ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Я уже разобрался, уважаемый князь, — не отрываясь от формул, кивнул Нидза. — Так, и последнее заклинание произвольно изменяет материю. Это с его помощью ваши предшественники превратили пограничный город Брагии со всеми его жителями в стекло?

— Верно. Удивлен, что ты, мальчишка, смог так быстро понять, как работают наши заклинания.

— Меня ведь не просто так считают величайшим магом за всю историю этого мира, — ответил Нидза. — Магия — часть меня. Я понимаю ее, я чувствую ее, я живу ею. И в благодарность она раскрывает передо мной все свои секреты. Поэтому, уважаемый князь, прикажите-ка своему духу исправить поддельные формулы на настоящие.

Бабиски восхищенно покачал головой.

— Хорош. Очень хорош. Жаль, что ты принадлежишь чужому роду. — Старик концом трости постучал духа по бедру. — Сквот, исправь формулы.

Повинуясь приказу, дух провел ладонью над бумагой, и линии нескольких формул пришли в движение, прямо на глазах меняя очертания. Закончив, Сквот кончиками пальцев подцепил лист и поднял его перед собой.

Вырвав из лапы духа бумагу, Нидза скрутил листок в трубочку, незаметно для горного сложил мизинец и большой палец одной ладони в кольцо и засунул руку со свитком в ложное пространство. Когда первородный вытянул руку обратно, в ней был зажат совсем другой сверток.

Руки старика задрожали от предвкушения, он произнес:

— Ну наконец-то.

— Все, как мы и договаривались, князь. — Нидза жестом предложил горному сесть на алтарь. — Располагайтесь поудобнее. Мне потребуется несколько минут.

— Побыстрее, — попросил Бабиски, присаживаясь на краешек алтаря. — Мне еще надо разобраться с непрошеным гостем.

Кивнув, Нидза развернул сверток и, поглядывая на старика, принялся читать нужное заклинание, на ходу разбирая незнакомые формулы. Напевное, монотонное бормотание первородного убаюкивало, по телу горного начало разливаться приятное тепло, его всего охватило тусклое марево свечения. Покалывая кожу, лучи света проникали под нее, и чем больше дряхлое тело старика впитывало в себя живительный свет, тем розовее и глаже становилась его кожа. Казалось, престарелый князь молодел прямо на глазах.

Спустя несколько минут Нидза умолк, и свечение вокруг горного угасло, позволяя разглядеть изменения в его облике: с лица князя бесследно исчезла незримая печать близкой смерти, он стал выглядеть свежее и бодрее, словно излечился от долгой болезни, годами разъедавшей его тело. И хоть Бабиски ничуть не помолодел и все так же выглядел дряхлым старцем, коим и являлся на самом деле, больше никто не посмел бы назвать его еще и немощным.

Свернув и спрятав сверток, Нидза произнес:

— Вот и все, князь.

Соскочив с алтаря, Бабиски чуть присел, хрустнув коленями, расправил плечи, похлопал себя по щекам.

— Как работает заклинание? — спросил горный.

— Оно активировало клетки тела и настроило их на восстановление. Это первая часть заклинания. Моложе вы не станете, просто начнете чувствовать себя так, как если бы всегда следили за своим здоровьем. Вторая часть заклинания резко замедляет все процессы в теле, за исключением мыслительных. Вы теперь будете стареть в несколько раз медленней прежнего.

Подскакивая от переполнявшей все тело энергии, Бабиски прошествовал к лестнице и, перепрыгивая через ступеньки, побежал вверх. Сделав полный виток, старик остановился в десятке метров вверху, встал на краю лестницы, глянул вниз и громко сообщил:

— Отлично, Нидза! Ты сдержал свое слово.

— Я всегда держу свое слово. А теперь разрешите откланяться.

Морщинистое лицо старика скривилось в мрачной гримасе.

— Эй-эй, не так быстро.

Издав тяжелый вздох, Нидза перехватил трость за заостренный конец.

— Опять вы за свое, князь. Как же я устал от вас. С вами просто невозможно вести дела.

— Неужели ты вправду думал, что сможешь уйти с секретами моего народа?

— Мы заключили сделку, — напомнил Нидза.

