ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Игра Джи
Масштаб. Универсальные законы роста, инноваций, устойчивости и темпов жизни организмов, городов, экономических систем и компаний
Против всех
Погружение в Солнце
Роза и шип
Жизнь и смерть в ее руках
Управление полярностями. Как решать нерешаемые проблемы
О чем говорят бестселлеры. Как всё устроено в книжном мире
Как не попасть на крючок
A
A

Его язык принялся вычерчивать таинственные узоры на ее гладкой, теплой коже, и Хоуп почувствовала необходимость извиниться, когда рука Алекса скользнула ей на бедро.

— Такая досада, что я в гипсе. По-моему, я похожа на кита.

Он поднял голову, с притворной задумчивостью глядя на ее безупречное тело, а затем медленно, невероятно медленно и осторожно развел ей ноги. Хоуп только судорожно вздохнула — говорить она не могла, в горле у нее совсем пересохло.

— Нет, ничуточки не похожа, — возразил он. — Искренность, знаешь ли, одно из моих главных достоинств. Твои доспехи, — он постучал по гипсовому панцирю, — меня не остановят.

— Алекс, — задохнулась она, — не может быть!

— Еще как может. — Его голос прозвучал весьма уверенно.

— Не может быть, чтобы ты…

— Может. — Он пригнулся, не желая слушать ее возражения, и под его ласками напряжение отпустило Хоуп. Ритмичные движения его языка становились все смелее, но ей уже этого было мало. Она попыталась сказать это ему, но только сильнее вцепилась в жесткие волосы.

Довольная улыбка появилась на лице Алекса — так торжествует победитель, с самого начала поединка уверенный в своей победе. Ему хотелось продлить ее желание, разжечь его до всепоглощающего пожара, чтобы она содрогалась и извивалась от страсти, выкрикивая его имя, стремясь слиться с ним без остатка. Никогда еще в жизни Алекс не испытывал большего возбуждения.

Он не сомневался, что ей еще не доводилось познать подобную близость, однако сейчас было не время размышлять над неожиданными открытиями.

Зажав язык между зубами, Хоуп в упор взглянула на Алекса, и в этот момент он сделал движение вперед и вверх…

Волна наслаждения, которая вознесла Хоуп на пик блаженства, застала ее врасплох, и каждая клеточка тела, каждое нервное окончание затрепетали от восторга. Выгнув спину, она выкрикнула имя Алекса, и почти сразу ее голос был заглушен его торжествующим стоном. Из глаз брызнули слезы счастья.

Сначала Алекс не на шутку встревожился, но, сообразив, в чем дело, принялся лаской успокаивать ее, и спустя несколько минут от слез осталась лишь легкая икота.

— Прости… — Хоуп даже не пыталась объяснить, как потрясло ее только что пережитое блаженство.

— Если не ошибаюсь, это комплимент. — Он коснулся губами влажной щеки.

— Вот именно. — Она прижалась к его груди, слушая глухой стук сердца.

Наконец Хоуп тоже уснула, а проснувшись, увидела, что Алекс рассматривает ее, приподнявшись на локте. Выражение лица у него было загадочным, но многообещающим.

— Привет.

Алекс вздохнул. Он был готов услышать упреки и раздражение, но от Хоуп, казалось, исходило лишь лучистое тепло.

— Привет, — хрипло отозвался он. Хоуп потянулась, закинув руки за голову и отводя со лба волосы, и Алекс подумал, что еще не встречал женщину, менее склонную к притворству, — это было тем более странно, если вспомнить о ее модельном бизнесе.

— И давно ты меня разглядываешь?

— Достаточно давно, чтобы узнать, что ты спишь как младенец.

— Просто у меня чистая совесть.

Он решил не принимать этого завуалированного вызова, а про себя подумал, что понятие «совесть» во многом зависит от того, насколько человек искренен с самим собой. Ему не верилось, что Хоуп может быть так откровенна. Так просто не бывает.

Простыня открывала полушария ее бледной, словно лепестки магнолии, груди, и из-под тонкой ткани дерзко выглядывал розовый сосок. Алекс благоговейно прикоснулся к нему и почувствовал, как бутончик напрягся, будто распускаясь.

— Ты уже узнал меня насквозь, а я тебя совсем не знаю. Так нечестно! — пожаловалась она.

Он поцеловал ей запястье и медленно провел языком до ямочки у локтя.

— Алекс?..

— Ммм…

— Тебе по душе долгие прелюдии, верно? — Как будто она не поняла этого вчера вечером! Он поднял голову.

