ЛитМир - Электронная Библиотека

— Мы постараемся, выполнить данное пожелание, — небрежно произнес Тристан.

Затем он повернулся и пошел к двери. Оказавшись на улице, Чарлз вздохнул:

— Как бы я хотел поехать с тобой и взглянуть на нашу крепость. И заняться этим незнакомым пока другом. Но мне пора возвращаться в Корнуолл.

— Прими мою благодарность за сегодняшнее. — Трисан протянул руку, и Чарлз крепко пожал ее.

— В любое время, — ответил он с чувством. — Честно сказать, мне не хватает былых подвигов. Скоро я окончательно заржавею в своей деревне.

— Да, привыкать к мирной жизни непросто, особенно нам.

— Ну, ты, похоже, все-таки нашел чем развлечься. А у меня сплошные коровы, овцы и сестры.

Смеясь, Трентем хлопнул друга по плечу, и они расстались. Идти с визитом к Леоноре было рановато — не было еще и десяти, — и Тристан решил заглянуть в клуб и поговорить с Гасторпом, который теперь исполнял обязанности мажордома, но до недавнего времени служил старшим сержантом. Нужно обсудить последние детали в отделке дома, а уж потом он пойдет к Леоноре, и они вместе решат, что делать дальше.

В одиннадцать лорд был у двери дома номер четырнадцать. Дворецкий проводил его в гостиную, и Леонора поднялась навстречу.

— Доброе утро. — Она присела в реверансе, а он склонился над ее рукой.

Солнцу удалось кое-как выпутаться из облаков. Сквозь французские окна был виден сад. Его краски стали ярче в солнечных лучах, необычные растения и цветы притягивали взор.

— Прогуляйтесь со мной по саду, — попросил Трентем — заодно покажете те самые стены и ворота.

Леонора кивнула. Он все еще не отпустил ее ладонь. И теперь лишь крепче сжал пальцы. Так, рука в руке, они прошли через гостиную, распахнули французские окна и вышли в залитый солнцем сад.

Чувствуя, что пульс девушки бьется словно птичка в силках, Трентем взял ее под руку. Леонора сказала:

— Нам нужно пройти под аркой. Ворота находятся в самом конце сада, за огородом.

Тристан отметил, что сад довольно велик. Они все шли и шли мимо бесконечных грядок — какие-то листья жались к земле, надеясь на солнце и весеннее тепло, но большая часть земли была оставлена под паром. Генриетта бодро трусила следом за молодыми людьми. Потом Тристан остановился и поинтересовался:

— Где находился тот человек?

— Вон там, кажется. — Леонора указала чуть вперед.

Тристан, оставив спутницу на месте, сделал несколько шагов. Повернулся и посмотрел на арку и протянувшуюся за ней лужайку.

— Вы сказали, что он пропал из виду. Он двигался назад, к стене?

— Нет. Он шагнул в сторону. Если бы он развернулся и побежал к стене, я бы видела его дольше.

Теперь Тристан разглядывал землю. Хорошо, что дождя не было уже несколько дней, подумал он.

— Вы видели его два дня назад. А садовник работал в этой части сада?

— Последнее время нет. Тут почти нечего делать зимой.

Трентем вернулся к девушке и, ласково пожав руку, попросил:

— Оставайтесь здесь и командуйте. — Он двинулся вперед по тропинке. — Скажите, когда я окажусь на том месте, где стоял незнакомец.

Через несколько шагов Леонора подала голос:

— Кажется, здесь.

Тристан свернул в сторону, как и говорила девушка. Он внимательно смотрел под ноги и скоро нашел то, что искал. У самой стены был виден очень четкий след: перед прыжком мужчина перенес тяжесть тела на одну ногу, и отпечаток получился просто-таки образцовый. Трентем присел, разглядывая след. Леонора поспешила к нему.

— Похоже, это он оставил, — пробормотала девушка, наклонившись и рассматривая отпечаток.

Тристан встал, и она быстро выпрямилась. Они опять стояли рядом.

— Этот след очень похож на тот что я обнаружил в доме двенадцать у боковой двери.

— У той самой двери, через которую, он вошел?

Тристан кивнул и повернулся к стене, густо поросшей плющом. Но Леонора первой разглядела сломанный стебель. Выше виднелся еще один — очевидно, незнакомец перелез через забор именно здесь.

Трентем задумчиво разглядывал массивные ворота, запертые на замок.

— Ключа у вас, конечно, нет?

