ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Я предпочитаю прогонять их еще вечером. — Она нервно рассмеялась. Как ни странно, Алекс был более склонен поверить шутке, чем правде.

— Не повторить ли нам?

— Ты имеешь в виду завтрак? Он нетерпеливо нахмурился.

— Алекс, какой ответ ты хочешь услышать?

— Да или нет.

— И все? — Да, похоже, для него это действительно было все. Его не будут мучить угрызения совести и сердечные терзания. Он всего лишь удовлетворяет заложенный в нем природой аппетит.

— Нам с тобой решать, «все» или нет. И это тоже ни о чем не говорит, раздраженно подумала она. Что это — приглашение к долгим, стабильным отношениям или предостережение, чтобы она не теряла головы? Что за страсть к загадкам! Впрочем, поздно размышлять. «Просто люби, Хоуп, — беззаботно решила она. — Люби и будь, что будет».

— Да.

Не сказать, чтобы он ожидал ее ответа затаив дыхание, но вид у него все же был довольный.

— Сегодня я не смогу остаться на ночь — у меня гости.

Хоуп едва сдержалась, чтобы не фыркнуть.

— Ничего, — спокойно отозвалась она. «Без истерик, Хоуп, ты уже не маленькая!»

— Я заеду часиков в девять проведать, как у тебя дела.

— Не стоит.

— Хоуп, если тебе предлагают помощь, полагается вежливо поблагодарить.

— Щас, как же! — озорно отозвалась она. Нет, надо что-то делать, иначе она сойдет с ума, ожидая его.

— Перед уходом я нарублю дров — их почти не осталось. Хотя, может быть, предпочитаешь сама бродить по колено в снегу?

— Смотри, — приложив пальцы к кончикам губ, она растянула рот в улыбке, — я вежливо благодарю.

Как он рано! Это было первое, что пришло Хоуп в голову, когда она услыхала требовательный стук в дверь. С бьющимся сердцем она заковыляла в переднюю, проклиная костыли. Ей удалось с первой попытки отодвинуть засов и почти удалось скрыть блаженную улыбку.

— Ллойд! — Разочарование было так велико, что ей захотелось усесться на пол и расплакаться. — Откуда ты взялся?

— Я так и знал, что ты рассердишься; но может быть, ты все же впустишь меня? Мне пришлось оставить машину в двух милях отсюда. Честно говоря, золотко, если бы я знал, что ты заберешься в такую даль, я бы остался в гостинице — и плевать мне на угрызения совести. — Он подул на пальцы, и от его дыхания в морозном воздухе повисло белое облачко.

— Входи уж.

— И на том спасибо! Я боялся, что ты оставишь меня замерзать в чистом поле.

— Знаешь, звучит заманчиво, — сухо ответила она.

— Бедняжка, как тебе не повезло, — заметил он, когда Хоуп захромала впереди него.

— Все не так уж плохо, — едва заметно улыбнулась Хоуп. В последнее время жизнь, кажется, повернулась к ней своей радужной стороной.

— Ну, что мне тебе сказать? Я у тебя в неоплатном долгу.

— Только постарайся не забыть об этом, — ехидно откликнулась она. — Ступай повесь у сушилки — оно насквозь мокрое, — приказала она, когда он снял стеганое пальто. Впрочем, даже в тонком свитере Ллойд был крупным здоровяком. Его, наверное, даже можно было бы назвать красавцем — если кому-нибудь по душе заросшие щетиной крепыши с крючковатым носом. — Неужели ты не прослушал прогноз погоды перед выездом?

— Прослушал, конечно; но я же не знал, что ты живешь у черта на куличках.

— Зато теперь знаешь. — Хоуп улыбнулась: в голосе Ллойда звучало неподдельное возмущение. — Мне казалось, ты что-то рассказывал о своем детстве в горах.

— Это было в другой жизни, и я уже давно предпочитаю лимузины с кондиционером. Даже мозоли и те давно сошли. — Он вытянул вперед пальцы с безупречным маникюром.

Перед глазами Хоуп тут же возникли другие, сильные и мозолистые руки.

— Ты стал неженкой, — поддразнила она, пытаясь не отвлекаться. Стоит только подумать об Алексе — и она пропала.

— Каюсь и раскаиваюсь, — почти серьезно ответил Ллойд. Подвинув стул, он уселся на него верхом, опираясь о плетеную спинку. — Хочешь — верь, хочешь — не верь, но я не ожидал, что пресса с таким остервенением накинется на тебя. Мы с Ширли безмерно благодарны тебе за молчание. Политика — грязная игра, однако благодаря твоему прикрытию сын у нее только что получил пост в министерстве; так что теперь мы можем во всем признаться.

