ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Недоумевая, улучив момент между пинками, он выглянул из-за рук, и крикнул:

— Да в чем дело? Ты сама предложила перепихнуться!

— Урод, — кинула Маришка, продолжая лупить парня ногами.

— Если тебе нравится пожестче, то я согласен!

— Озабоченная скотина!

— Только немного полегче!

— Жалкое ничтожество!

— Я готов быть твоим рабом, госпожа! Ругай меня, ругай! Только бей полегче!

— Уже давно меня так не унижали! — заводясь все больше и больше, прошипела девушка.

— Если хочешь, могу унизить еще сильней! Только дай сперва отдышаться!

— Да кому ты нужен, ничтожество?!

Чувствуя, что и второе свидание проходит как-то уж слишком странно, Егор дал себе обет больше никогда не искать отношений с противоположным полом. Вдобавок после внушительной порции пинков он начал подозревать, что, возможно, Маришка пригласила его отнюдь не для плотских утех. Еще больше его подозрения укрепил кинжал, свернувший в руках разъяренной лесной.

И дальше отлеживаться в надежде, что девушка вдруг сорвет с себя одежду и, одержимая страстью, накинется на него, стало опасно, и Егор, выкинув руку, схватил служанку за лодыжку. Дернул ее ногу на себя, одновременно перекатываясь подальше от лесной. Сработало — ноги девушки разъехались широко в стороны, и она потеряла равновесие.

Мельком заглянув ей под юбку и к своему разочарованию обнаружив под ней какие-то уродливые, почти мужские труселя, Егор отпустил лодыжку, еще раз перекатился и, оказавшись на безопасном расстоянии, вскочил на ноги. К этому моменту девушка уже восстановила равновесие, а острие кинжала в ее руке летело к груди Егора. Впрочем, полу-мрак снова сыграл за незадачливого любовника — Маришка не смогла правильно рассчитать дистанцию, и Егор, дернувшись назад, легко избежал удара.

Тут-то до него окончательно дошло, что девушка действительно собиралась пырнуть его и что пора бы озаботиться спасением собственной жизни. Вот только кидаться с голыми руками на противника с ножом способен лишь полный идиот. Будь Маришка пониже и полегче, еще можно было бы попробовать отобрать у нее ножик, однако она ничуть не уступала в размерах Егору. К тому же нож она держала уверенно и крепко, не забывая про вторую руку, которой была готова или схватить противника, или блокировать его удар. Вариант действий был всего один — бежать. Только выход из зала загораживала девушка.

Крутанувшись на месте, Егор понесся к трону. Маришка побежала следом. Причем девушка оказалась довольно резвой и почти настигла свою жертву. От тычка ножиком под лопатку Егора спас лишь трон, ухватившись за спинку которого, он резко изменил направление. Обежав вокруг трона и при этом случайно своротив накрытый полотенцем фонарь, укатившийся в угол, он глянул, где там девушка, и, выругавшись, затормозил. Маришка не повелась на хитрость и замерла напротив, продолжая загораживать путь к выходу. От жертвы ее отделял только трон.

— Ну что, конец? Отбегался? — насмешливо спросила девушка.

— Да что тебе от меня надо, дура больная?! — крикнул Егор.

— Для начала я тебя кастрирую, — спокойно сообщила Маришка.

Мгновенно забыв про все, Егор во всю мощь легких заголосил:

— На помощь!!! Рикиши, помоги!!! Замбага, Фугадзи, кто-нибудь!!!

— Наверху тебя никто не услышит, — ухмыльнулась девушка. — Тебе никто не поможет.

Но помощь пришла. Правда, оттуда, откуда ее никто не ждал. И помог слепой случай.

Полотенце, которым был обернут укатившийся в угол фонарь, вспыхнуло. Пушистые, сухие ковры, гобелены и покрывавший все слой пыли были прекрасной пищей для огня. Пламя распространялось столь быстро, что, пока парочка поворачивалась к новому источнику света, полыхал уже весь угол тронного зала. И огонь не собирался останавливаться — пожирая гобелены, он стремительно полз вверх и растекался по устилающим полы коврам, с каждым мгновением становясь все выше и выше. Прикинув скорость, Егор пришел к выводу, что секунд через пятнадцать пожар охватит весь зал.

— Чертов кретин, — выругалась Маришка и, подняв руку, направила в сторону Егора кинжал.

Что она собиралась сделать, так и осталось загадкой. Снаружи донесся звон колокола, а после, умудрившись перекричать его, кто-то истошно завопил:

— Пожар!!! Замок князя горит!!! Пожар!!! Зовите магов!!!

