ЛитМир - Электронная Библиотека

– Кто наставлял тебя в твоих обязанностях? Будем надеяться, что это не Камден.

– Тереза Озбалдестон, – пробормотала Кэро, потершись щекой о его руку. – Она довольна, что я не прячусь от людей.

Значит, нужно последить за леди Озбалдестон. Не хватало еще, чтобы он допрашивал Кэро, пытаясь выведать ее секреты.

Если у него и оставались сомнения в том, что он хочет ее, именно ее, всегда видеть рядом с собой, последние два вечера их развеяли окончательно. Но тут и крылась самая главная проблема: его профессиональная жизнь была самым мощным мотивом, побуждавшим жениться как можно скорее. Те же самые аргументы, которым она противилась сильнее всего. И разве можно осуждать ее за это?

Женитьба… Чем дольше Майкл думал об этом, тем больше убеждался, что она должна быть основана не только на профессиональных интересах и тем более не на чувстве долга. Он не станет жениться по этой причине.

Лежа в тепле смятой постели и отдаваясь подбирающемуся сну, слыша легкое дыхание Кэро, ерошившее волосы на его груди, чувствуя нежность ее тела, обещавшую больше, чем любые слова, он сознавал собственное нетерпение и одновременно понимал необходимость выждать.

Позволить ей самой принять решение. Никакого давления, никаких убеждений…

И, уже засыпая, он вдруг подумал, что, может быть, следует предпринять что-то другое…

Талант к мягкому, но настойчивому воздействию был присущ всем великим политикам. Майкл относился именно к таковым.

Наутро, оставив Кэро листать дневники Камдена, Майкл отправился на Гроувенор-сквер. По дороге он твердил себе, что не должен прибегать к давлению или убеждениям. Существуют и другие средства. В конце концов дела говорят за себя громче, чем слова.

Онория оказалась дома и пришла к нему в гостиную. За ней бежали дети.

Послушно восхитившись новыми мячами Себастьяна и Майкла и пощекотав Луизу под подбородочком, он умоляюще взглянул на сестру. Та немедленно выставила своих отпрысков, велев поиграть на газоне, где уже ждали нянюшки.

– Ну вот, а теперь говори, в чем дело, – потребовала она, встав на пороге.

Майкл подошел ближе, предоставляя ей следить за проделками сыновей.

– Я хочу жениться на Кэро, но… видишь ли, их с Камденом брак был основан на голом расчете. Камдену были необходимы ее таланты. Кроме того, он сумел предвидеть, что из нее выйдет прекрасная жена дипломата. Разумеется, эти качества мне тоже необходимы, но сознание этого только отвратит Кэро от второго брака.

– И я вполне се понимаю, – объявила Онория. – Камден был намного ее старше.

– Именно. Это был брак по расчету. Расчету Камдена. Кэро, конечно, ничего не подозревала.

– О Господи! – ахнула Онория. – Значит, если ты сделаешь предложение…

– Тогда у меня не будет ни малейшего шанса ее завоевать, – мрачно кивнул он. – Для того чтобы Кэро стала моей, нужно больше. Гораздо больше. Поэтому я и пришел к тебе. Хочу спросить, почему ты вначале так противилась браку с Девилом, а потом вдруг передумала и согласилась? Что качнуло весы в его пользу?

Онория молчала.

Она прекрасно понимала, что хочет знать брат. Но унеслась мыслями на семь лет назад, к давно прошедшему лету. Как объяснить, что побудило ее стать женой Девила? Воспользоваться шансом. Ответить на вызов. Поднять перчатку, так неожиданно брошенную судьбой у нее на пути.

Как можно объяснить неодолимую тягу, головокружительный соблазн, истинную любовь? Все, что шло от сердца, хотя не совпадало с общепринятыми правилами? Поведать, что даже колебания в определенных обстоятельствах могут сделать дар более драгоценным, потому что он никогда не будет считаться отданным легко и беззаботно.

Онория вздохнула, обдумывая ответ.

– Я передумала, – выговорила она наконец, – потому что он предложил мне единственное, в чем я воистину нуждалась. То самое, что могло дать ту жизнь, о которой я мечтала. То, что было самым важным для меня.