Подарив ему насмешливый взгляд, Леонора извлекла из кармашка ключ. Он прошел вперед, вставил его в замок и повернул. Потом потянул створку. Раздался громкий протестующий скрип. Осмотрев аллею за домом, Тристан нашел еще два отпечатка: в том месте, где человек спрыгнул со стены. Обочина дорожки была покрыта сырой грязью, и это позволило следам сохраниться. Но как только человек вышел на мощеную дорогу, следы его затерялись.

Свистнув Генриетту, они вернулись в сад. Тристан закрыл и запер ворота. Настроение его испортилось. Он сам долгое время наблюдал за девушкой из окна библиотеки и знал, что она всегда находится в саду в одиночестве. Очевидно, незнакомец тоже знал об этом, раз не побоялся явиться перед ней. И это тревожило Тристана. Он вспомнил, что после первого разговора ему показалось, что Леонора утаила какую-то часть информации.

Молодой человек быстро оглянулся. Они все еще стояли у ворот, которые находились в боковой части стены, а потому не просматривались из дома. Фруктовые деревья, посаженные вдоль забора, обеспечивали прекрасную защиту от посторонних глаз.

Чуть придвинувшись к девушке, лорд улыбнулся и, когда она растерянно захлопала глазами, вкрадчиво спросил:

— Прошу вас. Припомните те, первые, попытки проникнуть в дом. Взломщик видел вас тогда?

— Нет. Первый раз на месте оказались только слуги. А во второй, когда тревогу подняла Генриетта, мы вообще никого не застали — он успел сбежать.

Девушка не отступила. Так и стояла рядом, подняв лицо и глядя на него своими ярко-голубыми глазами. Мужчина почувствовал, как что-то вспыхнуло внутри. Даже не чувство — предчувствие желания. И он не стал подавлять его. Наоборот, позволил мыслям отразиться на лице, и зрачки девушки расширились, внимая молчаливому посланию. Леонора откашлялась.

— Э-э, мы собирались обсудить дальнейшие действия, — торопливо выпалила она.

— Я решил, что мы должны импровизировать, — прошептал он.

— Импровизировать? — пробормотала Леонора, глядя, как приближается его лицо, и не будучи в силах двинуться с места.

— Да, — теперь он шептал у самых ее губ, — вот так, — и его горячий рот накрыл ее губы.

Тристан был опытен и, хоть девушка не отступила, почувствовал в ней напряжение и готовность к бегству. Он не спешил обнимать ее — просто очень нежно ласкал упрямые губы. И видел, как ее личико изменило выражение, почувствовал, что губы, согревшись и отвечая на его желание, разомкнулась. И тогда поцелуй стал глубже. Она подалась к нему — инстинктивно, без единой мысли. Он обнял девушку, их языки сплелись, тела соприкоснулись, и Тристан краем сознания понял, что ловушка, в которую он завлекал Леонору, захлопнулась и для него.

Поцелуй — это так просто. Но иногда в чем-то малом можно увидеть целую вселенную. Так и Леонора с помощью поцелуев — этих маленьких жемчужин на тропинке любви — открывала для себя целый мир. Мир его рук — таких надежных и ласковых; тепла, которое она чувствовала всем телом. Руки девушки легли на плечи мужчины, и она почувствовала его напряжение и поняла, что он тоже захвачен происходящим. И не важно, что этот мир для нее внове, а он опытный пловец по морю чувственности. Самое главное, что теперь их качает на одной волне. Рука мужчины скользнула по ее выгнувшейся спине, прижала крепче, а губы вдруг стали жадными и требовательными. Сознание, что он жаждет, ждет ответа, вызвало у Леоноры бурю восторга, и она доверчиво раскрывалась навстречу, упиваясь дразнящими прикосновениями и чувствуя себя такой свободной, уверенной я восхитительно живой.

Мысли улетучились из головы, остались лишь ощущения — и их было более чем достаточно. Это было захватывающе, и, почувствовав, как мужчина отстраняется, она испытала вдруг огромное удивление. Обнимая девушку за талию, Тристан задумчиво смотрел на нее. Она, растерянно моргая, успела все же заметить досаду в его глазах. И догадалась, что ему совсем не хотелось останавливаться. Но пришлось. И на секунду ей показалось, что нужно сделать самую естественную вещь на свете — положить ладонь ему на затылок, притянуть к себе и вновь прижаться к его восхитительным, горячим, необыкновенным губам. Но Тристан сказал:

22
{"b":"18120","o":1}