Растерянно моргнув, Бабиски закипел от ярости и заорал:

— Да за кого ты меня принимаешь, красноглазый ублюдок?! Я правитель горного народа, я последний из древнего княжеского рода, повелевавшего горными демонами со дня основания нашей страны! Я никогда не предам свой род! Продать тебе секреты великих магов?.. Ха, да ни за что! Я бы никогда не пошел на такое, даже предложи ты мне истинное бессмертие! Позор и бесчестие — страшнее какой-то там смерти!

— Почему-то я не сильно удивлен вашим словам, князь. И даже ждал их. Впрочем, главное, что заклинания уже у меня. — Нидза махнул тростью, разминая плечо. — Ну, нападайте, что ли, князь. Или мне начать первым?

Бабиски презрительно сплюнул.

— Не держи меня за идиота, малец. Я слишком стар, чтобы скакать тут, подобно горному козлу, и не настолько туп, как покойный князь-защитник лесных. Я не собираюсь мерятся с тобой силами, ты определенно сильнейший в мире. Поэтому я привел тебя сюда.

Повертев головой, Нидза повнимательней осмотрел помещение, но не сумел найти для тревоги ни единого повода.

— Сквот! — крикнул старик. — Я наверх, а ты займись беловолосым! Продержи его не меньше месяца. Чтоб он точно сдох.

Изобразив подобие улыбки, Сквот всем телом развернулся к первородному и проскрипел:

— Ни-идза, иди ко мне!

— Хотите изолировать меня? — ухмыльнулся первородный. — Разумно, но против меня это не сработает.

— Узко мыслишь, малец, — крикнул Бабиски, скороговоркой пробормотал заклинание и полетел вверх.

Когда горный исчез извиду, Нидза принялся неторопливо складывать заклинание перемещения.

— Не у-уйдешшшь! — прошипел Сквот и вперевалку поковылял к первородному. — Не пущуууу!..

Нидза поморщился.

— Даже не надейся запереть меня здесь.

— Нет, не прямо здесь, — замотал головой Сквот. Опустил голову и, глядя исподлобья, проскрежетал: — Я запру тебя в красном.

— Красном? — не понял Нидза.

— В крови земли.

— А если еще проще? — попросил Нидза, с тревогой прислушиваясь к нарастающему грохоту. — Что за красное?

— Это!

Стенки колодца на высоте в сотню метров взорвались, и вниз водопадом хлынула лава. Не прошло и нескольких секунд, как Нидза, Сквот, статуи в нишах и алтарь скрылись под глубоким слоем шипящей и пузырящейся лавы, источающей едкий дым. Потоками извергаясь из проломов в стене, ее становилось все больше и больше. Вскоре лава достигла уровня проломов, но даже тогда она не остановилась и продолжила прибывать, постепенно заполняя кажущийся бездонным колодец и неумолимо приближаясь к едва видимой точке света вверху, отмечающей вход в него.

Глава 43

По лицу градом тек пот, ноги тряслись под тяжестью ноши в лице командующего Йодера, который сидел на плечах Егора и кинжалом ковырялся между камнями в потолке.

— Ну, долго еще? — нетерпеливо спросил Егор, задрал голову вверх, и его тут же повело в сторону.

Йодер ладонью хлопнул парня по макушке.

— Стой смирно!

Кое-как восстановив равновесие, Егор возмутился:

— Слышь, ты! Не смей повышать на меня голос! И чего это только что было, дядя? Ты меня что, ударил?

— Да стой ты на месте! — Йодер с досадой покосился на намного более покладистого Глика, который, обессилев, валялся раскинув руки и с хрипами хватал ртом воздух. После перевел взгляд на Замбагу, но оценив его стать и размеры, предпочел отказаться от идеи оседлать первородного. Оборотень же сидел в дальнем углу, наблюдал за копошением сокамерников и изредка издавал раздраженный рык, от которого все мгновенно напрягались и покрывались холодным потом. Пока что зверь вел себя смирно, но, судя по всему, пребывание взаперти в четырех стенах заставляло его чувствовать себя крайне неуютно. Впрочем, из-за столь грозного и непредсказуемого соседа неуютно чувствовали себя абсолютно все.

— Да ты реально достал, мужик, — огрызнулся Егор. — Катаешься тут на мне уже полчаса, а результата ноль.

— Если хочешь жить, заткнись и замри, — велел Йодер и принялся тыкать лезвием в очередную щель в каменной кладке. — Единственное слабое место камер — это потолок. Именно через него выбрался оборотень.

75
{"b":"180710","o":1}