ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Итак, была ли я в действительности взаимозависимой? В брошюрке, которую мне прислали, был список тестовых вопросов, чтобы помочь мне определиться с моими недостатками.

Отвечать надо было: «Всегда», «Обычно», «Изредка», «Никогда».

В разделе под названием «Уступчивость» я показала себя с лучшей стороны. Почти сплошные «никогда». Я никогда не стремлюсь взять на себя ответственность за чужие поступки. У меня нет никаких проблем с выражением чувств и эмоций. Я не боюсь гнева. Я никогда не боюсь высказать свое мнение, если оно отлично от мнения собеседника. Я не идеалистка. Я не жертвую собственными принципами ради того, чтобы нравится кому-то или избегать конфликтов. Я не позволяю себе долго зависать на проблемах, которые причиняют мне боль. Тут все было в порядке.

Затем последовали вопросы под заглавием: «Значение контроля в вашей жизни»

Ох-хо-хо.

«Часто ли вы даете советы и указания другим люди, если вас об этом не просят?» – Всегда.

«Вы хорошо разбираетесь в чувствах других людей?» – Да.

«Вы умеете сохранять спокойствие и помогать другим людям в кризисных ситуациях?» – Да, всегда.

«Вы верите в то, что большинство людей не способны позаботиться о себе в одиночку?» – Да, и я не исключение.

«Вы можете спокойно видеть, как кто-то страдает?» – Нет, и, как правило, тут же кидаюсь давать непрошенные советы.

Выходит, я зациклена на контроле? Помнится, один мой бойфренд говорил мне:

– С тобой очень легко, до тех пор, пока все идет по-твоему. И так как по-твоему все выходит просто отлично, я не вижу, почему бы не позволить тебе управлять ситуацией.

Я его бросила. Наверно именно потому, что он всегда стремился поступать по-моему.

Хм. Так или иначе, это случилось три года назад, и я уверена, что достаточно продвинулась в духовном плане с тех пор.

Ну, или думаю, что уверена. А может быть, не так уж я в этом и уверена. Может, мне стоит посетить все шесть собраний для того, чтобы выяснить наверняка?

Когда пришло время для второй встречи в другой части города, я успела вновь убедить себя в том, что мне это не нужно. Фиона настаивала на своем желании отправиться вместе со мной. Она, видите ли, взаимозависима. Я же была твердо намерена идти одна, чтобы доказать себе и другим, что я независимый человек. Жалко конечно, потому что я люблю компанию.

Это собрание оказалось для меня очень трудным, по весьма странной причине. Общение в группе было построено так, что ты никому и ничем не должен помогать.

Забавное испытание для меня. К примеру, встает человек и говорит: «Я так зол! Я не знаю, как справиться с гневом». Его просто трясет от злости. У меня в сумочке лежит брошюра, на которой написано «Как справиться с гневом – несколько советов о том, как избавиться от негативных эмоций». Итак, вы подумали, что мне нужно дать ему эту брошюру? Поздравляю. В таком случае, вы тоже взаимозависимы.

Понимаете, он же не подходил ко мне и не говорил что-то вроде:

– Изабель, вы случайно не знаете какого-нибудь способа управления негативными эмоциями?

Если я дам ему эту брошюру, даже если я «случайно» оставлю ее на его стуле, или подброшу в сумку – я дам ему непрошенный совет, так ведь? Непрошенный совет: минус десять очков, и штрафной ход.

Одна женщина заговорила со мной после занятия.

– Мне так тяжело и болезненно дается работа над собой, – сказала она, обращаясь ко мне.

«Хм, понятно», – было бы правильным ответом. А я, разумеется, широко улыбнувшись, ответила:

– Так не должно быть. Вы можете сделать этот процесс увлекательным и приятным. Вы когда-нибудь слышали о тренингах по Поиску Сути?

Мой случай явно клинический.

К счастью, у меня есть отличный тренажер дома – моя дочь. Я могу ежедневно до посинения практиковаться в том, чтобы не давать ей лишних советов. Может быть тогда она сама начнет интересоваться моим мнением?

«Мам, стоит ли мне сейчас выключить телевизор и заняться уроками?»

