которые он инстинктивно цеплялся, лопнули, будто гнилые нитки. Поток мчался со скоростью десяти миль, и Блейд решил, что бороться с ним почти бесполезно, он едва мог шевелиться в этих ледяных струях. Наконец, перевернувшись чуть ли не вверх ногами, он врезался о какой-то подводный камень. К счастью, валун оказался гладким и покрытым толстым слоем смягчивших удар водорослей, но столкновение заставило Блейда встряхнуться и отчаянно заработать руками и ногами. Не хватает только на второй день пребывания в новом мире утонуть в каком-то жалком ручье! Внезапно разведчик почувствовал, что его усилия не пропали даром – он вырвался из стремнины. Еще через несколько минут он ощутил под ногами дно и в следующее мгновение вылез на сушу, цепляясь за корни и нависшие над водой ветви деревьев. Дрожа от холода, Блейд запрыгал на траве, размахивая онемевшими руками и пытаясь обсохнуть. Когда его перестала бить дрожь, он огляделся по сторонам.

6
{"b":"18028","o":1}