ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Мреко был поражен, что белые относятся с таким интересом к этой новой для них флоре и фауне; чтобы сделать им удовольствие, он часто уходил на поиски и всегда приносил им что-нибудь новенькое.

Так, однажды он подошел к Колетте, сидевшей на траве с Жераром, и положил на край ее юбки какой-то предмет, который она приняла за сухую травку. Так как девушка не обратила на принесенное особенного внимания, то Мреко, улыбаясь, громко сказал: «Киромбо! Киромбо!» — и при этом запрыгал от радости, как сумасшедший.

— «Киромбо»! — повторила Колетта, оглядываясь, так как знала, что этим словом называлось живое существо. Она подумала, что около нее какое-нибудь необыкновенное насекомое. Став на колени и взяв осторожно предполагаемую сухую травку, Мреко повторял: «Киромбо… киромбо… моио!» (оно живое!) — и показал ей, что то, что она приняла за травку, было насекомое. Оно принадлежало к семейству прямокрылых, которые своей неподвижностью и сходством с сухими травами, в которых они живут, вводят наблюдателя в полное заблуждение.

Колетта и Жерар, сопровождаемые Мреко, видели и другие примеры такого странного уподобления. Молодой негр научил их, как узнавать одну из самых опасных змей, кожа которой имеет такое сходство со стволами деревьев и сухими листьями, по которым она ползает, что с первого взгляда почти невозможно заметить ее.

В другой раз он прибежал за ними с пальцем, приложенным к губам, и повел тихонько на лужайку, казавшуюся испещренной тенью и проходившими лучами солнца. Когда он довел своих друзей до середины, то вдруг громко расхохотался и захлопал в ладоши. Земля точно зашевелилась, и вдруг со всех сторон поднялись зебры и разбежались в разные стороны. Получилась полная иллюзия; если бы не было очевидности этих бешено уносящихся животных, молодые парижане никогда не поверили бы, что они только что находились среди стада красивых животных, — до такой степени их шерсть походила на узоры, образовавшиеся на земле тенью и солнцем.

— Может быть, и львы желтые потому, что они живут в пустынях! — заметила Лина, которую очень интересовали эти вещи.

— Конечно, они уподобляются пескам, среди которых находятся, и могут незаметно подойти к добыче, а равно и скрыться от преследования.

— Точно также в Сибири медведи белого цвета, подобно снегу, — сказал Жерар.

— А крокодилы, которых мы видели на берегу большой реки, когда мы шли сюда! — воскликнула Лина. — Можно было подумать, что это простые стволы деревьев!..

Так разговаривали молодые пленники, интересуясь всем, что они видели нового в ближайшем лесу: они любовались ягуарами с желтыми пятнами, огромными бабочками, рассматривали саранчу, которая являлась для африканцев неизбежным злом, изучали ослепительную флору; но за всем этим они ни на минуту не забывали дорогих существ, с которыми несчастие разлучило их, и с трепетом ожидали, как и когда они избавятся от этого странного плена.

Однажды в одну из своих прогулок они поднялись на высокий холм, в соседстве с деревней. «Оттуда виден весь мир», — по выражению Абруко, соблаговолившего на сей раз присоединиться к ним.

Пробродив два-три часа, они собирались вернуться в деревню, как вдруг послышался пронзительный долгий крик, который быстро приближался к ним. Все остановились как вкопанные; из высоких трав, сминая их своим громадным туловищем, выбежал огромный разъяренный слон, с поднятыми ушами и хоботом и, не переставая, издавал крики от боли или от злости.

Путешественники посторонились и хотели бежать, но мастодонт приближался к ним, с теми же криками, и вдруг Колетта заметила, что он шел только на трех ногах, а четвертую держал поднятой, точно не мог вынести непосильной тяжести.

— Это животное страдает!.. — воскликнула молодая девушка. — Посмотрите… оно не может ступить на ногу!… Бедный!.. Он точно просит нас помочь ему…

— Это было бы трудно, — сказал Жерар. — Вот Мреко вылечит его по-своему, — добавил он, показывая, как молодой негр прицеливался в слона своим ассагаем. Ассагай полетел со свистом и вонзился в плечо слона.

Раздался бешеный крик слона, он хотел броситься, но, попробовав ступить на больную ногу, остановился, глухо заревев.

