ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Встала следующая женщина. Темнокожая женщина, которая принесла запись барабанной музыки. Она начала двигаться, одежда стесняла ее и поэтому она тоже разделась. Внезапно я поверила в предков и в силу, которая передается из поколения в поколение. Мы оказались в другом времени, в другом месте, на далеком континенте. «Вот это женщина.» Она стала властью и силой. Да, танцующая прекрасная сила. Невозможно представить, чтобы она ехала на работу в лондонском метро.

Потом встала третья женщина и я увидела, как танцует боль. Вы можете представить, как выглядит боль? Она кричала от горя и с отчаянием всех женщин. К этому моменту я уже не знала, в каком мы были столетии, или кто был со мной в комнате. И меня волновало, что у этих женщин короткие волосы?

Потом поднялась радость. Танцующая под старый попсовый мотивчик «My Sweet Lord». Она танцевала обнаженной перед своим Господом и я думала о своих жалких попытках выразить свои чувства к статуе Спасителя. Вот перед нами была женщина, благодарившая своего Бога своим танцем – благодарившая его за свою грудь, за свое тело, за свою жизнь. Мы радовались за нее. Мы все улыбались ей. Она излучала радость, делясь ею с нами, выражая полную свободу и любовь к себе. Благодарение. В англиканской церкви могли бы здесь многому научиться для проведения своего Праздника Урожая. Раздача консервов – это один способ выражения благодарности Богу за то, что нам даровано свыше. Но есть и другие.

Затем, как раз когда я уже была уверена, что сейчас растаю от удивления и напряжения, объявили обед. И вот я бродила по району Хайбери с женщинами, которым мне хотелось поклоняться больше, чем есть с ними пиццу. Они болтали, как будто такой способ самовыражения был для них привычным делом. А может, и был. Я жевала листик салата и размышляла, как И.С. Бах поможет мне в этой ситуации.

После обеда я увидела женщину-воина. Смейтесь, если хотите. Знаю, звучит абсурдно, но когда Вы видите, как перед вами появляется такой архетип, и Вы слышите рык женщины, все рассказанное о женщинах-воинах на уроках истории приобретает некий смысл. Она была в ярости, она была неистова. К моей искренней радости у нее не было оружия. Я могла поклясться, что на ней была надета козлиная шкура. Что-то из альбома доисторических картинок? Но на ней ничего такого не могло быть надето. До этого, когда она вставала с места, она выглядела как совершенно нормальная девушка в довольно привлекательном черном платье. Ни намека на то, что было под ним. Осторожнее, парни!

Наконец, подошла моя очередь. Я чувствовала себя так, будто вообще не рождалась на свет. Одна из женщин предложила мне простое белое платье, и оно показалось очень подходящим. Я была девочкой среди этих женщин, неважно, что я была старше многих из них. Раздались звуки музыки Баха, и я начала плакать.

Я смотрела на сидящих в кругу вокруг меня. На лица мудрых женщин, нашедших себя. Моей задачей было выпустить эту девочку и танцевать. Сделать хоть пару шагов.

Неудивительно, что мне всегда говорили перестать быть сильной и умной. Неудивительно, что я обычно умудрялась упомянуть в разговоре свой диплом с отличием. Стало вдруг очевидно, что моя мужская сущность была так сильна, потому что эта маленькая девочка была еще совсем младенцем. Мне казалось, что я люблю внимание, но сейчас я была абсурдно смущена. Я слушала Баха. Робко сделала шаг вперед, шевельнула рукой, подняла другую руку, медленно, под музыку. Мягко качнулась из стороны в сторону. Как и другие, сняла свою одежду. Я могла обнажиться, эмоционально или физически, и не стыдиться этого. Так Адам и Ева описаны в Райском Саду – «обнаженные и не стыдящиеся этого». Я не помню, чтобы когда-либо чувствовала себя такой уязвимой, такой юной, или такой любимой.

Я никогда не прислушивалась к этой девочке внутри себя. Я занималась сексом с мужчинами, с которыми на самом деле не хотела быть вместе. Словно насилуя себя, потому что я никогда не обращала внимания на собственную хрупкость. Предполагалось, что я увеличивала свою осведомленность, но я даже не научилась слушать себя. Мое лицо горело. Я улыбалась, пока они нежно заворачивали меня в простыню и поили водой.

