ЛитМир - Электронная Библиотека

— Милорд, вам записка от старшего мастера, что трудится на Монтроуз-плейс. Он прислал ее с мальчишкой.

Разговоры за столом мгновенно смолкли, и любопытные взгляды устремились на дворецкого, почтительно замершего рядом с хозяином. Вздохнув, Тристан равнодушным голосом спросил:

— Что там, Хаверс?

— Старший мастер считает, что в доме произошли кое-какие неполадки… Ничего существенного. — Значительный взгляд дворецкого опроверг эту характеристику, данную исключительно для спокойствия присутствующих дам. — Но желательно, чтобы вы взглянули лично, прежде чем он все исправит. Мальчик ждет в прихожей на случай, если вы захотите ответить.

Полный дурных предчувствий, Тристан встал, бросил на стол салфетку и, склонив голову, улыбнулся Милисент, Флоре и Этелреде:

— Прошу прощения, дамы. Мне придется заняться делами.

Почтенные дамы, приходившиеся ему родственницами бог знает в каком колене, но считавшие его своим покровителем, проводили «милого мальчика» молчанием, которое, как прекрасно знал Тристан, сменится оживленным обсуждением происшедшего, едва за ним закроется дверь. Но Тристан уже забыл о них. Внутри нарастало привычное напряжение, и он с энтузиазмом бросился навстречу необходимости что-то делать, навстречу возможной опасности. Мальчишка ждал его в холле, жадно разглядывая роскошную обстановку. Тристан натянул пальто, взял перчатки. Лакей распахнул двери. В следующий момент лорд Трентем двинулся по улице в направлении Монтроуз-плейс. Мальчишка спешил следом вприпрыжку не поспевая за его широкими шагами.

— Видите, что я имел в виду?

Тристан кивнул головой. Биллингс привел его на задний двор и указал на окно. На раме видны были небольшие царапины: окно открывали снаружи.

— Ваши люди на удивление наблюдательны, — заметил Тристан.

— А то как же! И внутри кто-то побывал. Мы всегда кладем инструменты определенным образом — так удобнее, вот, они сдвинуты в сторону.

— Покажите!

Мужчины вошли в дом, и Биллингс провел хозяина в кухню, а затем в небольшой коридорчик, который заканчивался дверью на улицу.

— Мы оставляем инструменты здесь, сэр, просто чтобы никто не наступил и не сломал. Мало ли что.

Тристан задумчиво оглядывался. Часть инструментов исчезла: в доме кипела работа и слышались стук молотков и звуки рубанков и напильников. Кое-какие вещи все еще лежали на местах, а по следам на пыльном полу нетрудно было догадаться где находились остальные. И еще он заметил у самой стены след ноги. Присмотрелся. Рабочие ходили в грубых башмаках с квадратными мысами, но этот след явно оставила нога, обутая в изящный ботинок на кожаной подошве, какие носят джентльмены.

Тристан точно знал, что он был единственным, кто приходил сюда проверять работу. Кроме того, след отпечатался не просто в пыли, а в легчайших опилках, которые появились тут недавно — когда начались отделочные работы. Сам он к этой двери не подходил прежде, да и размер обуви явно меньше его собственного. Он поднял глаза на дверь, выходившую в переулок между домами. Тяжелый ключ торчал в замке. Тристан вынул его и вернулся в кухню. Здесь было заметно светлее благодаря широким окнам. Внимательно осмотрев ключ, он заметил на бороздках следы воска.

Биллингс, который заглядывал через плечо хозяина, нахмурился и мрачно пробормотал:

— Он сделал слепок.

— Похоже, что так и есть.

— Я прикажу поменять замки. — Мастер был сердит и растерян. — Никогда прежде не случалось ничего подобного.

— Сделаем так. — Тристан задумчиво вертел ключ в руках. — Закажите замки, но не ставьте их, пока я не скажу.

Биллингс понимающе кивнул:

— Хорошо, милорд. Раз уж вы здесь, может, глянете на третий этаж? Мы уже закончили.

Тристан вернулся к двери, вставил ключ именно так, как его оставил неизвестный: чтобы не помешал открыть дверь снаружи вторым ключом. Вслед за Биллингсом он поднялся на второй этаж. Здесь работы продолжались: отделывали столовую и гостиную. Кроме того, на этаже располагалась еще одна небольшая гостиная, которую члены клуба предполагали отвести для встреч с дамами, если возникнет необходимость. В глубине была небольшая комната для сторожа. И более просторная — для мажордома.

