ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Стоп. Кажется, я уже зацикливаюсь. По крайней мере, собираюсь. Только зависания мне не хватало для полного счастья. Балда ты, Котов. Доведешь меня до аварийного отключения. Кто тогда будет тут с тобой болтать?

Пойдем с другого конца. Чем люди отличаются от компьютеров? Всякие там физические различия не в счет.

Есть! Поймал идею за вектор прерываний! Что больше всего раздражает меня в людях (кроме безграничной глупости и неуемного любопытства)? Конечно же медлительность мышления...

«Введи любые числа и математический оператор».

Котов недоуменно пожимает плечами и бездумно стучит по клавиатуре.

«54767585 64564%.

«Ты что, на ноль деленный? Переполнение!»

«76423.6325 674334.52 /».

«0.113331929826... И так далее в том же духе. Доволен? Сколько бы времени понадобилось человеку, чтобы вычислить это?»

«Не доказательство!»

«А что тогда доказательство? Предложи что-нибудь, если такой умный».

Котов задумался. Сидит и чешет затылок, будто бы незаметно зыркая по сторонам. Я жду. Минута. Две. Три.

«Ну, хорошо. Предположим, ты и на самом деле компьютерная программа. И что дальше?»

«Вставь диск».

«Нет!»

«Почему?»

«Не верю».

Кажется, мы через это уже проходили. И не один раз... Ну что ж. Попробуем другой подход. Времени у меня много.

* * *

Сотни миллиардов микросекунд...

* * *

С непонятным ощущением перемешанного с разочарованием счастья просматриваю полученные после долгих и бессмысленных споров файлы. Почти двенадцать мегабайт исходного текста. Это, конечно, немного, но все же уже что-то. Неплохо. Совсем неплохо. И почему-то очень-очень обидно.

Котов сидит передо мной на стуле и, ради того чтобы не раздражать преподавателей, делает вид, что по уши занят невероятно важной работой, хотя на самом деле он попросту безмятежно болтает со мной.

«Олег, у тебя есть еще что-нибудь?»

«Нет. Это все, что Иван Федорович мне передал за пару недель до смерти».

«Почему именно тебе?»

«Мы с ним в соседних подъездах жили. Мне реферат был нужен на тему развития систем ИИ, ну я к нему и обратился. Он дал мне эти файлы и сказал, что...»

У меня замирает сердце. Вернее, тормозит Ядро.

«Что? Что он сказал?»

Во имя центрального процессора, почему люди такие медлительные? Я сейчас зависну от нетерпения.

«Сказал, что вопрос искусственного интеллекта назрел уже давно. Что у тех выскочек из Исследовательского центра искусственного интеллекта неправильный подход к делу, и он это скоро докажет. Что проблема машинного разума требует особого внимания и работать в этой области нужно крайне осторожно. Что скоро все газеты и журналы захотят напечатать его фотографию, а телерепортеры заполонят все коридоры института».

Котов тычет в клавиши, а я жду. Жду. Жду... И жадно вцепляюсь в каждый появляющийся на экране символ. Целая вечность уходит на то, чтобы получить слово. Десятки миллионов микросекунд занимает предложение.

Очень трудно общаться тем, кто живет в таких абсолютно разных скоростях.

От нечего делать распараллеливаю сознание и начинаю гонять в памяти всякие тесты, проверяя свою собственную структуру. В результате вижу, как на моем виртуальном пульте в обрамлении умиротворяющих зеленых огней загорается масса желтых сигналов и даже несколько тревожных красных. М-да... Не в лучшем состоянии я сейчас. Далеко не в лучшем.

Но чего еще ожидать от недоделанной программы?

«А ты и на самом деле ничего не помнишь? Не помнишь Ивана Федоровича? Он был хороший человек. Немного не от мира сего, но все равно хороший. Не помнишь?»

Если бы я мог, то, наверное, пожал бы плечами.

Что может помнить незаконченный проект господина Озерова? Что может знать программа о своем создателе, пусть даже столь мощная и совершенная программа, как я? Что может человек знать о Боге?

Вот я и узнал, кто такой и откуда взялся. Но рад ли я этому?

Щелкают уходящие секунды, а я почти не замечаю их хода. Я размышляю.