— Приятная новость.

— Моя бывшая половина спятит от злости, когда узнает, как мы ее провели. — В голосе Ллойда прозвучало злорадство.

— Значит, расставание было не слишком дружеским? По правде говоря, мне бы не хотелось снова становиться объектом ее внимания. — В последнем интервью Даллас наговорила о Хоуп кучу самых невероятных гадостей.

— Нет, Хоуп, теперь все кончено. Остается только надеяться, что бедняжка Ширли не дрогнет под натиском прессы, который нас ожидает. — Ллойд поймал на себе пристальный взгляд Хоуп и густо покраснел. — Понимаешь, Хоуп, ты так давно барахтаешься в этом дерьме, что наверняка тебе все уже безразлично.

«Вот спасибо!» — подумала она. Неужели он и вправду уверен, что ей нет дела до хамства репортеров? И все же приятно было думать, что фокус с переодеваниями подходит к концу.

— Давай выпьем за благополучное завершение.

— А я уж боялся попросить у тебя глоточек чего-нибудь. Нет-нет, сиди и не шевелись — я сам разнюхаю, где туг у тебя что. Между прочим, — заговорил он, стоя к ней спиной в другом углу комнаты, — у тебя нет случайно номера Сэма? Должно быть, я куда-то задевал его карточку.

— Вот оно что! — Хоуп покачала головой. — А я-то в простоте душевной решила, что ты действительно тревожишься о моем несчастном здоровье!

Ллойд, ухмыляясь, поставил на стол два бокала.

— Так оно и есть. Я, знаешь ли, даже цветы тебе привез, только они остались в машине. Просто подумал, что раз уж я здесь…

— То почему бы не выведать у меня, где сейчас Сэм. Ллойд, у парня медовый месяц. Он женат на моей сестре. Если я проболтаюсь, она перестанет разговаривать со мной.

— Вся штука в том, что у меня наклевывается один грандиозный проект, и Сэм будет рвать на себе волосы, если окажется за бортом.

— Преклоняюсь перед твоим альтруизмом, но отвечу все же «нет».

— Хоуп…

— Даже и не надейся. Ллойд сокрушенно вздохнул.

— Ладно, но я хотя бы попытался.

Несмотря на притворное смирение, Ллойд не успокоился и весь вечер пытался выведать у Хоуп нужную информацию. Она не обижалась — относительно Ллойда у нее не было никаких иллюзий. Он нравился ей, однако в бизнесе нет места дружеским чувствам. «Хваткий делец» — и это, пожалуй, было бы комплиментом в его адрес.

— Мне везет как утопленнику: повстречал-таки женщину, которая умеет хранить секреты! — пожаловался он, собираясь удалиться.

Хоуп проигнорировала эту бестактность.

— Фонарь у тебя есть? — поинтересовалась она, пока он застегивал пальто. — Вот эти перчатки должны на тебя налезть, — заметила она и вручила ему отцовские кожаные перчатки. — Если передумаешь — я угощу тебя ужином. — На самом деле она была рада, что он отказался. Алекс вот-вот должен был появиться, и опять пришлось бы выкручиваться.

— Дай-ка я проверю еще раз… Порядок, — согласился он, натягивая перчатки. — Сегодня полнолуние и небо ясное, так что фонарь мне не понадобится. Правда, там чертовски холодно, но к утру обещали оттепель, и, если я оставлю машину в чистом поле, мне уже нипочем ее не видать. — Он положил руки ей на плечи. — Ты придешь к нам на свадьбу?

— А не получить ли тебе сначала развод? — несколько охладила она его.

— Ты права. Но, знаешь, мы так долго жили каждый сам по себе, что я привык считать себя разведенным. Если честно, я был уверен, что никогда в жизни не захочу снова сунуть голову в петлю. Наверное, до встречи с Ширли у меня просто не было стимула расстаться с Даллас. Теперь я жалею, что не развелся сразу.

— Передай привет Ширли.

— Непременно. Знаешь, Хоуп, я никогда не забуду, как много ты для меня сделала, — с неожиданной теплотой заявил он и нежно поцеловал ее. — Ты лучше всех на свете.

— В самом деле? Я бы не стал делать такие опрометчивые заявления. — Арктический холод, ворвавшийся в дом из открытой двери, сошел бы за обжигающий самум рядом с ледяным тоном этих слов.

14
{"b":"18067","o":1}