ЛитМир - Электронная Библиотека

— Такие желания как раз и возникают ночью… у нормальных людей, — пробурчал Блейд.

Глаза Гралии удивленно округлились; она явно не поняла намека. Ничего, детка, скоро тебе все станет ясно, мстительно подумал ее спутник; его преследовало видение нагих женских тел, трепещущих в объятиях друг друга. В молчании они прошли мимо покоев принца. Полуоткрытое окно в комнату Блейда чуть озарял огонек свечи; разведчик оперся о подоконник и прыгнул внутрь. Потом, не давая Гралии опомниться, шепнул:

— Иди сюда… так мы доберемся скорее…

Он вытянул руки, обхватил девушку за талию и втащил в комнату. Гралия с любопытством огляделась.

— Где это мы?

— У меня. В конце коридора — лестница в башню мудрейшего.

— Тогда пойдем, — она направилась к двери.

Блейд шел по пятам. Когда девушка поравнялась с его ложем, он быстро вытянул руку и слегка ударил ее в нервный узел под ухом. Без стона, как подкошенная, она рухнула на широкий диван.

Раздеть ее было делом одной минуты. Разведчик отшвырнул белый плащ, стянул перевязь с мечом и подмигнул бронзовому жеребцу. Вид у того был сейчас не насмешливый, а скорее жалобный: ведь он так и не сумел охранить честь хозяйки. Пихнув клинок подальше под диван, Блейд расстегнул панцирь и убедился, что груди Гралии великолепны. Все остальное им тоже не уступало, так что он начал поспешно стягивать тунику. Он проспал в одинокой постели двенадцать ночей и теперь намеревался отпраздновать тринадцатую без промедлений и самым достойным образом.

Когда он вошел, Гралия чуть застонала и очнулась.

— Блейд… что ты делаешь, Блейд…

Она пыталась сопротивляться, но он был гораздо сильнее. Вскоре стоны перешли в нервический смех, потом раздались вздохи и, наконец, она вскрикнула.

Блейд понял, что победа близка; его жертва не была фригидной и не страдала патологической скромностью английских девиц прошлого столетия. Вполне нормальная молодая женщина, думал он, убыстряя темп; просто она не знала ничего иного… ничего, кроме тех сомнительных удовольствий, кои предлагались в заветах Сата…

Тело Гралии изогнулось с такой силой, что она почти приподняла его; потом она замерла. Перекатившись на диван, Блейд с тревогой всмотрелся а ее лицо. Потеряла сознание? Нет, просто устала и немного ошеломлена… Он вспомнил Фарру — та тоже казалась удивленной. Итак, он мог теперь подвести итоги; второй опыт был успешно завершен.

Блейд, однако, не собирался останавливаться на достигнутом; приподнявшись, он посадил девушку к себе на колени. Теперь она не сопротивлялась, и все вышло еще лучше, чем в первый раз. Третья и четвертая попытки были столь же успешными, но тут Блейд остановился, вспомнив, что бедной девушке еще предстоит часа два или три караулить пустую галерею. Что подумают ее подруги, увидев, что она валится с ног?

Он положил головку Гралии себе на грудь и вдыхая аромат ее волос, нежно шепнул:

— Отдохни, малышка… похоже, мы перебили всех мышей в библиотеке мудрейшего…

Она фыркнула, потом, прижавшись к нему, сказала:

— Знаешь, оказывается делать это с мужчиной гораздо удобнее… и не менее приятно…

Блейд негромко рассмеялся, лаская шелковые локоны.

— Еще бы! Тебе самой почти не пришлось поработать! — Он помолчал. — Видишь ли, девочка, мир устроен так, что мужчина и женщина как бы дополняют друг друга. Они могут вместе рубить мечами врагов или готовить ужин у одной плиты — но это совсем не значит, что они одинаковы. Только тут, в постели, выясняется, что мы значим друг для друга… Да, тут, — и еще когда появляются на свет дети.

— Дети! — Гралия снова фыркнула. — При чем здесь дети? Каждая из нас обязана дважды в жизни встретиться с назначенным ей мужчиной и родить дочерей… исполнить свой долг. Но то, чем мы занимаемся ночью в постели или в траве под звездами то совсем иное! — и она снова прижалась к Блейду.

Нет, все-таки эта девушка ничего не понимала! Пустоцвет не мог сразу превратиться в плодоносящую щедрую смоковницу.