Они пошли дальше. На втором этаже уже трудились маляры, отделывая библиотеку и зал для собраний. На третьем этаже располагались спальни. Мужчины не спеша прошли по всем комнатам, и Биллингс указывал на те или иные новшества и улучшения, сделанные в ходе ремонта. В комнатах стоял свежий запах дерева. Помещения выглядели очень уютными, и хоть на улице было ветрено и холодно, здесь не чувствовалось ни малейшего сквозняка или сырости.

Они задержались в самой большой спальне, которая располагалась прямо над библиотекой, и Тристан искренне сказал мастеру:

— Превосходно! Вы и ваши люди прекрасно потрудились.

Биллингсу было приятно услышать, что столь изысканный джентльмен оценил его старания. Он был мастер своего дела и не без основания гордился этим.

Тристан подошел к окну. Отсюда, как и из окон библиотеки, открывался прекрасный вид на сад Леоноры.

— Скажите, как скоро комнаты для слуг будут пригодны для жилья? После того, что мы увидели сегодня, после непрошеного визита ночного гостя, я хотел бы, чтобы в доме жили мои люди.

Некоторое время Биллингс прикидывал про себя что-то, потом сказал:

— Спальни наверху мы можем закончить уже сегодня вечером. Но отделка кухни и остальных полуподвальных помещений потребует еще день-два.

— Прекрасно, — отозвался Тристан, не отрывая взгляда от сада. Леонора шла по дорожке, а за ней следовала верная Генриетта. — Тогда завтра вечером я пришлю мажордома. Его зовут Гасторп.

— Мистер Биллингс!

Мастера звал кто-то из рабочих со второго этажа. Тот нетерпеливо взглянул на хозяина.

— Если я вам не нужен, милорд, то пойду посмотрю, что там у них.

— Идите, — кивнул Тристан. — Я сам найду выход. Еще раз хочу сказать, что очень доволен вашей работой.

Отвесив короткий поклон, мастер ушел. Минуты текли, а Тристан все стоял у окна и смотрел на Леонору. И пытался понять, почему он все это делает. Объяснить все с разумной и рациональной точки зрения было несложно. Но самому себе пришлось признаться, что не все в том объяснении будет правдой.

Генриетта подошла к хозяйке, прижалась к ее ногам и подняла голову, глядя на Леонору с обожанием. Девушка положила руку на голову овчарки, и Тристан вздрогнул, потом фыркнул, удивляясь собственной глупости, и пошел прочь от окна.

— Доброе утро. — Тристан улыбался старому дворецкому, словно тот был его лучшим другом. — Я хочу поговорить с мисс Карлинг. Она сейчас в саду, что позади дома, и мы вполне могли бы побеседовать на свежем воздухе.

Уверенность в себе, наличие прекрасно скроенного костюма и громкого титула были на его стороне. После едва заметного колебания дворецкий распахнул дверь и учтиво сказал:

— Следуйте за мной, милорд.

Они прошли холл, потом уютную гостиную: огонь потрескивал в камине, пяльцы с едва начатой вышивкой лежали на маленьком столике. Французские окна, выходившие в сад, были открыты.

— Прошу вас, милорд.

Тристан кивнул, перешагнул порог и оказался на маленькой мощеной террасе, за которой начиналась лужайка. Он спустился по ступеням и, следуя за изгибами дорожки, обогнул угол дома. Леонора склонилась над одной из клумб и не могла видеть лорда. Зато Генриетта сразу же повернула голову, но стояла спокойно, ожидая, когда пришедший обнаружит свои намерения.

До девушки оставалось всего несколько ярдов, когда Тристан заговорил:

— Доброе утро, мисс Карлинг.

Она резко обернулась и с изумлением уставилась на него. Потом бросила взгляд в сторону дома.

— Меня впустил дворецкий, — заверил ее Тристан.

— Правда? И чем обязана?

Приветствие было, мягко говоря, прохладным, если не сказать резким. Тристан не торопился отвечать. Он протянул руку к собаке та обнюхала его пальцы и, решив что-то для себя, ткнулась в его ладонь, напрашиваясь на ласку. Он принялся чесать ей за ушами и лишь тогда обратился ко второй, гораздо менее приветливой даме.

10
{"b":"18120","o":1}