Прошипев что-то невнятное, Маришка опустила кинжал, развернулась к окну, резко сорвалась с места и побежала. А дальше… у Егора отвисла челюсть, ибо девушка, прыгнув, пробила собой стекло и, полетев вниз, скрылась из вида.

Егору было очень интересно, почему эта маньячка решила вдруг спрыгнуть с высоты в полсотни метров и совершить самоубийство, однако времени на размышления не было — огонь подобрался вплотную к выходу из зала. Не мешкая, Егор понесся к двери и, пробежав сквозь тянущиеся к нему языки пламени, буквально полетел по темным коридорам к лестнице.

И снова ему повезло. Точнее, все произошло так быстро, что, пока замок, разбуженный звоном колокола, просыпался, Егору удалось незамеченным добраться до своей комнаты. Задвинув засов, он прислонился спиной к двери и медленно сполз на пол. Подойдя к нему, корова вытянула голову и лизнула ладонь человека. Погладив животное по морде, Егор произнес:

— Как же я рад тебя видеть, подруга. Похоже, в этом замке нормальные только мы с тобой.

Вытянув ноги, Егор принялся легонько биться затылком о дверь. Как же права была Камия, когда предлагала сбежать из замка князя. Ну почему, почему не послушал?! И как можно было так легко повестись на обещание незабываемой ночи?.. Хотя, стоит признать, ни князь, ни Маришка не обманули. Такую ночь действительно невозможно забыть. Ни за что на свете! Как бы сильно этого ни хотелось.

Надо сваливать, решил Егор. И поскорее. Завтра утром нужно спереть свитки и валить из этого дурдома. Не оглядываясь…

Глава 31

За двадцать пять лет жизни Егору доводилось просыпаться в самых необычных местах. И все по причине чрезмерных возлияний. Пару раз он просыпался в постели с девушками, о которых хотелось бы забыть, пару раз — с незнакомыми парнями, которые, к счастью, были одеты. Он просыпался в стогу сена, в парадной, посреди леса, в отделении милиции, в электричке на границе области, под кроватью, на балконе и даже в шкафу. Но такое с ним было в первый раз.

Открыв глаза, первое, что он увидел, — заляпанный чем-то красным потолок. Густая, выглядящая из-за тусклого освещения почти черной жидкость так обильно покрывала серые камни, что с них падали капли. Кап-кап-кап — доносилась до слуха непрерывная мелодия, к которой примешивались странные чавкающие звуки.

Скосив глаза, Егор понял, что красным заляпана даже стена. На губу с потолка упала капля, и, облизнувшись, Егор почувствовал знакомый вкус. После пары лет занятий боксом его просто невозможно перепутать ни с чем другим. Несомненно, это — кровь.

Что-то увесистое давило на живот, и он чуть приподнял голову: с его живота на него смотрела оторванная коровья голова. В стеклянных глазах животного застыло выражение ужаса и удивления.

Егор опустил голову на подушку и попытался припомнить, когда это вчера он умудрился так напиться, чтобы в беспамятстве отправиться спать на бойню. Однако не получилось вспомнить даже того, как пил. Да и голова была ясной и свежей. Он прекрасно помнил, что, ответив на пару вопросов Фугадзи, запер дверь и прямо в одежде завалился спать.

А потому выходило, что он находится в своей комнате. В которой кто-то, умудрившись не разбудить его, распотрошил корову и сейчас занимался тем, что, чавкая, поедал ее останки.

Сглотнув, Егор, стараясь не шевелиться и даже не дышать, покосился в сторону чавкающих звуков. Трудно было сдержать крик, но ради собственной жизни пришлось превозмочь себя.

Монстр был одновременно уродлив и чем-то притягателен. Он обладал тем видом очарования, каким обладает крокодил, варан или любая другая рептилия. Он выглядел хищником, единственное предназначение которого — убивать, и, раз сумел проникнуть в комнату сквозь запертую дверь, похоже, им и являлся. Покрытое грубой, иссиня-черной чешуей чудовище с человеческим телом сидело на корточках и впивалось острыми как иглы зубами в коровью ногу, отрывая за раз по куску размером с человеческую голову. Ростом оно было метра под три и имело четыре мощных, мускулистых руки, заканчивающихся длиннющими когтями. А его голова… она была просто ужасна. Человеческой формы, но без единого признака глаз, ушей или носа. Просто покрытая чешуей голова с широченной пастью, которая начиналась там, где у обычного человека расположены уши.

50
{"b":"180710","o":1}