— Мне приятно, если я доставляю тебе удовольствие. Неужели ты хочешь сказать, что ты не…

— Да нет! — Она нетерпеливо взмахнула рукой, с порога отвергая его предположение. — Дело в том, что иногда чувствуешь… О Господи, я пытаюсь выразиться поделикатнее, но у меня плохо получается… Иногда чувствуешь, что чем скорее… Если честно, стоило мне увидеть тебя, как мне захотелось… Чего это ты веселишься?

— Кто, я? — с кошачьим самодовольством отозвался он. — Ничего подобного, продолжай, пожалуйста. Очень интересно.

— Ах ты, мистер всезнайка! — Она вздохнула и вдруг схватила его за руку. — Вот что я чувствую. — И она подвела его руку к жаркому средоточию своей страсти.

Внутренний голос уже вопил, что она потеряла всякий стыд, но Хоуп было море по колено.

— Я хочу тебя, сейчас же! — Она застонала, когда он ответил на ее призыв.

— Мне надо подумать о вашем предложении, мисс.

— Хитрец, — выдохнула она. — Я люблю тебя.

Они сидели на кухне и с удовольствием ели горячий омлет. Вдруг дверь распахнулась, на пороге появился Лоам и стал вбивать снег с высоких ботинок.

— Там чертовски холодно и… — Он осекся, заметив наконец, что Хоуп не одна.

Через Дару мгновений он кивнул и снял перчатки.

— Кажется, пахнет горячим кофе?

— Милости просим, — пригласила Хоуп и приготовилась выслушать ехидные замечания. Алекс, однако, ничуть не смутился, и она с завистью взглянула на него, когда он вилкой подцепил и отправил в рот порцию омлета. «Мне нечего стыдиться!» — повторяла она себе, но неловкость не проходила.

— Что, машина сломалась? — поинтересовался ее зять и, налив себе кофе, присел на разделочный столик.

— Нет. Тебя что-то удивляет? — Алекс оперся о стол и в упор посмотрел на друга. У него в голосе не было никакой враждебности — одно лишь любопытство.

— С какой стати? — резко вмешалась Хоуп. Адама ей только не хватало! Мало ей Анны, которая достала ее расспросами о намерениях Алекса. Что ответить, если она сама ничего не знает наверняка? Алекс сказал, что живет только настоящим! «Здесь и сейчас — вот что самое главное!» — разве не так он говорил? Прочных отношений на таких принципах не построишь!

Мужчины с укоризной дружно покачали головами — она-то, глупая, не поняла, что они оба хотят ее защитить! Хоуп кожей ощущала происходящий между друзьями молчаливый разговор.

— Омлет, кажется, еще не остыл… — протянул Адам.

— Угощайся, если хочешь, — не слишком гостеприимно предложила Хоуп. — Только не вздумай сыпать афоризмами, или я…

— Меня уже нет. — Адам торопливо поставил кружку на стол. — Понимаешь, Хоуп, сегодня я попросил Анну не садиться за руль, так что, боюсь, тебе придется поскучать.

— Ничего, переживу. Не пойму только, как тебе удалось ее уломать.

— Весь фокус в том, чтобы убедиться, что это ей в голову пришла такая замечательная идея, — ухмыльнувшись, ответил Адам. — Алекс, мне кажется, тебе понадобится помощь, если ты не хочешь откапывать свой джип до вечера.

— Скажу спасибо.

— Если ты видел машину Алекса, то заранее знал, что он тут, — с опозданием сообразила Хоуп. — Ты с самого начала…

— Поддразнивал тебя? — закончил за нее зять. — Ты у нас редкая умница, Хоуп. — Посмеиваясь, он открыл дверь на улицу.

— И ты знал, что он знал! — с возмущением упрекнула она Алекса, но тот и глазом не моргнул.

— Мой «лендровер» припаркован у самой двери — Адам просто не мог его не заметить, — с олимпийским спокойствием ответил он. — Ты сама говорила, что не важно, если Адам узнает, что я ночевал у тебя, — напомнил он.

— Еще как важно! — Удивительно, до чего мужчины непробиваемы!

— Тогда, наверное, ты бы предпочла, чтобы я тайком улизнул на рассвете? — Он не сводил с нее глаз, и она поежилась под его взглядом.

— Нет. — Хотя так, конечно, было бы лучше. С другой стороны, проще пережить допрос любящей родни, чем видеть, как он потихоньку уходит, будто они совершили преступление. — Понимаешь, мне просто не по себе. Я не привыкла завтракать с мужчиной.

Темная бровь вопросительно взлетела вверх, и Хоуп охватила паника.

13
{"b":"18067","o":1}