* * *

На утро Блейд поднялся в башню к Лартаку

— Прошлой ночью у тебя разболелась поясница, и ты пожелал, чтобы нежные женские руки растерли твою спину. Я привел к тебе девушку из охраны Гралию. Красивую, с длинными каштановыми волосами…

Старец кивнул.

— Обычно моей поясницей занимаются рабы, но идея, в принципе, неплоха. А где девушка была на самом деле?

— У меня. В моей комнате.

Проницательные глаза старика уставились на Блейда. Он долго молчал, покачивая головой и щуря глаза под седыми кустистыми бровями, потом сказал:

— Вижу, ты все уже знаешь, сын мой

— Знаю, — Блейд сухо кивнул.

Мудрец поднялся и начал по привычке мерить шагами просторную круглую комнату.

— Что же нам еще оставалось делать? — внезапно произнес он, обращаясь словно бы к самому себе. — Понимаешь, — он повернулся к Блейду, — женщины

— наша сила! Та сила, которая заставляет соседей дрожать, когда раздается топот копыт нашей конницы! Разве могли мы раздать их по десятку каждому мужчине, лишить свободы, привязать к детям, к дому? Да нас бы давно стерли с лица земли! Он остановился у полки и достал кувшин с вином. — Чтобы сохранить народ, Сат Прародитель или его жрецы в древности заповедал: мужчины мыслят и управляют, женщины сражаются, добывают рабов; невольники, воспитанные в покорности, сытые и многочисленные, трудятся. Но горе тому меоту, который смешает свою кровь с кровью раба или чужеземца! Меоты для меотов, женщины — для женщин, мужчины — для мужчин…

— Мне кажется, ты не одобряешь такой порядок, заметил Блейд.

— Да, не одобряю! — Лартак вскинул голову. Но я не совсем меот… я долго жил в чужих странах… в Райне… И там, сын мой, я знал женщин… вернее сказать — женщину… — глаза его вдруг погасли, словно подернувшись флером воспоминаний.

— Хорошую шутку сыграл с вами этот Сат, — разведчик налил вина и сунул чашу в руки старика. — Выпей, отец мой! И подумай — может, стоит пригласить тысяч десять крепких мужчин из Райны и нарушить древние заветы?

— Разве я против? — Лартак грустно усмехнулся. — Но ни жрецы, ни царь и его советники не согласятся. Зачем? Государство крепко. Да и что скажут сами девушки?!

— Царь, жрецы, советники — это ерунда. Сегодня они живы, а завтра плавают в крови с перерезанным горлом. — Блейд пренебрежительно махнул рукой. — Вот девушки — другое дело. Их надо уговорить… заставить, наконец!

Теперь на губах Лартака играла лукавая усмешка.

— Так, как ты уговорил Фарру в эстарде Шод? А эту красавицу с длинными каштановыми волосами, что растирала мне спину прошлой ночью?

— Что-то в этом роде, — пробормотал Блейд, что-то в этом роде, отец мой…

Глава 8

Пролетело еще несколько дней. Однажды Гралия пришла к Блейду в слезах

— ее все более тяготили отношения с Кавассой. Она продолжала любить ее даже сейчас, когда выяснилось, что «с мужчиной это делать удобнее», однако чувства девушки теперь склонялись в сторону безгрешной дружбы. Кавасса, однако, рассчитывала на гораздо большее. У Блейда хватало и своих проблем. Зирипод дважды встречал его в парке будто случайно, и его приглашения становились все более настойчивыми, юный принц тоже начал проявлять нервозность — видимо, его терпение истощалось. Скрывая отвращение, разведчик продолжал посещать его по вечерам, пытаясь нащупать способ, который позволил бы вывернуться из щекотливой ситуации. Возможно, Тархион согласился бы на замену? Симпатичная рабыня или, на худой конец, смазливый раб… Но Блейд знал, что лишь обманывает себя; принцу был нужен только он, и сын Сата вряд ли удовлетворился бы меньшим.

В один из таких вечеров Тархион сообщил про ожидавшийся вскоре парадный царский прием. Обыкновенно это мероприятие устраивалось по случаю крупных воинских побед или дипломатических переговоров и подписания всевозможных соглашений с соседями. И в этот раз аудиенция великого Дасмона носила дипломатический оттенок — в Меотиду с особой миссией прибывал посол Тагора, императора Райны. Миссия эта не являлась тайной; все в Голубом Дворце знали, что Силтар, райнитский посол, будет просить войска для очередной войны с Эндасом, вечным соперником империи на юге и востоке.

20
{"b":"18045","o":1}