— Это животное ужасно страдает! — повторила растроганная Колетта. — Жерар, не правда ли, этот слон напоминает Голиафа, которого мы видели в зоологическом саду? Помнишь, как мы его любили?.. Я пойду к нему…

— Колетта, ты с ума сошла!.. О чем ты думаешь? — воскликнул Жерар, стараясь удержать ее.

— Нет, пусти меня!.. — возразила девушка; она не могла больше видеть страдания животного. — Разве ты не видишь, как он смотрит на нас!.. я уверена, что он просит нас помочь ему. Да, собственно говоря, не все ли равно, — быть раздавленной слоном или оставаться пленницей Абруко! — тихо сказала она. И не обращая внимания на мольбы Жерара, она вырвалась и бросилась к животному.

Негры, онемев от ужаса, молча смотрели на нее.

Колетта без малейшего страха подошла совсем близко к слону и стала уговаривать его ласковым голосом, как разумное существо. Вероятно, в ее голосе и взгляде была особенная власть, так как слон сразу перестал кричать и, устремив на девушку свои умные глаза, тихо застонал и приподнял больную ногу.

— Да, мой милый Голиаф, тебе больно, — сказала Колетта, гладя его. — Покажи мне твою лапочку… Поди сюда!.. Я тебе ничего дурного не сделаю!..

Она опустилась на колени перед мастодонтом и увидела, что в самую его подошву вонзилась огромная колючка, длиной сантиметров в десять. Колетта взяла его ногу и совсем спокойно и осторожно принялась вытаскивать колючку, пока наконец совсем не вытащила ее. Рана оказалась глубокой и уже была воспалена. Колетта сейчас же вытерла ее и обвязала свежими листьями, затем, поднявшись, вынула из его плеча пущенный в него ассагай и далеко отбросила его.

Трудно себе вообразить удивление негров и радость слона во время этой сцены. Животное начало кряхтеть с облегчением, ласкать хоботом молодую девушку, обнюхивать то ее прелестную голову, то ее тонкие и ловкие руки. Он весело зашевелил своими длинными ушами и завилял маленьким хвостиком. Его умные глаза выражали довольство и благодарность. Колетта, в восторге от своего успеха, гладила раненого, смеялась на его забавные выражения дружбы, точно имела дело с маленькой собачкой.

Опомнившись от испуга, присутствующие приблизились к странной группе и стали рассматривать нового друга Колетты. На негров слон поглядывал недружелюбно, если кто-нибудь из них подходил к нему слишком близко.

Удивительное явление, на которое неоднократно обращали внимание все исследователи Африки, — это предпочтение, оказываемое животными белой расе. На негров они яростно накидываются, давят их, разрывают на клочки, бодают, смотря по тому, какими средствами самозащиты их снабдила природа; для европейцев же они гораздо мягче. Самые свирепые слоны, буйволы и олени чувствуют хорошее обращение с ними; сколько было удивительных примеров их кротости и привязанности к белым, которые приручали их.

Колетта и ее спутники не знали этого. Но поведение Голиафа — его сейчас же назвали так — служило тому ясным доказательством. Поставив осторожно свою ногу на землю, когда путешественники двинулись в обрат— ный путь, он пошел сзади Колетты, как будто решив в своем уме всюду следовать за ней. Негры, все еще боявшиеся его, всячески старались прогнать его, но слон поворачивался к ним с таким угрожающим видом, что им поневоле пришлось отказаться от желания отделаться от него.

Он дошел с ними до самой деревни. Как только пленники пришли к своей хижине, Колетта побежала за бананами и апельсинами, которые Голиаф ел из ее рук с видимой благодарностью. Потом он направился к ручью, протекавшему около самого дома пленников, и начал пить воду большими глотками, после чего повернул в лес, и все думали, что он скрылся навсегда.

Но на другой день, рано утром Колетта нашла его стоящим неподвижно, точно на карауле, около ее жилища. Она осмотрела его ногу, промыла рану, которая стала уже заживать, переменила повязку и так же, как накануне, накормила своего друга сочными фруктами. Слон казался очень чувствительным к такой доброте; весь день он бродил недалеко от деревни, приходя время от времени к девушке понюхать ее лицо и руки. Колетта каждый раз ласкала его и приносила фруктов, которые слон съедал с наслаждением, так что к следующему вечеру они стали настоящими друзьями.

19
{"b":"18074","o":1}