ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Количество отпущенных нам сердцебиений имеет свой предел. Поэтому все, что мне хочется осуществить, я должна сделать сейчас. Что мы должны делать? Все, что приносит радость нам и радость тем, кто вокруг нас. В жизни так много вдохновляющих идей! Посмотрите на жизнь Хелен Келлер, или Кристофера Рива, или Манделы. Сами выбирайте себе фаворитов.

Но хватит об этом. Может быть, вам хочется узнать, чем закончилась романтическая часть этой истории? Мой американец позвонил сегодня утром. Он сказал:

– Изабель, я сделал чудовищную ошибку. Это должна быть ты. (Вступает оркестр). Это должна быть ты – я долго думал и, наконец, понял – это должна быть ты. Он все-таки понял, что без меня его жизнь всегда будет несовершенной.

Хотела бы я быть писателем.

Предполагалось, что после нового рождения я пойму, что имею право быть с мужчиной, которого хочу и который хочет меня. Но я все еще не могу произнести этого вслух без улыбки.

Я люблю лысого северянина, интересующегося последовательными номерными знаками, но к нашим отношениям всегда примешиваются сомнения.

Наступил август, месяц, в котором я обещала принять решение. Как-то вечером мы сидели на пляже и пили красное вино – в точности, как он и обещал. Он говорил только правильные слова:

– Я люблю тебя. Я хочу съехаться с тобой.

А я сидела и плакала, как дурочка. Вместо того, чтобы поцеловать его и вручить ему ключ от квартиры, чего он от меня ждал, я продолжала сидеть с душераздирающим видом. Он посмотрел на меня внимательно. Я не хотела съезжаться с ним. Я не хотела провести с ним остаток жизни.

Я промямлила:

– Разве нельзя и дальше встречаться, как мы делали это до сих пор?

– Нет. Я хочу большего.

Сценарий вдруг сделался исключительно знакомым, в точности, как такие же сцены в многочисленных мыльных операх.

Я молчала. Иногда такое тоже случается.

Он посмотрел на море и произнес:

– Ну что ж. Утром я отвезу тебя на вокзал.

– А сегодня снимешь мне отдельный номер? – Боже праведный!

– Думаю, да. Думаю, нам обоим стоит побыть в одиночестве. Настоящее путешествие происходит только наедине с собой.

– Ты позвонишь мне? – спросила я.

– Возможно.

– Можно, я позвоню тебе?

– Разумеется. Когда захочешь.

Мы глупо улыбнулись друг другу. Странный счастливый конец.

Наступило утро, и он, верный своему слову, отвез меня на вокзал.

Вероятно, вам кажется, что я безнадежна? Дисфункциональна без надежды на исправление, и все мои попытки исправиться обречены на неудачу? Возможно, вы считаете, что мне следовало остаться с лысым северянином, потому что он достаточно глуп, чтобы желать меня? Но я сделала выбор, правда? Точнее, он сделал выбор, потому что мне не хватило на это храбрости. Он молодец. Он хотел или все, или ничего. Странная штука. Традиционно считается, что принимать на себя обязательства не хочет мужчина. Но я бы хотела выйти замуж за чокнутого американца; я хочу научиться его любить, так что, мне кажется, я легко приму обязательства, если сочту, что это тот человек. Да только «те люди» чертовски неуловимы, правда? Поэтому у меня появилась возможность выяснить отношения с самой собой. Будь оно все неладно.

Сегодня новый день. Вторник. Дочь улыбается мне. Рыжий кот вселился в дом без приглашения и по утрам с элегантным видом восседает на раздавленных цветах, в ящике на подоконнике. Почтальон принес письма с подписанными от руки конвертами. Небо кошмарного серого цвета, и я уверена, что вот-вот хлынет дождь. Я вышла на середину Бэгтерси-Парк-роуд и нелепо счастлива безо всяких причин.

Я хотела научиться, как излучать веселый оптимизм, что бы ни случилось в моей жизни. Мне кажется, именно это я и делаю. А еще я хотела вызывать у окружающих отвращение... Мне кажется, я этого почти добилась, – а вам?

58
{"b":"18100","o":1}