Ее взгляд был устремлен на детей. Стоит ли упоминать, что Кэро хотела ребенка? Жаждала так же сильно, как она когда-то. Затаенное, глубоко спрятанное желание. Понятное лишь тому, кто испытывал такое же. Она всего лишь предполагала… и вчера Луиза подтвердила ее правоту.

Но если во всем признаться Майклу… Он всего лишь мужчина. Поймет ли, как обернуть эти знания в свою пользу? Он посчитает, что самого обещания иметь детей достаточно, и не позаботится о последствиях этого.

Помимо естественного сестринского стремления видеть его счастливым, женатым на женщине, которую заслуживает Майкл, она считала, что Кэро тоже достойна счастья. Ее подруга столько страдала!

И не хватало еще, чтобы неудачный первый брак разрушил ее шансы на любовь и детей!

Взглянув на Майкла, она поняла, что, несмотря на бесстрастное лицо, он сильно волнуется. Наверное, старается истолковать ее слова. Ничего не поделать, пусть решает сам.

– Лучше я объяснить не могу. У каждой женщины есть то, что она считает главным в жизни. И важнее всего понять, чего именно она добивается.

– Спасибо, – невесело усмехнулся Майкл.

– Надеюсь, это поможет, – вздохнула Онория.

Майкл легонько сжал ее руку.

– Обязательно. – Бросив последний взгляд нарезвившихся на газоне детей, он отпустил руку сестры и кивнул: – Оставляю тебя с твоей мечтой.

Та фыркнула, но к тому времени, как он добрался до двери, уже была на террасе.

Майкл остановился потолковать с Девилом, который не смог сообщить ничего нового, и отправился объезжать клубы. Слова Онори не шли у него из головы.

Разговаривая с ним, она не сводила глаз с детей. Учитывая историю их семьи, трагическую потерю родителей, нетрудно понять, что для Онории много значили дом, семья и дети. Что все это не менее важно, чем для него.

Пыталась ли она объяснить, что это так же важно и для Кэро?

Если так, что это дает ему?

И каково самое заветное желание Кэро?!

Глава 19

Домой он вернулся около трех часов, ничуть не продвинувшись в своих расследованиях и так и не разгадав заветные мечты Кэро. Отложив и то и другое на потом, он помчался наверх, в салон, где она сидела, погруженная в дневники покойного мужа.

Услышав шаги, она подняла глаза. Солнце золотило растрепанные волосы, превращая их в потрясающе живое филигранное гало, ювелирной рамкой оттеняющее ее тонкие черты и раскосые серебристые глаза. При виде Майкла эти глаза загорелись.

– Слава Богу! – Захлопнув и отложив дневник, она протянула руки. – Искренне надеюсь, что ты пришел меня спасти.

Они поцеловались. Долгим медленным поцелуем. Сознавая, что придется держать страсть в узде, не давать огню разгореться.

Их губы разделились, только чтобы встретиться снова, попробовать на вкус, брать и давать.

Но все же ему пришлось поднять голову. Она вздохнула. Открыла глаза.

– Полагаю, мы должны идти.

Ее очевидная нерешительность восхитила его.

– К несчастью, да. – Отпустив ее, он отступил. – Люцифер будет ждать.

Они согласились сегодня в три показать Люциферу дом на Халф-Мун-стрит. А когда приехали, он уже стоял, небрежно прислонясь к входной двери: высокий, темноволосый и грешно-красивый.

Завидев их, он выпрямился и с улыбкой шагнул навстречу. Помог Кэро спуститься и приветствовал ее грациозным поклоном:

– Ваш слуга, миссис Сатклиф. Счастлив познакомиться.

– Спасибо, – кивнула она. – Но пожалуйста, зовите меня Кэро.

Люцифер поздоровался с Майклом и махнул в сторону крыльца:

– Признаюсь, мне не терпится увидеть коллекцию.

Открыв двери, Кэро повела мужчин в холл.

– Я и не знала, что Камден был таким известным коллекционером.

– Он и не был. Но как только я начал расспрашивать, выяснилось, что его многие знали как человека эксцентричного, готового на все, чтобы раздобыть понравившуюся редкость. Большинство людей собирали что-то одно. Сатклиф же приобретал самые разнообразные вещи. Но для определенного дома. Этого дома. Здесь все уникально. Сама коллекция уникальна.

73
{"b":"18118","o":1}