Я уселась на стул с дурацким выражением лица, что-то вроде «заново родившаяся». Как я могла столько понять за какие-то три минуты? Мне следовало начать прислушиваться к этой стороне себя. Признать, что эта девочка существует. И я знаю, я всегда это говорю, но на следующих выходных я хотела заняться чем-нибудь действительно обычным. Чем-нибудь несерьезным. Может, посмотреть телевизор?

Последняя женщина закончила свое «посвящение». Я посмотрела на всех них. Подумать только, как я была убеждена, что мне нечему учиться у этих женщин. Мне казалось, я лучше них знала о том, что значит быть женщиной. Есть еще одна вещь, которую я усвоила за те выходные: глядя на людей, нельзя делать никаких выводов. Вообще никаких. Нам нравится думать, что мы много чего знаем, и что мы можем судить по внешнему виду. Или мне нравится. Я горжусь, что после двух минут знакомства буду знать о вас больше, чем вы сами о себе знаете. Но внешность может быть обманчива. Весьма обманчива.

Когда вы в понедельник отправитесь на работу, взгляните повнимательнее на девушку за стойкой администратора, на скучающего секретаря, в другом конце коридора, улыбающуюся няню или учительницу младших классов, с которой вы оставляете своего сына. Женщины – загадочные и могущественные существа. Любое из этих улыбающихся лиц может принадлежать дикой женщине, которую я встретила на этом семинаре. И она умеет рычать.

ШЕСТАЯ ФАЗА: ТАНТРИЧЕСКИЙ СЕКС? ДА! АД! ДА!

Итак, брошюрка в почтовом ящике приглашала меня на занятия по тантрическому сексу, а у меня никого не было. Везет, как обычно. Где были эти семинары, когда у меня последний раз был лишенный воображения любовник? И с какой стати я должна идти на этот тантрический семинар в одиночестве?

– Я хочу сказать, ты представляешь себе тип мужчин, которые мне встречаются? У них у всех хорошо развита женская сторона. У них у всех длинные, гибкие тела.

– И длительная, утонченная нервная дрожь, – вставила моя подруга Анна, когда я пожаловалась ей на свое затруднение.

– Они носят легкомысленную одежду, у них вечно растрепаны волосы, их улыбки теплы и полны симпатии.

– Они всегда дольше, чем нужно, пожимают тебе руку, глядя прямо в глаза, – усмехнулась она.

Еще чуть-чуть и я бы закричала.

Не то чтобы я думала, что от меня потребуется заниматься сексом (тантрическим, или каким-либо еще), с кем-то из этих мужчин. Но было бы неплохо, по крайней мере, хотеть этого. Сгорать от желания посвятить свое тело процессу обучения другого участника.

Может быть, мне стоило взять с собой чьего-нибудь мужа? Позвонить замужней подруге и сказать:

– Привет, Джули, я тут подумала... ты мне не одолжишь своего мужа на выходные? Я иду на курсы тантрического секса и мне нужен партнер, понимаешь, и... Джули? Алло?

Или, к примеру, я могла бы отправить по электронной почте, всем известным мне мужчинам, по другую сторону Атлантического океана, письмо следующего содержания: «Вам предлагается уникальная возможность. Отправляйтесь в Лондон (за ваш счет) и посетите семинар (опять таки, за ваш счет), посвященный... э... сексутолько не думайте, что я вам предлагаю...» О, Боже!

А может, попытаться счастья, пригласив незнакомца? В кафе «Старбакс», на Кингс-роуд я приметила весьма привлекательного официанта. Я могла бы сказать ему, что-нибудь вроде:

– Один мокаччино, пожалуйста, и, кстати, я хотела вас еще кое о чем попросить... Я тут подумала, не хотите ли вы присоединиться ко мне и провести уикенд на семинаре по тантрическому сексу?

Он бы наверняка улыбнулся мне улыбкой, полной сострадания, и ответил:

– Я гей, простите, – а я, умерла бы со стыда, и ноги бы моей больше не было в этом заведении.

Но, тем не менее, надежда найти партнера для семинара все еще теплилась. Человек, которого организаторы мне сосватали, чтобы подвезти меня до места проведения семинара, оказался независимым продюсером теле и кинофильмов. Проведя небольшое расследование, мне удалось выяснить, какой компанией он владеет и какие фильмы у них на счету. Может быть, мне повезет, и я одним махом улажу вопрос, как с работой, так и с личной жизнью?

18
{"b":"18100","o":1}