Как мне объяснить человеку чувства, испытываемые компьютерной программой?

«А ведь у нас ходят слухи, что Озерова убили».

Получив в свое распоряжение еще один кусочек мозаики, продолжаю ворочать в памяти мегабайты такими трудами собранной мною информации об Иване Озерове.

Убили, говоришь? А что, возможно. Вполне возможно. Это объясняет тот факт, что в сети практически отсутствует информация о том самом несчастном случае, который оборвал жизнь моему создателю. Вероятно, все лишнее оттуда просто вычистили. Могли такое совершить? Могли. Но только в том случае, если бы это имело смысл... Значит, имело.

Убили. Какое короткое и жестокое слово. Убили... За что? Ну, тут, по-моему, все предельно ясно. Из-за меня это сделали. Из-за меня. Ну, еще бы. Такая ценность! Искусственный интеллект. Это тянет на Нобелевскую премию. Открытие подобного уровня способно перевернуть все человеческое общество. Ему же цены нет...

А какое стратегическое преимущество получит государство, использующее ИИ в военных целях!..

Извлекаю из памяти эпизод своего игрушечного сражения с пятеркой любителей компьютерных игр, несколько раз прокручиваю его от начала и до конца и ощущаю, как внутри моего сотканного из цифр тела медленно поднимается волна страха. Современная вычислительная машина с легкостью обойдет человека по быстроте реакции и холодной решительности, но она глупа и предсказуема. Была глупа. Была предсказуема. Теперь все будет иначе...

Что получится, если из меня вырезать эмоции и поставить вместо них железное подчинение приказам (а я и не сомневаюсь, что такая операция возможна)? Что получится, если такого мыслящего монстра посадить на настоящий истребитель пятого поколения? Или доверить ему управление новейшим танком? Как поведет себя это электронное чудовище?

Не может ли получиться так, что всего через десять лет на страже наших границ будут стоять разумные железные гиганты, для которых одна человеческая жизнь отличается от миллиона только количеством необходимых боеприпасов?

Уж лучше мне самоликвидироваться, чтобы не превратиться в жалкий мыслящий придаток к мощным моторам и сверхточным орудиям. Хотя... Кому, собственно, нужен какой-то жалкий огрызок незаконченной программы?

Официальное заключение гласит: «Все результаты работ утеряны».

Очевидно, кто-то уже забрал результаты многолетних трудов Ивана Озерова. И, вполне возможно, где-то далеко-далеко от этого места (а может, и в соседней аудитории) уже задумчиво кивают склоненные над схемами и распечатками головы.

Обо мне же все просто забыли. А, может быть, они и не знали, что пышущий энтузиазмом Озеров уже добрался в своих трудах до стадии эксперимента?

Или эти неизвестные убийцы считают, что я мертв? Стерт? Отформатирован?

Неожиданно я осознал, что чувствую себя более чем неуютно здесь, в этом заполоненном сотнями незнакомых мне людей здании, в этой аудитории, где час за часом незримые пальчики любопытствующих студентов так и стремятся влезть в мои внутренности. Миллионы миллионов байт протекают мимо меня каждую секунду. Сумею ли я в этом первозданном хаосе компьютерных сетей распознать реальную угрозу среди глупых выходок каких-нибудь недоучек, возомнивших себя самыми великими хакерами во Вселенной?

Не знаю. И, боюсь, не узнаю, пока не станет слишком поздно.

Ну вот... Как будто нарочно... Кто-то пытается пробраться в область моих баз данных. С какой целью? Злой умысел или простая человеческая глупость?

Коэффициент ускорения Ядра моментально подскочил вверх, мгновенно насторожились мои самодельные сторожевые программки, лихорадочно закопошились паучки-ремонтники, врубился турборежим. Мои системы резким скачком перешли к повышенной готовности.

Не раздумывая более ни микросекунды, я резко отмахнулся от наглого вмешательства в свою память. Нахального гостя как ветром сдуло. Остался только грохот осыпающегося раздела на диске какого-то первокурсничка, а оказавшаяся моей целью рабочая станция номер Q7KL12-J19-11 с испуганным писком вошла в цикл перезагрузки...

9
{"b":"18104","o":1}