«Скажи, как по-твоему, можно детям курить или нет? Мне интересно, что ты думаешь по этому поводу...»

«Как ты считаешь, что лучше: слушать радио или заниматься на фортепиано?»

Я определенно не испытываю недостатка в ежедневной практике.

Что касается Фионы, я вдруг обратила внимание на то, что она постоянно дает мне непрошенные советы. И это меня бесит. Мы договорились, что она больше не будет мне ничего советовать, и наоборот. Сделав это, мы мгновенно почувствовали жесткие ограничения в общении. Пришлось изобретать самые разнообразные способы для того, чтобы повлиять друг на друга.

– Мне очень помогло в свое время осознание того, что жизнь нужно принимать такой, какая она есть, – говорит она, притворяясь, что просто делится со мной историей из своей биографии, когда думает, что я слишком сильно зацикливаюсь на проблемах.

Но я здорово научилась ловить ее на этом.

– Ты что, пытаешься дать мне совет?

Или, к примеру, если у нее депрессия, я говорю что-нибудь вполне невинное, вроде:

– Я читала утром один журнал, пока была в спортклубе, где говорилось, что девяносто процентов депрессии можно снять с помощью физических упражнений.

– Спасибо за совет, – саркастически отвечает она.

Тема третьего собрания была такой: «Сделайте переоценку ценностей и научитесь признаваться самим себе и другим в том, что бываете неправы».

Неправа? Я? Нет. Я готова признать, что иногда допускаю неточности в суждениях и бываю чересчур резка, но, по сути, я всегда права. Если это место для людей, которые неправы, то я тут точно лишняя. Я мысленно припомнила ситуацию, в которой подруга обвинила меня в том, что я неправа...

Честно говоря, это было всего пару дней назад.

– Ты иногда бываешь такой самоуверенной, – заявила она.

Разве я ответила на это: «Я была неправа, прости. Мне следовало выразиться иначе»?

Нет. Я подумала: «Все женщины дуры».

Святые угодники...

Если я начну постоянно думать, что и как я говорю и делаю, надо мной нависнет страшная опасность – стать более привлекательной особой. Мне все больше и больше не нравилась эта программа.

На четвертую встречу я тоже пришла одна, чтобы увериться в том, что я действительно прогрессирую. Мне удалось выскользнуть из дома утром, в воскресенье, раньше, чем Фиона успела бы позвонить и предложить свою компанию.

В этот раз тему собрания выбирали общим голосованием. В итоге, все сошлись на «Прощении». Я уселась в кресло и затихла. Я решительно не желала разговаривать на эту тему. Не то чтобы я вообще не умела прощать людям (включая, саму себя) их несоответствие мои идеалам, но двоим-троим – уж точно.

Единственной причиной, заставившей меня вести себя тактично по отношению к моему бывшему мужу, был совет Оскара Уайльда: «Всегда прощайте своих врагов. Ничто не раздражает их так сильно».

А в это время собрание шло своим чередом. Уже чуть более просветленные взаимозависимые люди вновь делились самыми сокровенными мыслями и чувствами. Порой они действительно говорили правду.

Кто-то говорил о прощении перед лицом ярости. Кто-то о необходимости простить те жестокости, через которые им пришлось пройти в детстве. Я опять почувствовала себя лгуньей и притворщицей.

«Прощение».

Эта беседа была попыткой научится вынимать бревна из своих глаз, вместо того чтобы выискивать соринки в чужих. Самым трудным вопросом был следующий: «Как простить того, кто не раскаивается в содеянном?»

Помимо главной темы дня, ведущие обратили наше внимание на саму систему «Двенадцать Ступеней». Я не буду вам рассказывать о ней подробно, потому что иначе не смогу удержаться и не надавать непрошенных советов.

Как поистине развитый духовно человек я постараюсь просто продолжать рассказывать свою историю. На этом собрании мы обсуждали последнюю, двенадцатую ступень. Для тех из вас, кто пока еще не знает всей правды о своих зависимостях, я расскажу, что первая часть двенадцатой ступени начинается так: «Попытайтесь через молитву и медитацию прийти к осознанному контакту с Богом, как мы Его понимаем...»

24
{"b":"18100","o":1}